Заброшенные души

"Котлы" часть 1

Деревня «Котлы», первое упоминание которой в Новгородских писцовых книгах датировались аж 1500 годом, была пожалована Людвигу Альбрехту Анной Иоанновной, за «помощь» в воцарении на престол в 1730 году. Правда чуть позже, при становлении власти Елизаветы Петровны, часть «подаренной территории» была значительно сокращена, ибо нечего участвовать в политических интригах супротив дочери Петра первого. Однако вместо Сибири опальный Людвиг был сослан в «Котельскую мызу», что в целом можно было считать весьма неплохим исходом. Но наибольшего расцвета усадьба достигла при Иване Львовиче Альбрехте. Именно по его приказу в 1830 году был переделан господский дом, заложен пейзажный парк и фруктовый сад, сделана лестница к пруду, а так же созданы таинственные подземные лабиринты, не изведанные и по сей день. ( Правда в основном из-за завалов и их общего мягко говоря «аварийного» состояния).

Дмитрий и Марина отправились в котлы на автобусе, идущем в автовокзала Обводного канала. Разговаривали в пути не много. Марина по своему обыкновению взяла в дорогу книгу. Снова бумажный вариант. На этот раз «Маугли» Ридьярда Киплинга.

- Хорошая книга, - прокомментировал выбор Дмитрий.

- Люблю ее с детства, - отозвалась Марина, почти не отрываясь от страниц.

Историк понимал ее. Киплинг писал живо, ярко, заставляя погрузиться в созданный им мир, оставляя желание верить в героев и самим совершить нечто столь же внушительное, как экспедиция по джунглям. И возможно кому-то могло показаться странным то, что Марина в ее возрасте читала «школьную литературу». Но Дмитрий даже не задумался над этим, потому что для него книга была литературой, без приставок и условностей.

До Котлов доехали хорошо. Усадьба, а вернее то, что от нее осталось, располагалась в центре деревни. Дом, некогда оформленный в стиле классицизма, с его шестиколонными портиками, прозябал среди дачных построек с парниками и грядками. Величественные некогда колонны поддерживали ныне небо, ну и ещё немногие остатки арматуры. Дмитрий сразу по приезду начал подробно исследовать каждый угол усадьбы. Прохаживать ее шагами. Что-то изменять.

- Итак, мы ищем клад или это только слухи? – смело спросила его Марина.

- Клад? – Дмитрий усмехнулся, - Ты думаешь, что при всех толпах любителей «заброшек», проходящих через эти места, здесь осталась не откопанной хотя бы крышка из-под пива?

- Весомый аргумент, - согласилась его спутница, подходя ближе к мужчине, - Но тогда что мы ищем? Или лучше спросить т ак: что ты ищешь?

8 лет назад.

Урожай в этом году был хорошим. Полина Андреевна, она же баба Поля для широких масс населения, накопала целый мешок картошки с принадлежащих ей скромных шести соток. Протерев пот рукой, она закрепила свою ношу в старой тачке и направилась в сторону железной дороги. По неприятному для бабы Поли стечению обстоятельств, путь ее проходил через бывшее колхозное поле, на окраине которого стояли останки каменного амбара. Дело шло к вечеру, и Полина Андреевна, так-то не любившая это чёртово поле, теперь шла с двойной осторожностью. Кто знает, будет ли в этот вечер возле амбара собираться шпана. И если да, то что придет этим недоумка в голову.

Поэтому услышав в высокой траве шум, боевая женщина сразу вынула из сумки электрошокер, чтобы достойно встретить противника. Однако на дорогу выпрыгнула не компания шпаны, а всего один мальчонка. Ну или молодой человек, как было бы лучше выразиться, хотя с позиции Полины Андреевны, все они были «детьми» в той или иной степени.

- П-простите, - заметив, что он напугал женщину, вымолвил молодой человек.

Подина Андреевна, не спеша принимать извинения, оглядела его с ног до головы. Весь бледный, изодранный: будто неделю по лесу плутал, но если бы не дурацкие усики, то вылитый ее сынуля. Черт бы подрал дурака бедового.

- Ты че забыл тут, аль специально бабок пугаешь, чтоб мы богу душу отдали? – строго спросила Полина Андреевна.

- Простите, - ещё раз пробормотал молодой человек, - я…к церкви Георгия Победоносца пройти хотел.

Баба Поля огляделась кругом: поле да сарай. Видно обкурился малой, или чего похуже.

- Ты это о чём? – спросила она.

Но молодой мужчина лишь печально смотрел на сарай перед ними.

И точно! Вот теперь-то баба Поля, получившая свои шесть соток в бурных восьмидесятых, поняла: что все эти годы напоминали ей развалины колхозного сарая. Ежели заместо деревянной крыши поставить башенку, да окна замурованные разложить, то точно часовенка и выйдет. Как же она сама ранее не усмотрела? Захотелось перекреститься, но гордость удержала женщину.

- Ишь чего придумал, - пробурчала она, - к храму ему надобно.

Молодой мужчина промолчал, мрачно глядя на останки строения.

- Все тлен, - пробормотал он, - лишь призрак прошлого.

Бабу Полю осенило:

- Да ты видать из этих, по телеку показывали, мистиков. Как их там? Охотников за приведениями.

Новый знакомец уставился на нее как-то странно. Были в его глазах грусть и какая-то взрослость, страшно расходящаяся с молодым лицом. Полине Андреевне по матерински стало жалко его.

- Пойдем, провожу тебя до станции, дурак ты бедовый, - сменила она гнев на милость, - там недалече настоящая часовенка есть, коли тебе так надо.

Молодой мужчина устало кивнул, затем предложил помочь с тачкой, а дальше они вместе плелись на станцию.

- Я, уважаемая Марина, исследую паронормальные явления, - сообщил Дмитрий, - смотрите.

И он достал из кармана куртки небольшой прибор, чем-то похожий на старый касетник.

- Это чудо техники улавливает колебания электромагнитного поля.

- А фотоаппарат у тебя значит с опцией ночного видения. А ещё тот странный предмет – датчик тепла, - подсказала Марина.