Заброшенный сад для госпожи невольницы

Глава 1

Меня качало на волнах темноты, и первое, что я ощутила, это дикую смесь не самых приятных ароматов: пот, сырость, продукты человеческой жизнедеятельности. Где я? В выгребной яме? Но появившиеся звуки откинули этот вариант. Люди, находящиеся рядом то испуганно перешептывались, то постанывали. А самое главное, я слышала стук… И не сразу поняла, что это волны бьются о что-то твердое. Я в порту? На причале? В моем городе есть река, но как я могла здесь оказаться?

Попытка вспомнить хоть что-то провалилась с треском, в голове не прояснилось до конца. И я не могла вспомнить даже кто я. Но почему тогда появились мысли про город и реку? Бессознательно?

Под ладонями обнаружился деревянный, не очень хорошо обработанный пол, царапающий тонкую, чуть сморщенную от влаги кожу. По телу побежали мурашки, я ощутила холод. Разорванная одежда совсем не защищала от прохладного воздуха. Разорванная? На осознании этого я открыла глаза и от увиденного зажмурилась.

– Это не может быть правдой! Это дурной сон! Кошмар! – очень реальный кошмар… Настолько реальный, что я чувствую качку. Настоящую морскую качку! – Где я?

– Несчастная, разум потеряла, – прошептал с ужасом кто-то за моей спиной.

– Да я бы на ее месте сразу к праотцам отправилась, а не то, что блаженной стала. Я-то хоть одному приглянулась, да и не первый год замужем. А девочку полкоманды истязало. Она ведь не из простых… Слышала я, как говорили про то, что ее защищали до последнего, даже камеристка собой закрывала. Видимо, совсем невинная дева, добрая, не за всех так слуги радеют.

– А я слышал, что она и есть та самая камеристка, просто выжила, вот и прихватили с собой, на мордашку-то ничего, я бы тоже не отказался, будь на месте этих, – хмыкнул мужской голос и на него сразу зашипели с нескольких сторон.

Они точно говорили обо мне. Вот только со мной не могло произойти того, о чем шла речь. Какая я девочка? Уже дочь замуж выдала давно… О… Я не девочка и у меня есть дочь. Прекрасно. Уже что-то.

Я попыталась встать, но сейчас, когда все чувства, наконец, вернулись, с ними появилась нестерпимая боль. Везде. Такая, словно по мне проехался каток, причем вперед-назад несколько раз. Каток… Камеристка? Эти два слова вообще никак не вяжутся во временном диапазоне. Что происходит?

Мне удалось сесть и ощупать себя, переломов вроде не было, но тело больше походила на один сплошной синяк. Кое-где темнели гематомы и засохшая кровь. И все это с трудом закрывалось рваным платьем. Глаза хорошо видели в полумраке, который разрезал лишь один солнечный луч. Ровно посередине потолка зияло квадратное отверстие, закрытое решеткой. Из него лился свет, и долетали звуки: крики людей, чаек и неясный гул.

Хотелось пить и умыться, но вряд ли это было возможно. Я оглянулась в попытке найти того, у кого можно спросить, но тут раздался дикий скрип. Кто-то откинул решетку и сбросил лестницу. Я инстинктивно попытался отползти к стене и спрятаться во мраке, и неожиданно, у меня вышло. Остановилась же только когда уткнулась спиной во что-то твердое. Как раз в этот момент на пол спрыгнули двое мужчин. Их вид говорил о том, что это точно не благородные рыцари, спешащие к нам на помощь. Нет, это как раз те, благодаря кому я здесь… Стоптанные сапоги с низким и широким голенищем у одного, босые ноги второго, оба в брюках непонятного цвета, то ли закатанных, то ли просто коротких и зауженных, серые рубахи, подпоясанные какими-то поясами-тряпками, на которых болтались мечи. Бородатые, лохматые, с обгоревшими, испещренными оспинами и шрамами лицами, они осмотрелись по сторонам и тот, что в сапогах, остановил взгляд на том углу, где сидела я.

– Смотри-ка, ледя в себя пришла. А капитан уж хотел ее морскому хранителю отдать…

– Доброе дело сделал… Нам, – ухмыляясь, пригладил бороду второй. – Забьемся? Кто первый…

– А чего забиваться, ее на двоих и сразу хватит, – заржал первый и так на меня посмотрел, что я, наконец, осмыслила, что они имеют в виду. Это непостижимым образом придало мне сил и подняло на ноги. Да так быстро, что закружилась голова, но я старалась удержаться. И получалось неплохо.

– Только подойдите! – крикнула я охрипшим голосом. – Прокляну! – а чем еще их можно напугать… Я одна, без оружия, избитая, против них двоих, силы изначально не равны.

– О, как… Боюсь-боюсь, – продолжал противно смеяться обутый. – Вижу вчерашний урок не освоила… А ведь визжала, как молочный поросенок, – в пару шагов он оказался рядом со мной и схватил меня за горло, приподняв так, что мне пришлось встать на цыпочки. – Разве леди не должны отличаться кротким нравом?

– Так те не пользованные, – грязно улыбнулся его товарищ. – А эта уже мало отличается от портовой девки… Разве что той заплатят за услуги.

– Да, – согласился обутый и подтянул меня к себе, сжимая пальцы так, что дышать я практически перестала. Впрочем, от него несло дешевой выпивкой, потом и еще чем-то так сильно, что и не особо хотелось. А уж когда он открыл рот, видимо, в попытке поцеловать, так я и вовсе перестала хвататься за его ладонь, а уперлась руками в плечи, не давая приблизиться. – Да что ты упираешься, дрянь! Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому!

Он второй рукой схватил меня за волосы и дернул, отчего у меня мгновенно навернулись слезы. Я попыталась перехватить его лапу, но тут же оказалась прижата к вонючему телу. Он же освободил, наконец, мою шею, дав доступ к воздуху, и зашарил по телу, пытаясь задрать сорочку, и мне ничего не оставалось, кроме как терпеть боль и лупить его изо всех сил. Только это ему не сильно мешало, скорее, веселило и распаляло еще сильнее. Ровно до того момента, пока моя рука не наткнулась на болтающееся у него на боку оружие. Он как раз дернул пояс, видимо, для того, чтобы проще было приспустить штаны. А я выхватила меч, со всей силы ударила ему коленкой в пах, а когда он наклонился, махнула наискось отобранным оружием. Раздался крик. Бандит упал на колени, прижал ладонь к груди, а потом поднял руку с открытым ртом, словно не веря, посмотрел на нее, на меня, и завалился на бок, постанывая. Я посмотрела на свой трофей. Это был не меч… Сабля… Очень похожая на древнекитайское Дао, слегка изогнутая, с елманью, небольшого веса, легко ложащаяся в руку и подходящая для рубящих ударов. Именно таких, какой нанесла я… От правой ключицы к левому бедру мужчины. Кровь мгновенно пропитала его одежду и закапала на деревянный пол, а сам он потерял сознание. Зато отмер второй.