За завесой тёмного леса

Глава 20

— Выражение «скелет в шкафу»,
пошло от медиков, что тайно добывали скелеты для своих экспериментов.
— А я думала, что это забытые любовники…
Из разговоров с Виолеттой…

Яга гоняла Ваську со стола. Наглый паршивец так и норовил залезть в кашу, обмакнув там свои усы. Я сидела прямо на полу, разбирая свои вещи.
Когда Горыныч немного оклемался от безответной любви, я попросила вернуть меня к Яге. С того вечера я больше не видела домового, да и честно говоря не очень-то и хотела. Он говорил загадками, которые я не могла разгадать.
После того, как я продемонстрировала то, что теперь я контролирую свои способности, Змей согласился меня «подвезти». Снова был пир, где Яга накормила Горыныча от пуза, после чего он еще пару дней слал ей голубей с благодарностями.
— Почему вам просто не провести сюда сотовый? — спросила я Ягу.
— Эк, ты мелочь, а всё учит, — сказала Яга, улыбаясь. Она явно была счастлива, что я вернулась. Мне тоже было радостно. Старушка с каждым разом становилась мне всё ближе.
— Бабушка, а вы по мне скучали? — спросила я, поймав огонёк в её глазах.
— Конечно, скучала, как иначе-то? Кто ж мне будет вещи палить, да в лесах блудиться, — усмехаясь, сказала она.
— Простите, бабушка. И за ступу, и за метлу. Обещаю, пойду в лес, наберу ивовых веток, и сделаю вам новую.
— Ишь ты, запомнила? — Яга, несомненно, подначивала меня, но это было так мило.
— Простите еще раз, — я виновато опустила голову вниз.
— Ладно-ладно, хватит, иди ешь. Потом поговорим.
Яга сварила ячневую кашу, рассыпчатую и очень вкусную. Странно, но дома я никогда не ела кашу. Старушка заботилась обо мне, а мне в свою очередь тоже хотелось сделать ей что-нибудь приятное.
— Бабушка, расскажите ещё о маме, — попросила я.
— Да что рассказывать? Озорная, шустрая, вечно норовила влипнуть в неприятности. Вот прям как ты! — сказала Яга.
Я сразу представила девчонку с косичками и в веснушках. Она гуляла по лугу, собирая полевые цветы. Почему-то я подумала, что она очень любила одуванчики, потому что любила их сама.
— Бабушка, а она любила цветы? — я привыкла говорить о ней в прошедшем времени.
— Эта егоза везде таскала с собой тараксум, потому что они напоминали ей солнце, — ответила она, будто выплюнув это странное слово.
Я решила, что это подсолнухи, ведь их называют маленькими солнышками.
— Она любила подсолнухи?
— Тераксум – это одуванчики, — пояснила Яга.
Я оказалась права насчёт одуванчиков и от этого на душе потеплело.
— А вы когда-нибудь видели моего отца?
— Зачем мне эта чума бубонная? — рассердилась Яга. — Это ведь через него мы Василису потеряли. Ни одной ниточки не ведет, где её путь пролегает. А он, поди, живёт и радуется.
— Кстати про потери, пока я была у Горыныча, мне тут домовой «напел» странную песенку, не могли бы вы мне объяснить?
— Какую такую песенку? Отродясь не слыхивала, чтобы домовые пели.
Я засмеялась. Мне показалось очень милым, если бы Кузьма пел, но я продолжила:
— Нет, это был наш спор, мой выигрыш, точнее это он говорит, что выигрыш, — начала я путаные объяснения.
— Ничего не поняла. Нина, ты как давно ты научилась разговаривать? Ты в своём уме?
Вопрос бабки был логичным, но всё же мне хотелось докопаться до истины, поэтому я утвердительно кивнула и отчеканила то, что мне сказал домовой:
Закроет ночь, затянет мгла
Луч солнца, что так берегла
Оков стальных самой не снять
Сон на свободу променять
Разрушить чары, свергнуть мрак
Узнать, что вместо друга враг
Такой секрет таит семья
Лишь вся надежда на тебя.
Я думала, ведьма засмеётся и скажет что-то в духе: «О, Нина, и давно ты стала стихи сочинять», но этого не произошло. Вместо того, чтобы покрутить пальцем у виска, она серьезно посмотрела на меня и попросила всё повторить. Я повторила.
— Значит, твоей семье известно, где сейчас Василиса, — это было утверждение, а не вопрос.
— С чего вы взяли? — нет, я, конечно, злилась на свою семью, но чтобы ОНИ скрывали нахождение моей матери?
Хотя, немного подумав, я вспомнила, как отреагировали на меня мои родители. Им точно что-то известно, но, сколько скелетов в нашем шкафу на самом деле?
— Бабушка, а может домовик врёт? — спросила я с надеждой.
— Эти проворники много шалят, но никогда не врут. Поди пока Нина, собери ветки-то ивовые. Подумать мне надо, да с Лешим совет держать.
Я не стала задавать лишних вопросов. Немного уже зная старуху, я подумала, что лучше позже выпытать у неё, что она имела в виду.
Поэтому я пошла в лес, искать ближайший водоём. С собой Яга дала мне клубочек, сказав, что он приведет меня туда, куда мне нужно. Распустив нитку, я бросила клубочек на землю и шла за ним по следам. Спустя не так много времени мы и правда пришли к воде. Это был маленький водоём, на берегу которого раскинулась красивая ива, ветви которой, свисая, касались водной глади.
Ломать дерево показалось мне кощунством. Да и дедушка Леший не одобрит эту затею. Поэтому я стала искать и собирать уже сломанные ветки вокруг ивы, надеясь, что Яга одобрит.
Собрав целую охапку, я решила отнести прутья Яге, чтобы она сама выбирала, какие именно ветки ей нужны.
На обратном пути, клубочек я сматывала, проходя тот же путь. Но что-то привлекло моё внимание у куста с красными ягодами, и я обернулась.
Собирая и лопая ягоды, за кустом стояла кикимора. Та самая, которая похитив меня, притащила к Водяному в надежде, что тот отправит меня на морское дно.
Увидев меня, она сразу же бросилась бежать. Гнаться за ней я не собиралась, а вот поподробнее выяснить у Яги, что происходит, стоило. Со всеми событиями, что происходят в моей жизни, я совсем забыла про неё.
Вернувшись к избушке, я застала Ягу и Лешего о чем-то активно спорящих. Свалив прутья к подножью куриных ног, я подошла послушать предмет их спора, но как только я подошла, они оба замолчали.
Я понимала, что, скорее всего, предметом их спора была я, поэтому ничего не стала спрашивать об этом. Вместо этого, я спросила про кикимору.
— Бабушка, а кикимора так же приходит к вам в гости?
— Давно этой шабашной не было. Соскучилася что ли?
— Да нет, — ответила я, сомневаясь, стоит ли рассказывать Яге о случае с кикиморой. С одной стороны, Горыныч не стал рассказывать ничего Яге, и тут было два варианта: либо кикимора вылетела у него из головы, так же как и у меня, либо он не хотел рассказывать историю про русалку, которую в итоге тоже пришлось спасать.
Но раз уж я завела этот разговор, добавить что-то следовало.
— Бабушка, я видела в лесу кикимору, с двумя подружками.
— Так их кишмя кишит, этой нечисти. Испугали они тебя что ли?
Я замотала головой, решив сменить тему, и напомнила им о разговоре, который проходил до меня.
— Карга думает, что твоим родителям нельзя доверять.
— Что вы имеете ввиду?
— Не бери в голову, Лешак с ума сошел. Я думаю, нам нужно выяснить, что им известно.
Я задумалась и поняла, что мне следует посетить родных и выяснить что известно моей семье обо мне и моей матери.
— Мне нужно вернуться, — сказала я. — Нужно узнать кто они, и что им известно обо мне и о маме.