За завесой тёмного леса

Глава 39

Злодеи побеждены и наказаны!
Герои победили и нашли свою награду!

Мне было очень страшно выходить навстречу неизвестности. Почему-то в голове проигрывались самые ужасные сценарии. Казалось, что я обманом заманила сюда несчастную женщину, чтобы не чувствовать себя такой одинокой.

Когда я вышла, Яга поспешила уйти, оставив нас наедине. Мы смотрели друг на друга не говоря ни слова. Не знаю, что она видела во мне, но я видела уставшую, измученную, но такую красивую женщину. Рыжие пружинки обрамляли бледное лицо, на котором были созвездия веснушек. Тонкие кисти всё время поправляли непослушные кудряшки, которые норовили залезть в рот при попытке что-то сказать.

— Я… Меня… — я пыталась заговорить, но не могла. Слёзы, которые так долго ждали своего часа, наконец вылились наружу и не в силах стоять, я села на траву.

Женщина подбежала ко мне, немного неуклюже, и присела рядом. Она обняла меня и уже через секунду мы плакали вместе. Мы долго сидели на холодной земле молча. Мне так хотелось ей многое рассказать, о многом спросить, но я не знала с чего начать. Она обняла меня ещё крепче и произнесла:

— Ты очень красивая, доченька. Ты так похожа на своего отца, и я рада, что могу, наконец, вот так тебя обнять, — сказала она, начиная плакать ещё сильнее.

Я плакала, уткнувшись лицом в её плечо. Всю свою жизнь мне очень не хватало мамы, но только сейчас, находясь рядом и обнимая её, я поняла насколько.

Не знаю, сколько прошло времени, когда к нам на опушку вышел дедушка Леший. На улице холодало, и он не хотел, чтобы мы мёрзли, поэтому нам пришлось последовать его совету и забраться в избушку.

Яга хлопотала на кухне, а за столом сидел Виктор, на коленях которого сидел кот. Почуяв родную душу, Васька спрыгнул с ног парня. Молниеносно подлетев к Василисе, он начал тереться об ноги громко мурча, словно выпрашивая его погладить.

— Ах, ты, маленький обормот, помнишь меня ещё, — Василиса взяла кота на руки и принялась активно наглаживать.

— Рад тебя видеть, дочка, — сказал Леший, садясь за стол к Вику.

Василиса отпустила кота и низко поклонилась дедушке.

—Прости меня, лесной дух. Век добром буду тебе служить за то, что дочь мою не оставил, что помогал ей, учил и приглядывал.

Леший лишь отмахнулся, предлагая нам сесть за стол, да наестся «от пуза».

Мне хотелось о многом поговорить с ней наедине, но пока я была не готова к этому. По этой причине я была счастлива, что мы все собрались за столом у Яги, и хотела выяснить, что именно произошло, и как Виктор нашёл мою маму в царстве непроглядной тьмы. Ещё я поймала себя на мысли, что очень боюсь называть её «мама». Словно, если скажу это, морок спадёт, и она снова исчезнет, будто её никогда и не было.

— Вик, хотела узнать, как ты нашёл маму в царстве теней?

Парень посмотрел на меня, потом на мою маму и честно ответил:

— Меня вело моё сердце. Слушай, я не понял, как оказался там, а лишь ощутил гнилостный запах и увидел перед собой бурлящую реку огня. Мост, который был перекинут через эту реку, напоминал скорее канат, на котором канатоходцы показывают свои номера на высоте, только у них внизу страховочная сетка, а у меня грозящий подпалить мою пятую точку поток. В один момент я чуть не сорвался, но мне повезло, я прошёл этот путь. На том конце моста меня ждала женщина. Она дала мне в руки веретено и велела идти туда, куда ведёт нить. Я поблагодарил её за помощь и пошёл дальше. Слабое свечение нити во тьме стало привлекать много духов, но, только не смейся, ладно? Голос в моей голове сказал, что мне стоит отыскать в лесу древо бессмертия, что вечно цветёт, не меняя окрас.

— Подожди-подожди, — сказала Яга. — Что тебе дали? Чагой-то я глуха стала на старости лет. Уж не хочешь ли ты мне сказать, что сама богиня Макошь встречала тебя на мосту? Что твориться-то, видать, и правда твоя это судьба была, Василису из плена спасти, — Яга погладила Василису по голове, вернувшись к готовке.

А Виктор продолжил:

— Лес был тёмный, но увидев иголки ели, я понял, что нашёл его и спрятался за ним. Вечно зелёное, я подумал, что это оно. И это, правда, спасло меня, души словно и не замечали огромного дерева, обходя его стороной. Наматывая пряжу, я шёл туда, куда указывало мне веретено, так, плутая, я вышел к клетке. Большая, покрытая золотом, она выглядела как обычная клетка для птиц, в середине которой, как на жертвенном алтаре, лежала твоя мама. Когда я подошёл, задел клетку веретеном и она открылась, а после само веретено исчезло. Я взял твою маму на руки, потому что она была очень слаба, я почувствовал, как что-то рвётся и оказалось, она была связана. Но как только я дотронулся до неё, цепи исчезли. Я не знаю как, но радуясь этому, я старался бежать как можно быстрее, чтобы ей оказали помощь. Мы долго блуждали, пока я не услышал твой зов. Я слышал, как ты зовёшь меня и побежал на звук твоего голоса, а дальше вы всё знаете, я очнулся в лесу, а Василиса ждала нас у ворот. А ты, кстати, обещала рассказать, почему я мёрз на холодной земле, а не возле тёплой печи, — сказал он, указывая на меня.

— А ,это… просто, пока ты «спал», твоё тело занял злобный дух, который гонялся по лесу в надежде меня убить.

— Вообще-то он хотел твоей крови, — сказала Яга. — Ырка пьёт кровь.

Я вспомнила, как длинные когти тянулись к моей шее и вздрогнула.

— Видимо, поэтому у тебя болит нога, наверное, ты сломал её, когда упал в лесу, — сказала я виновато.

— Нога заживёт, нечего сопли жевать, — сказала Яга Виктору.

— Мне вот больше интересно, как же всё-таки Любаве удалось в царство Нави проскочить?

— Мара, — сказала Василиса. — Перед тем, как она ушла, я видела их вместе.

— Так вот что случилось с Любавой. Мара — богиня смерти. Невидимой пеленой покрывает она людям глаза, затемняет им рассудок, чтобы сбить с дороги. Так Любава и оказалась в ловушке своих иллюзий.