За завесой тёмного леса

Глава 22

— Ты не представляешь, как она меня достала. Это не делай, туда не ходи…
— Зря ты так, у тебя отличная тётя.
— Она просто волк в овечьей шкуре….
Из разговоров с Ветой…

Открыв дверь, Тоня поставила пакеты на пол. Увидев меня, она кинулась мне на шею с приговорами, как они по мне скучали, и где же я так долго пропадала. Освободившись, от поистине железной хватки, я старалась подойти ближе к двери, чтобы, в случае чего, иметь возможность бежать.
Усадив меня за стол, Тоня стала расспрашивать, что же я делала всё то время, пока они, бедняжки, все глаза выплакали. Посмотрев на неё, я увидела красный ореол вокруг неё, он светился и пульсировал. Помня про осторожность, я поинтересовалась, а что они делали всё это время.
— Искали тебя, маме стало плохо, пришлось отправить её в пансионат. Нужно позвонить в полицию, сказать, что пропажа нашлась. Больше мы тебя никуда не отпустим, — сказала Тоня, подойдя к двери и повернув ключ.
Вместо того, что бы повесить ключ на привычное место, она убрала его в карман, что показалось мне уже безумно странным. После этого она взяла продукты и велела отцу помочь ей их разобрать. Виновато посмотрев на меня, папа пошёл на кухню за сестрой, а я стала думать, что делать, ведь и ключей отца в ключнице не было.
— Иди к себе в комнату, потом нам предстоит серьёзный разговор, — проговорила тётя.
—Ага, щазз, — ответила я, чтобы она не услышала.
Нужно было срочно что-то делать. Осознание того, что меня точно больше не выпустят из этой квартиры, пришло ко мне мгновенно. Выбираться из окон было плохой идеей, может моя мать и птица, а вот я, прыгнув с четырнадцатого этажа, точно превращусь в лепёшку, а не птицу. Тётка точно что-то замышляла, и тихонечко прокравшись к кухне, я наблюдала такой диалог:
— Она, наконец, вернулась, не надо делать того, что может её спугнуть, — говорил папа.
— Ты что, не понимаешь? Это же подростки, все мы в молодости убегали из дома, но это же серьёзно, она целый месяц школы пропустила. А учителя? Ты хоть знаешь, что они о нас говорят, что мы неблагонадёжная семья, что девочка отбилась от рук, что на нас заведут дело, в конце концов. Ты хочешь всё это пустить на самотёк?
— Но девочка дома, ты помнишь, ЧТО случилось прошлый раз, когда ты просто начала настаивать, чтобы увезти её?
— Она ненормальная. Саша, я тебе уже говорила, что её мать явно была какой-то шаманкой и пока была беременна, принимала какие-то травы, что бы пудрить нам мозги. Скорее всего, как и её мать, она умеет вводить в транс, что-то вроде массового гипноза, нам просто показалось.
Мне показалось это странным. Тётка точно что-то знала, иначе не стала бы убеждать отца в этой чуши. Подумав, я решила поговорить с ней наедине, но почувствовала огромное облегчение, когда услышала их разговор, кажется, отец непричастен к исчезновению моей матери и он мне не врал.
Пока мои мысли блуждали где-то далеко, я попустила момент, как разговор перешёл в другое русло, тётка попросила отца сходить за картошкой, которую она забыл в магазине. Я напряглась. Это означало, что мы останемся наедине. Кто знает, что может случиться, если вдруг она решит на меня напасть.
— Пап, я с тобой, — сказала я, в надежде выскользнуть из дома.
— Нет, юная леди, ты останешься. Я хочу с тобой побеседовать, — сказала она, глядя мне прямо в глаза. — Иди, и не забудь позвонить маме, скажи, что пропажа дома, — это она уже сказала своему брату, моему отцу.
Когда папа ушёл и дверь захлопнулась, моя надежда на хороший исход улетучилась вместе с ним. Тётку я не боялась, а возможно и стоило поговорить с ней один на один, но мне не хотелось устраивать разборки.
— Где ты была, маленькая заноза? — спросила она, не скрывая злости.
— Да так, гуляла, а что, посуду некому было мыть, — сказала я, показав ей язык.
— Нахалка, как ты смеешь, — она замахнулась полотенцем, чтобы меня ударить.
— Говори, — сказала я не своим голосом. — Что случилось с моей матерью пятнадцать лет назад.
Тоня осеклась, полотенце, которое она держала в руке, упало на пол. По глазам было видно, что она надеялась, что этот вопрос она не услышит никогда, по крайней мере, в свой адрес.
— Твоя мать, такая же чокнутая, свалила в закат, оставив нам тебя, как подарок. Мы пытались найти её, чтобы вернуть тебя ей, но всё было тщетно. Я даже предлагала твоему отцу отдать тебя в дом малютки, чтобы ты не портила ему жизнь, но он свято верит, что твоя сумасшедшая мамаша вернётся.
Моя кровь начала закипать. Слушать гадости про свою мать я была не намерена, а значит сейчас точно случится что-то плохое. Ничего не замечая, тётя продолжила:
— Когда она пришла в наш дом, я сразу поняла, что она ненормальная. Восхищалась всем, от пульта для телевизора до большого десерта в ресторане за углом. Таких лечить надо. Хотя брат считал это милым и умилялся всему, что она говорила. А потом она забеременела. Стали происходить совсем странные вещи, дома, техника сходила с ума, если мы ехали на природу, костры вспыхивали сами по себе, а однажды я видела, как у твоей матери вместо руки выросло золотое крыло. Я подумала, что она напоила нас чем-то, ведь в этот день мы отмечали день рождения твоего отца, мало ли что она подлила нам в чай. Но я видела подобное ещё несколько раз и поняла, твоя мать какой-то уродец, но из неё можно вытянуть деньги, и тогда…
Дальше я уже не слушала, глаза накрыла пелена ярости. Чашки что стояли на столе взорвались первыми. Осколки разлетелись по всей кухни, раня тёте руку. Затем загорелась занавеска, вертясь ужом, она старалась достать до волос. Мне показалось забавным поджечь ей волосы.
Тоня заорала, схватив кувшин с водой пытаясь меня облить. Не знаю, что она видела во мне, но кувшин выпал из её рук, расплескав воду по полу.
— Ты монстр, — кричала она, пытаясь выбежать из кухни, но на выходе стояла я.
— Ты посмела так говорить о моей маме и теперь думаешь, что я прощу тебя? Столько лет вы скрывали правду от меня, а теперь ты плюёшь в меня своим ядом? — мне нравилось, что она беззащитна предо мной, но меня начала пугать эта черта во мне. Она превращала меня во что-то жуткое, поэтому, как только эта мысль проскочила в моей голове, я сразу остановилась, потушив огонь.
Со страхом, на меня смотрели карие глаза. Тётка вооружилась табуреткой. Хоть она и была напугана, была готова драться. Эта черта была мне близка, но это не значило, что я признала её частью своей семьи.
— Где твоя сестра, ты-то должна знать? — я спросила это, веря в то, что они пудрят голову моему отцу. Из услышанного я сделала вывод, что тётка давно и яростно меня ненавидит, так же как и мою маму. Осталось узнать, что по этому поводу думает её сестра и моя бабушка. После этого концерта, я не была уверена, что они хорошие люди, даже не смотря на то, что они вырастили меня. В одном я убедилась, папа не причастен, а это уже похоже на победу.
Не успела я об этом подумать, как вернулся отец. Увидев бардак в доме, он был в растерянности.
— Что здесь произошло? — спросил он.
— Твоя дочь чуть не убила меня, — задыхаясь, сказала его сестра.
— Как театрально, я бы похлопала, да руки берегу, — ответила я.
— Ты что, не видишь? Эту ненормальную надо лечить. Эта дрянь где-то шлялась целый месяц, а вернувшись, научилась каким-то фокусам и теперь угрожает мне, — тётя явно была в ударе.
— Угомонись, как ты можешь так говорить о ребёнке, больше того, о своей племяннице. Тоня, возьми себя в руки, я давно терплю, но это уже за гранью, — сказал отец, а я впервые видела его таким.
— Я ухожу, можно мы потом поговорим? — сказала я, решительно отступая к двери.
— У тебя есть деньги? — спросил папа. — Тебе что-то нужно? Может, скажешь, где ты сейчас живёшь? Дочь, ведь происходит что-то серьёзное?
— Мы обо всём поговорим, но позже. Пока я выяснила для себя кое-что и мне надо над этим подумать. Пап, ты должен пообещать, что съедешь от этой сумасшедшей. Она унижала маму, поэтому я разозлилась, — я не собиралась оправдываться, но мне не хотелось, чтобы тётка рассказала свою лживую версию.
— Ты в порядке? Тебе точно ничего не нужно? — спросил он ещё раз.
Кивнув, я повернула ключ и вышла за дверь.