Забери меня

6

Увидев меня на пороге, мама прикрывает рот рукой. С моей одежды все еще стекает вода, хотя я прошел по городу не меньше тридцати минут прежде, чем добраться до дома. Я чувствую, как правая сторона лица все больше опухает от удара Макавриса.

— Зак. — Мама оказывается рядом со мной, протянув руки. — Что случилось?

За ее спиной появляется Джош, на его лице изумление.

Я отстраняюсь от мамы и прохожу мимо, хлюпая мокрыми кроссовками по полу.

— Упал в бассейн.

— Где ты был?

— С друзьями.

Это полная чушь. У меня нет друзей.

— И ударился челюстью? — спрашивает Джош. — Кто это сделал, Зак?

Я останавливаюсь у лестницы и оборачиваюсь.

— Никто. Я просто увлекся. Больше этого не повторится.

В глазах мамы появляются слезы, и это выводит меня из себя. Всеми силами я пытаюсь сдержаться.

— Это просто случайность. Не нужно устраивать истерик.

— Мы волновались, — повысив голос, произносит Джош.

— А я не собираюсь отчитываться за каждую проведенную минуту вне дома. Ничего не случилось, все хорошо, ясно?

— Закари, не груби, — просит мама.

Но Джош встает прямо передо мной, загородив ее.

— Ты не можешь делать все, что захочешь. Мы не помним, когда в последний раз засыпали, не подумав, все ли у тебя в порядке.

Он пытается мной манипулировать. Вызвать во мне чувство вины за то, что я якобы заставляю их нервничать. Но я чертовски от этого устал, мне не нужна их забота. Подойдя к брату вплотную, я говорю ему прямо в лицо.

— Я был в той машине, не ты и не мама. Она умерла на моих руках. Это я не помню, когда спал нормально в последний раз. Не пытайся вдолбить мне, что теперь я что-то кому-то должен только лишь потому, что не умер там вместо нее.

Не сдержав громкий всхлип, мама уходит из гостиной. Мы с братом продолжаем буравить друг друга взглядами.

— Я понимаю, но Зак… — тихо начинает Джош.

— Нет! Ни хрена ты не понимаешь. Я просто прошу оставить меня в покое!

С этими словами я поднимаюсь наверх и, забежав в свою комнату, громко хлопаю дверью.

Твою мать.

Как я устал. Все мое тело сотрясает дрожь и не совсем понятно, от чего именно. От холода, от выпитого алкоголя или от ссоры с семьей.

После душа, когда мне становится легче, приходит чувство стыда. Я был слишком резким. Но этот гребаный вечер и без их нотаций принес мне много эмоций, с которыми я едва справлялся.

Я стараюсь игнорировать стыд. На его смену грудь заполняет тяжелая пустота. Это еще хуже. Все, что сказал Колсон крутится в голове.

Одно действие было особенно трудным. Но она никогда не дрейфила.

Она была такой мягкой…

Он никогда не скрывал, что хотел ее. Никогда. Но Софи убеждала меня, что ничего не чувствовала к Колсону и что у них ничего не было.

Иногда ревность сводила меня с ума, и я действовал не совсем разумно. Но я верил ей. Всегда верил. Если бы до меня у нее что-то было с ним, это бы ничего не изменило. Но она говорила другое.

Если он провоцировал меня на эмоции и драку, то у него это получилось. Но что он говорил о действии? Была ли эта фраза тоже провокацией? Судя по реакции остальных, включая Мэнди, мне так не показалось.

Застонав, я провожу ладонью по лицу. Не помню, чтобы мне было так хреново. И это учитывая то, что у меня был опыт потери близких. Наш отец умер, когда мне было шесть, а Джошу десять. Я плохо помню то время. Это стерлось из моей памяти. Помню только неимоверное количество людей в нашем доме и бесконечные запеканки от соседей, от которых меня тошнило. Тогда я и видел в последний раз наших бабушку и дедушку из Канады, родителей отца. После того, как рак забрал его, они больше не интересовались его семьей.

Почему ты тоже оставила меня, Софи?

Я всегда рядом.

Резко дернувшись, я закрываю лицо подушкой. Так больше продолжаться не может. Я не могу слышать ее голос. Хочу, но не могу. Это заставляет сомневаться в своем рассудке.

Стараясь перебирать в памяти только хорошие воспоминания, я переворачиваюсь набок. В комнате абсолютная темнота. На мне футболка, в которой любила спать Софи, когда пробиралась в мою спальню. Она давно уже ей не пахнет.

Ты спросила идет ли тебе футболка, когда появилась из ванной. Я едва не свалился с кресла, когда повернулся. Твои волосы были собраны в две косы, лежащие на плечах, а в глазах сверкали лукавые искры. При виде моего открытого рта ты громко рассмеялась, но тут же захлопнула рот ладошкой. Мама спала в соседней комнате и не знала, что в мою спальню забралась девушка с помощью огромного клена, растущего рядом с домом.

— Ты красивая, — сказал я.