Забери меня

Глава 11

Ада

Он курит.

Раньше мы этого не делали, ни он, ни я. Но видимо не теперь. Мне кажется, что в лёгких закончился воздух, и я тону в луже, в которую он меня макает, своим пренебрежением и ненавистью. Для этого ему даже не нужен океан, хватит и мокрого пятна на асфальте. Нелюбовью, я придавлена плитой ненависти и усталости без него. Мне хочется наложить на себя руки, именно сейчас, в эту минуту, наглотаться таблеток, выйти на дорогу, потому что его взгляд режет меня, калечит, отправляет на дно, которого я заслуживаю, с его слов.

Призрачная надежда на то, что он меня услышит и поймёт тает с каждым днём. Я не могу до него достучаться, а ещё у меня такое чувство, что у меня едет крыша, только потому что я помню каким чутким и нежным он был со мной, тогда, раньше. А сейчас, мне словно подменили мужчину. Я его не узнаю. Пока ещё не боюсь. Но только пока.

Леонид. Возможно из него мне стоит вытрясти все ответы. Заставить говорить, мне хотя бы момент записать на камеру, диктофон, да на что угодно, чтобы доказать ему. Чтобы сбросить чёртову яростную пелену с его глаз. Хоть как-нибудь заставить Кирилла меня слушать.

Моментами у меня в голове мелькают мысли о том, что Лёнька меня убьёт и возможно проблема разрешиться сама собой.

Ума не приложу, что мне делать и куда идти. Домой? На работу? Или к Кириллу? Раньше возле него был дом. А сейчас, он есть, а нас нет.

А как я с ним буду работать, как он со мной будет работать?

Мы ведь даже общаться друг с другом спокойно не можем.

Голова пухнет от роя мыслей. Они нескончаемым потоком бьют. Не затихая ни на минуту, как быть, что мне делать?

Я бы хотела сбежать. Но мне не к кому.

Когда человек один у него развязаны руки, он может делать всё что угодно со своей жизнью. В последнее время у меня все чаще возникают мысли, что закончить все это было бы правильным решением. А потом я думаю о Тасе, и что она скорее всего будет убита горем. И мысли ненадолго уходят. Обещая мне вернуться снова.

Мне хочется это прекратить. Но я не знаю как. Пока мы были вместе у меня был персональный антидепрессант, но теперь кажется, что доза превышена и он меня убивает медленно, но верно.

Почему то мне думается о том, что он бы совсем не расстроился. И это мысль меня совсем пугает. Совсем.

До меня только сейчас доходит, что я стала бесцветной оболочкой, у которой долгое время не было ни мыслей, ни желаний, ничего.

Мне приходиться потратить неделю, чтобы узнать, где обитает Лёнька.

Почему то меня перестала пугать мысль, что он меня убьет. Наверное, меня успокаивает, то что если бы хотел это сделать, уже совершил бы. К тому же тогда Кирилла не было рядом.

Чем я так разозлила его? Он сломал мне жизнь, и Кириллу. Брат делал даже больше, чем всё для него. Гораздо больше, чем можно было вообще представить.

Если я на секунду представлю себя на месте Кирилла, то выходит, что у меня нет любимого человека, нет брата, и два года жизни волшебным образом испарились из моей памяти и понимания.

Стоит поехать к Лёньке, может мне наконец пригодится, купленный давно, словно в прошлой жизни, перцовый баллончик. Надругаться над собой такого счастья я ему не дам. Только разговорится ли он? Зная, что Кирилл вернулся и в городе. А знает ли он? Конечно, знает. Лёньке сразу же донесли друзья из мест не столь отдаленных. Ада, включи мозги, давай же, иначе долго ты не протянешь. Я же знаю и Кирилла, и Леонида, но до невозможности боюсь их новых проявлений.

Охраняемая территория. Неужели он ждал возвращения брата? Возле высотного десятиэтажного дома разбит цветник, ухоженный и огороженный. Пять тысяч охраннику и я спокойно прохожу на территорию. Яркое солнце меня бесит и выводит из себя. Роняю на асфальт телефон, костерю себя в уме за невнимательность и нарушенную координацию. Для Кирилла это была бы не проблема. Он никогда на меня не злился, не делал замечаний. Я даже не знаю как описать наши с ним взаимоотношения, чтобы полностью охватить понимания друг друга. У меня подкатывает тошнота, когда мелькает мысль, что я потеряла это навсегда. Вот так просто за одно действие другого человека, будь ты неладен, Леня, но только твоими молитвами, могу лишиться в жизни самого ценного и любимого. Уже лишилась.

Смотрю на многоэтажку снизу вверх. Страшная мысль, до этого в моей голове таких не было. Но и такого отчаяния я не испытывала. Боль да. Страх тоже было. А невероятной силы ненависти и отчаяния нет. Что если я закончу всю эту чёртову историю и Ленечка навсегда исчезнет. Испариться из наших жизней. Я смогу спокойно поговорить с Киром, и он меня услышит. Заставляю себя встряхнуться, не буду этого делать. Не смогу дальше жить так. Или смогу.

Боже, Кирилл? Где ты? Я не справляюсь и вряд ли смогу жить с этим дальше? Интересно ты бы принял меня такую?

Нажимаю кнопки домофона, дверь легко поддается. Залитый светом холл, весь заставленный цветами в горшках. Лифт, мне нужен десятый этаж. Я так не хочу его видеть, что мне мерещиться – лифта нет долгую бесконечную вечность. Или так и не приедет и я развернусь и уйду домой, чтобы забиться под плинтус и жалеть себя всю оставшуюся жизнь. Нет, мне придется подняться, увидеть эту наглую, обезображенную собственной желчью рожу, и вытянуть из него всю ту мерзость, что он мне сделал. Нам с Киром. Хотя заставить его рассказать, даже и заставлять не придётся, с его бахвальством и желанием ткнуть меня в мои же кровоточащие раны. Он будет получать удовольствие от своих рассказов. Будет издеваться.