Заброшенный сад для госпожи невольницы

Глава 2

Люди потихоньку выбирались наверх по лестнице, перешагивая через трупы бандитов, оказавшихся пиратами. А я продолжала стоять, держа перед собой саблю. Она казалась мне единственной защитой от неизвестности будущего.

Потому что я, Лилия Анатольевна Варда, никак не могла оказаться на пиратском деревянном корабле среди людей, одетых, словно актеры исторического фильма или реконструкторы. Нет, в реконструкциях я несколько раз участвовала… Вот только оружие там было тупое или холостое, и настоящих трупов в реквизите не значилось. Тем более, тех, что только что были отвратительными, но вполне живыми. А я до этого видела мертвых людей только на похоронах и по телевизору.

И да, этот «спаситель» назвал меня девушкой. Даже виду не подав, что льстит, а вот я-то совсем не девушка. Я уже дочь замуж выдала и шестой десяток разменяла. И последнее, что помню, это как вовремя корпоратива нашей строительной фирмы на теплоходе я рассматривала звездное небо, которого так не хватало в городе. А очнулась уже здесь. И как это объяснить – не имею представления.

– Вы может опустить саблю, все кончилось, – он смотрел на меня настороженно и немного устало. – Обещаю, вам никто не причинит вреда.

– Это дао, и мне как-то с ним спокойнее, знаете ли… Ваша Светлость, – нет, ну правда, даже если он на королевской службе или аристократ, как бы это не звучало смешно в современной действительности, ни что не мешает ему творить произвол. Мы же в море, судя по звукам. А вода скроет следы любых преступлений.

В море, черт подери! Быть этого не может! Мне до ближайшего моря тысячи полторы километров!

– Интересные познания для столь юной барышни. И я понимаю, что вам есть из-за чего переживать и чего бояться, но мои люди с опаской относятся к тем, кто при них вооружен, – он попытался скрыть за улыбкой размышления как меня обезоружить.

– Вряд ли обученные военные моряки испугаются девушку с большим ножичком, разве что захотят принести ей вред, – сдаваться мне не хотелось. Серьезно, не знаю, почему я так уперлась, но вцепилась в этот меч, как клещ. – Это мой трофей!

– Ни в коем случае не претендую на него, просто опустите его и поднимайтесь на палубу, вас сможет осмотреть лекарь. И когда все приведут себя в порядок, я оглашу королевскую волю. Клянусь, никто не обвинит вас в убийстве этого отребья и никто не посягнет на вашу честь, надеюсь, мое слово для вас не пустой звук. – он говорил это так, словно нарушить клятву для него смерти подобно и я его безумно оскорбляю своим поведением… Только слова это просто слова… Сказать можно, что угодно. Но я же не могу стоять так вечно? Поэтому мне оставалось лишь кивнуть, опустить дао и, обойдя герцога по широкой дуге, вылезти наверх. Скажем так, это оказалось не просто, с учетом того, что нормально держаться за перекладины одной рукой я не могла. Да и ноги не очень хорошо слушались. Все тело ныло, чесалось, а где-то под ребрами стреляло, через позвоночник и шею отдавая в голову. Солнечный свет ослепил меня на несколько мгновений, пришлось зажмуриться и на четвереньках отползти от люка. Кто-то усмехнулся, но я даже не обратила внимания. Плевать, пусть думают, что хотят. У меня есть проблемы серьезнее, чем это.

Наконец, глаза привыкли к солнцу, и я посмотрела по сторонам. И мы действительно находились в море. Два деревянных парусных фрегата, сцепленные крюками и мостками, бултыхались на волнах, повсюду сновали облаченные в одинаковую одежду моряки с оружием, кто-то оттаскивал и сбрасывал в море тела пиратов, кто-то помогал тем, кого вытащили из трюма, а кто-то просто следил за обстановкой. Ко мне подошел совсем молодой мальчишка и протянул руку. Я видела, как он косился на мое оружие и боялся, поэтому все движения совершала максимально медленно. Все равно быстро и не могла. Слишком больно.

– Там, на корме, мы отгородили угол для женщин, где можно ополоснуться. Давайте я провожу вас, – видимо, вся команда берет пример со своего командира, моряки обращались со спасенными пленными предельно вежливо.

– Благодарю, – согласилась я и встала. – Вы не знаете, что будет с нами потом?

– В Ларенсии нет рабства… По крайней мере, официально. Потому вам подарят свободу и отпустят, – улыбнулся парень. Наивный.

– Ну да, конечно, – вырвался у меня смешок. – Без документов, денег, жилья и вещей… Подарит свободу он, как же. Мы и так свободны, дружочек. Нельзя подарить то, что украдено… И отпустить на свободу в данном случае это потешить свое самолюбие. Так что судьба нас ждет в любом случае незавидная, – по крайней мере, меня… Я вообще не понимаю, где нахожусь. И такой страны, как Ларенсия на карте ни разу не видела. Более того, знать их язык не могу!

– Да что же вы! Как можно так о его величестве? – морячок в диком шоке довел меня до натянутых широких тряпок, за которыми перешептывались и повизгивали женщины, и отошел, словно испугался, что мое мнение заразно.

– Ой, девонька, живая, – всплеснула руками женщина лет сорока и приподняла ведро, стоящее рядом. – Давай помогу. Холодная, конечно, да соленая, но это лучше, чем ничего. Ты только железяку свою положи, и не боись, никто не тронет, – остальные, а их всего было четверо здесь, дружно загалдели. Я же начала немного зависать, голова отключалась, то ли от усталости, то ли от пережитого, то ли от боли, но думать получалось все хуже, все, на что меня хватило, это снять с себя рванье, и взять из рук сердобольной подобие мочалки. – Смелая ты очень… Только, кто же тебя замуж-то теперь возьмет? – она окатила меня из ведра. И я, шипя, начала тереть себя.

– Вот уж туда я совсем не хочу, – буркнула я. – Лей, – муж мой бывший ушел от меня сразу после свадьбы дочери.

Оказалось, что он уже два года как крутил роман со своей секретаршей, и она ждала от него ребенка. А что? В пятьдесят пять папочка опять. Астра – дочка, как и я, пребывала в диком шоке, пока не озадачилась появлением моего внука. А я… А я всю жизнь жила для семьи. То училась, то помогала с бизнесом мужу, хотя, последние несколько лет перед разводом он начал меня потихоньку отстранять от дел. Говорил, что нужно заниматься мне своим здоровьем, больше отдыхать… А оказывается он уже тогда был в поиске моей замены, готовил, так сказать, пути отступления. Что же, надо отдать ему должное, совсем без средств к существованию он меня не оставил. Правда, если бы я не пошла у него на поводу, то смогла бы отсудить или компенсацию побольше, или долю в бизнесе. Но вышло, как вышло. Несмотря на отложенные средства, достаточные для спокойного проживания в течение нескольких лет, работать пошла практически сразу, к основному конкуренту супруга простым делопроизводителем. Да, зарплата чуть выше средней по области, не вот прям золотые горы, но зато ко мне хорошо относились, всегда помогали… И было в этом поступке какое-то легкое удовлетворение, как от небольшой мести.