За завесой тёмного леса

Глава 37

— Никогда не думал, что смогу потрогать сказку руками, — говорит мне Виктор.
— Главное, чтобы сказка была доброй, — отвечаю я.

Время тянулось невозможно долго. Я стояла и ждала, но время будто остановилось. Мне было интересно, что сейчас испытывает Виктор, комфортно ли ему в этом состоянии и не жалеет ли он, что согласился на эту авантюру.
Пока мы томились в ожидании, я попросила Ягу рассказать, что ждёт моего парня за чертой.
— Успокойся, дитя. Сейчас этот парень просто труп. Знаешь, скольких я сопроводила? Так вот, ему там ничего не грозит в этом смысле, а на случай других опасностей мы и проводили ритуал.
Это объяснение немного успокоило меня, но не дало никакой информации, а Яга не хотела больше ничего говорить. Тогда я решила узнать, почему же всё-таки я не смогла пойти на этот «подвиг», чтобы вернуть маму и защитить Виктора.
— Почему, да почему. Потому, что кончается на У. Тьма, что блуждает там, пожирает солнечный свет. Я уверена, что Василисе там совсем несладко, но она хотя бы точно жива. Возможно, измучена и слаба, но жива. В тебе же только половина её силы. Ты не бессмертна, Нина, не забывай об этом. Твой свет погаснет, блуждая в этом мире,— рассердилась Яга.
Я поняла, что больше ничего от неё не добьюсь и хотела поправить ткань, но трогать руками саван Яга мне запретила, поэтому я просто стояла и смотрела на кусок материи, что заломился рядом с ухом парня. Леший, всё это время сидевший в углу, тяжело вздохнул. Было видно, что парнишка ему приглянулся и он тоже переживает.
Молча сторожить душу Виктора, было просто невыносимо, поэтому я решила узнать у Яги, о том, что она ему рассказывала для перехода в мир иной.
— Бабушка, почему река, где путники переходившие в вечность, могли утолить свою жажду, превратилась в место, где царят ужас, хаос и смрад? — мне нужно было себя чем-то отвлечь.
— Это случилось, когда один князь решил, что он выше Рода, что старые люди, глупы. Что их вера и веды устарели. Он стоял у начала конца. Был огонь, много огня. Жгли дома, селенья, целые поколения, которые отказались отречься, и отказались принять. Кровь лилась, словно пот у косаря, что решил выйти в поле в полдень. Князь принёс свою веру, забирая жизни тех, кто отказался, окрашивая реку кровью. После всех этих событий чистая, как хрусталь, река стала забирать души павших, с каждым разом напитываясь их болью, скорбью и отчаянием. Чтобы не попасть в ловушку вечной тоски, перекинули через реку мост. Сначала его Горыныч охранял, но потом решил, что в горах ему нравится больше.
— Конечно, больше, — сказал Леший. – Там и воздух свежий, и покойники не дёргают.
— А я и не знала, что у реки такая богатая история, — протянула я.
— Что удивляться? Вы всё забыли, предков не чтите, дары не носите, но пока живы мы, всё идёт по спирали времени.
— А что насчёт Судьбы? В сказаниях Любавы говорилось, что нужно поклониться Судьбе?
— Как я уже говорила твоему кавалеру, возможно, ему нужно приять свою судьбу, а нам смириться с ней.
— Что? — я не принимала смысл сказанных слов, и первое, что мне захотелось сделать, это разбудить его.
— Чего ты несёшь, ведьма? Хватит девчонку пугать, — сказал Леший. — До рассвета всё должно проясниться.
До восхода солнца оставалось не так много времени, но вдруг, ткань начала комковаться, а тело под ней зашевелилось. Яга сразу велела мне приготовить воду, чтобы напоить путника. Она посмотрела на Лешего, а он, что-то сообразив, схватил покрепче свой посох. Что-то было не так.
Сдёрнув саван с лица, я увидела бледную кожу и ужасные фиолетовые пятна, проступающие на ней. Судя по всему, ритуал должен был проходить не так, поэтому Яга пыталась всеми силами уложить Виктора обратно на стол, но он словно обрёл не дюжую силу и, оттолкнув ведьму, напал на меня. Странным было то, что он пытался добраться до моей шеи, минуя остальной интерес. Я не знала, что мне делать, и интуитивно обожгла его руку, которой он схватил меня за горло. Виктор закричал не своим голосом и, выпрыгнув в окно, рванул в сторону тёмной части леса.
— Это подселенец, — закричала Яга, пытаясь привести меня в чувство. — Тебе надо бежать за ним, скорее.
Я запрыгнула в ступу, чтобы спуститься вниз и после приземления побежала прямиком в лес. Виктор бежал быстро, но постоянно спотыкался, словно плохо владел своим телом. Я пыталась догнать его, совершено не понимая, что мне делать дальше. Повернув на тропинку, которая вела к дому, он запутался в своих двоих и упал, поэтому я смогла довольно быстро его догнать. Нас обступали вековые ели, закрывая обзор на избушку. Когда парень понял, что я его преследую, его лицо перекосила безобразная гримаса. На руках выросли когти, а зубы стали тоньше и острее. Он бросился ко мне, в надежде разодрать горло, и отступил только тогда, когда я заковала себя в кольцо пламени. То, что он испугался огня, я поняла сразу, как только как только он увидел маленькие искорки, а не когда, они коснулись его руки, которая пыталась задушить меня. Увидев жаркое мерцание, он отступил вглубь, но я не могла его отпустить. Времени думать было мало, и всё же, мне не хотелось подпалить парня. Я задумалась над тем, можно ли создать холодный огонь? Такой огонь, что не будет губителен ни для Виктора, ни для природы. Я закрыла глаза собираясь с мыслями. В моём воображении, неожиданно для меня самой, всплыло воспоминание, как я стою на мосту, а Вета рассказывает мне, что в лесу за мной что-то гонится и меня охватывает страх, а деревья вспыхивают как спички, после этого огонь перекидывается на меня, но я счастлива. Я поняла, что своим кошмаром, моя бывшая подруга подала мне отличную идею. Не я была добычей в этой схватке, но мне нужно было привести «добычу» целой и невредимой обратно к Яге, чтобы она вернула мне моего прежнего парня.
Собрав всю силу, что у меня была, я представила, как «загорается» ёлка за ёлкой, словно новогодняя гирлянда. Огонь не сжигает вековые деревья, сохраняя их изначальный вид. Открыв глаза я почувствовала восторг. Пламя струилось сквозь меня, окутывая ярким сиянием, при этом не причиняя вреда.
Понимая, что из ловушки ему не выбраться парень метался в круговом огне, как на арене цирка, надеясь найти брешь и вырваться. Я немного сузила кольцо огня, давая понять, что пространство, которым он обладает, полностью в моей власти.
Я уже собиралась подойти к нему, когда к нам подбежал Леший. В его глазах я прочитала весь ужас и боль, которую он испытал, глядя на горящий лес.
— Стой, не трогай его, — закричал он. — Это Ырка, кровососущая тварь.
— Кто? Какая ещё Ирка? — не поняла я.
— Ырка, — ответил лесной дух, подойдя ближе. — Души самоубийц не перерождаются, они становятся вот такими злобными созданиями, обречёнными вечно бродить в царстве Нави.
— Но почему…? Почему он здесь? — спросила я.
— Мы открыли «дверь», а «дома» никого нет, вот он, видимо и решил погостить.
— Нам нужно выгнать его. Как нам вернуть Вика обратно?
— Идея с огнём хороша. Эти сущности его боятся, но мой лес… — грустно сказал Леший.
Зверь в теле Виктора начал кричать. Он понял, что тело, в котором он разгуливает, очень нам дорого. Он стал наносить увечья самому себе и хоть Леший и запретил, я побежала в надежде сделать хоть что-то, чтобы его остановить. Представив, как огонь окутывает его запястья, я заковала его в импровизированные огненные наручники. Ссадины, что остались от когтей, нечем было перебинтовать, но на помощь мне пришёл обычный подорожник, который Леший протянул мне, увидев, что я хочу сделать.
— Спасибо, — сказала я, закрывая рану перемятой травой.
Мы шли рядом, а злобное создание шагало впереди, вынуждено опасаясь оков огня вокруг него. Мне удалось вернуть Ырку на поляну, но как затащить его обратно в избу и уложить на стол, мы не знали. Ступа, после всех приключений не выдержала бы нас двоих, а сажать эту нечисть в одиночестве… нет, такого Яга мне ни за что не простит.
Выглянув в окно и увидев нас, ведьма решила, что нет смысла поднимать безжизненное тело наверх. Поэтому спустилась вниз, держа в руках воду и саван.
— Старый, неси доску́ сосновую, да поровней.
— Зачем? — мне было страшно, что что-то случится с моим героем, который так самозабвенно решил мне помочь.
— Надо выгнать эту тварь, — сказала Яга.
Леший принёс отличную толстую доску, которую положил рядом с подселенцем.
— Туши огонь, Нина, а ты, старый, клади его на эту доску.
Я не успела загасить пламя, как Леший уже схватил парня и с силой положил на землю.
— Совсем не горячо, ты очень выросла, девочка, — сказал хозяин леса.
Смущаясь, я потушила огонь. Яга, набросив ткань на голову парню, буквально привязала его к доске. Она принялась читать заговор, чтобы избавиться от сущности, а мне велела поливать голову водой:
Здесь тело храм. Найди покой
Оставь сосуд, Вернись домой
«Болезнь» души своей не скрой
Найди причал, ты здесь чужой
Тело начало биться в конвульсиях, а Яга начала кричать, чтобы я больше лила воды. В маленькой чарке вода должна была закончиться давным-давно, но она не заканчивалась.
В какой-то момент всё смолкло. Тело перестало шевелиться, а я трясущимися руками открыла лицо парня. Он был как прежде, трупные пятна исчезли, но он никак не приходил в себя, хотя солнце уже встало над лесом, а Леший говорил, что с рассветом всё проясниться.
— Бабушка, что происходит? — спросила я дрожащим голосом.
— Не знаю, — ответила она. — Нужно ждать.
— Чего ждать? Вы обещали…
— Теперь только от него зависит, вернётся его душа в этот «храм» или нет.