Забери мою свободу.

Глава29

До дома шла не видя дороги из-за слез. Открывая дверь, молилась, чтобы Паши не было вквартире и какое испытала облегчение, когда убедилась, что его нет.
Наверно невеста навестила его тут, до встречи со мной и он ушел. Невключая свет, оставляю пакеты с едой в коридоре, снимаю одежду, бросаю на пол и плетусь к кровати, падаю на нее, утыкаюсь в подушку, позволяя слезам не сканчаемым потоком литься. Сколько я так лежу не знаю нахожусь в не времени, на краю бессознательности.
Врал, так нагло, глядя в глаза врал. С моей стороны было глуппо открыться ему. Было бы не так больно уйди он к другой, очередной, но у него есть невеста.
В реальность меня возращает звонок в дверь, потом стук и следом оживает телефон. Скидываю звонок от Паши. Зачем он здесь?
Не хочу его видеть, и не хочу, что бы он видел меня зареванную и с опухшим лицом.
Стук в дверь, опять звонок на телефон, все пропускаю мимо ушей, продолжая лежать уткнувшись в подушку. Странно, что он не заходит у него же есть ключи. Может не он за дверью, кто бы там не был не хочу открывать. Стучать перестают, значит все таки не он.
Через некторое время, щелкает замок и дверь открывается и тут же хлопает. Пришел. Только зачем? Извиниться за обман?
— Уходи — кричу ему в коридор — я не хочу тебя видеть.
Знаю, что не уйдет ведь не для этого пришел, но обозначить свою позицию надо.
— Что случилось? — таким удивленным и спакойным голосом, будто и правда не знает.
Подходит и садится на кровать, чуаствую его холодную руку на ноге. Скидываю ее и отворачиваюсь к нему спиной.
Чувствую себя обессиленной.
Сново кладет руку, но уже на плечо и потихоньку пытается повернуть меня к себе лицом. Скидываю руку и отползаю подальше.
— Вали к своей невесте — зло брасаю ему.
— К кому? — чувстваю, как замерает, обдумывая мои слова.
— Можешь не прикидываться, она приходила.
— Не знаю кто к тебе приходил, но я клянусь, что у меня никого нет, тем более невесты, только ты. Может тебя с кем перепутали?
Прогибается матрас и он ложится крепко обнимая. Я слабо сопротивляюсь и замераю, когда объятья становятся крепче. От них еще больней. Может стоит подскочить, наорать и выгнать, еще пощечину дать, но я так не могу. Кричать и истерить, не мое.
— Нет, она позвала меня по имени.
— Незнаю кто это мог быть, но когда ты успакоишься и все раскажешь я разберусь.
Не хочу ничего говорить, но он продолжает упорно твердить, что это какое-то недорозумение.
Слушаю, начинаю сомневаться. Незнаю как у него получается, но зерно сомнения он во мне посеял, или я просто сама хочу поверить. Непривычно и странно, но он говорит со мной, не пытается замять все, а искренно, как мне кажется, хочет во всем разобраться. И я дам шанс, ведь очень хочу чтобы это было не правдой. Не знаю кто она на самом деле, но Паша сказал, что во всем разберется, а я как всегда просто ему верю. Жаль, только по описанию он не понял кто это мог быть.
Все время, что мы говорили Паша обнимал меня и терпиливо успакаивал.
Ужинали мы в молчании, ну как ужинали так, кавырялись, вилками по тарелке еду размазывали. Я вообще отказывалась от еды, но Паша настоял и даже приготовил слипшиеся макароны с сосисками. Пока я вванной пыталась при помощи холодной воды, хоть както помочь своему лицу.
После ужина, попросила его уйти, но получила твердый отказ. Мне хочется все обдумать, при нем не возможно, постоянно меня отвлекает, пытается вовлечь меня вразговор.