За звоном колокольчика

Глава 15

Вода окутывала принцессу, мягко обнимая ее тело и скрывая неразборчивые чернильные узоры, которые на ней появились в ходе манипуляций старшего принца. Она пыталась смыть с себя их, но те никак не сходили, словно их ваяли магией.

— И как оно прошло? — Им Джесон нависает над сидящей в воде девушкой, выглядывая через ее плечо.

«Лирей» быстро закрыла груди руками, не решаясь открыть глаза. Ужасно смущающая ситуация, но что поделать, если, несмотря на роскошную наружность, младший принц стал известен своей нетактичностью и полным отсутствием приличий. Такое мнение она о нем составила.

— Что вы тут делаете? — спрашивает она максимально вежливо. Однако, вместо осуждения или насмешек, на его лице появилось смешанное выражение изумления и интереса. Он начал разглядывать узоры, теперь видя в них что-то другое, кроме случайных меток.

— Братец постарался? — спрашивает он встречно, игнорируя ее вопрос.

— Младший принц…

— Тш! — приказал тот, — Хочешь, чтобы «уши» доложили о том, что ты снова была со мной? Будто он станет слушать, что ты совершенно этого не хотела.

— Но вы ведете себя шумнее… — возмутилась она, сев к нему в пол оборота, по прежнему прикрывая груди рукой.

— Меня не слушают.

— Как это?

— Все просто. Я им не интересен, — сказал он это даже с какой-то обыденностью.

Она хотела его успокоить, но не знала, будет ли это бесполезно.

— Как вы так можете говорить? — прозвучало возмущение в ее голосе. — Так спокойно…

— Меня не слушают, — произнес он с усмешкой, — Даже если я стараюсь быть заметным. Мои слова и мысли исчезают в пустоте. Потому что я лишь побочная ветвь, таков мой удел! — Принц сделал паузу, ощущая неподдельное расстройство и грусть. Он наблюдал за девушкой, заметил слезы, эмоции, переплетенные в ее лице. — Ты плачешь?

— Что? — переспросила она.

— На твоих щеках слезы… — ткнул он ей в щеку, ловя пальцем соленую капельку, — Необычно. Никто раньше не плакал из-за меня.

— Должно быть, это от освещения или… не знаю от чего еще! Вот еще! Плакать мне по вам! — пошла она на попятную в своей жалости к нему.

— Так тебе нужна помощь или нет? — снова игнорирует он ее слова.

— По-мощь? — неуверенно переспросила девушка по слогам.

— Именно. С этим, — ткнул он на узор на ее плече. — Я могу помочь смыть их.

— Наверное, эти чернила просто очень едкие. Сами сойдут...

— Нет, это так не работает, — уверил он ее в обратном, — они намешаны с магией. Сами не сойдут.

— Тогда… не должна ли я их оставить? — спросила она.

— Оставить?

— Вы единственный, кто хочет мне помочь и… будет странно, если его Величество не увидит после свои же метки.

— Возможно, ты права, — произнес он, наконец, открываясь перед девушкой. — Это только усугубит ситуацию.

Она искренне улыбнулась. Им мог даже подумать, что впервые за долгое время он снова видит эту открытость.

— Вас… не видят? Мы говорили об этом… — решила она снова начать прежнюю тему.

— Я сказал, не слышат, но не говорил, что не видят. Ты плохо слушала меня, дорогая! — посмеялся тот с нее, а после и вовсе поднялся с места. Он обошел каменные бортики ванной, опустился в воду к девушке и подошел, заставляя ее еще больше «впечататься» в стенку.

— Что вы… что вы делаете? — пропищала она.

— Почему ему можно, а мне нет? — спрашивает он. Похоже, эти двое друг друга не слушают.

Им подходит к девушке и, прежде чем она успевает задать хоть какой-либо вопрос, тянет на себя за руку и целует в губы.

Арён, ошеломленная неожиданным поступком младшего принца, застыла в его руках не в силах двинуться с места, оттолкнуть его от себя или поддаться порыву. В голове роились мысли, но стоило ей ухватиться за хоть одну — тут же уплывали сквозь пальцы.

Джесон отстранился с тихим чмоком, заглядывая в ее широко распахнутые глаза. В груди какое-то волнение расходится волнами от приятного касания.

«Зачем он это сделал? Что добивается? Это… какая-то игра?» — задает она сама себе вопросы.

— Твои губы подобны лепесткам роз… ах, если бы ты могла выбирать… мог ли я надеяться, что ты выберешь не его? — спрашивает он то ли у нее, то ли у себя самого.

— Принц вы…

— Что я себе позволяю? Что я хочу. Делаю и думаю, только так, как велит мне мое сердце. А что же ты?

— Я?

— Пришла сюда, потому что так велел кто-то другой. Питаешь надежды спасти свой народ, но знаешь ли ты, что все уже давно решено? Такая наивная девочка, прямо душу греет!

— О чем… вы? — она, кажется, только сейчас начала выходить из этого странного состояния прострации. До отдаленных уголков разума доходят его слова, но они пока далеки от истинного понимания.

— Упс! Кажется, я загнал коней раньше времени, а? — тянет тот, поднимает руки над головой, чуть потягиваясь, будто разговор этот ему наскучил, — Спросишь об этом не меня… моего братца, когда вдоволь наиграется тобой и выбросит! — добавил он напоследок, вышел из воды и пошел прочь.

— Что это… было сейчас? — спрашивает «Лирей» саму себя, смотря в точку, где еще мгновение назад был молодой человек.

Сердце колотилось в груди, отчаянно пытаясь найти ответы на вопросы, которые внезапно заполнили ее разум. Почему он так поступил? Что значила его фраза о выборах и судьбе? Мозг отказывался подчиняться, перерабатывая мгновение, оставившее свою метку не меньше, чем те чернильные узоры на ее коже.

Она вздохнула, прильнув к стене ванной, чувствуя, как холодная вода обнимает её, контрастируя с внутренним жаром. Время текло медленно, и она вспомнила о том, что произошло до этого — о принце, о его манипуляциях и о том, как она оказалась здесь.

Лирей подняла руку к губам, едва осознавая, что еще ощущает тепло его поцелуя. Погружаясь в маленький мир своих мыслей, она понимала, что ей нужно принять решение, и сделать это было куда сложнее, чем просто оставить всё как есть. Словно в ответ на ее внутренние бури, вода вокруг вновь забурлила, поднимая воздух и шипения тысячи вопросов, готовых вырваться наружу.