Забудь об этом, Варвар

1

Глава 1

Говорят, что вода не течет под лежачий камень. Еще говорят, что без труда муравей не велик, а горы копает. Помню еще, над столом учителя в начальных классах висела красивая надпись «Дело мастера боится». Стоит вспоминать еще? Пожалуй, не буду. Все равно мне больше нравится версия Марка — «Терпение и труд — инфаркт и инсульт». И сегодня я как никогда близка к его философии.

Голова болела с утра. Всю прошлую ночь я писала диплом, будучи уверенной, что смогу отоспаться на следующий день, но утром позвонили с работы и попросили заменить заболевшего коллегу. Деньги лишними не были, и я бодро согласилась, но уже через пару часов возненавидела себя за алчность и неумение отдыхать. А тут еще, как назло, Ростовский, менеджер зала, вышел на работу впервые, после официального развода. Свои неуспехи в личной жизни он нивелировал раздражением на несчастных официантов. И гонял нас, как котят. Прошла всего половина смены, а я уже успела трижды поругаться с ним и даже получить угрозу увольнения. После очередного громкого скандала ребята затащили меня в подсобку и осторожно попросили хотя бы попробовать промолчать в следующий раз. Я не была конфликтным человеком и в другой ситуации, наверное, согласилась бы. Но только не сегодня и только не с ним. Много чести.

В итоге почти весь рабочий день не могла избавиться от напряжения и странного ощущения, что «кульминация» еще впереди. Не ошиблась. Только причиной стал не Ростовский, а резинка, не вовремя порвавшаяся на волосах. Смена была незапланированной, и нормально высушить и уложить вредные кудри с утра я не успела, а резинку стянула у Марка, понадеявшись на ее прочность. Но она лопнула в самый неподходящий момент, когда я шла на мойку с подносом, нагруженным грязной посудой. Волосы выпали из пучка и разлетелись в разные стороны. Я махнула головой, чтобы убрать с лица пряди, но только неловко потеряла равновесие.

Цветастые турецкие ковры под ногами лежали внахлест. С ноги слетела черная балетка, пальцы запнулись о твердый загнутый угол ковра, и я полетела вниз. Инстинкт самосохранения сработал на отлично — поднос был забыт, и я выставила перед собой ладони. Кто-то вцепился мне в предплечья, удерживая от падения. Трое удивленных гостей, чудом не попавших под дождь из грязных тарелок, застыли у входа. А я печально смотрела под ноги на осколки, остатки сырной пасты, корки пиццы, пожухлые листики мяты и темнеющие пятна на цветастых узорах.

Интересно, сколько с меня возьмут за разбитую посуду? Хотя бы половина аванса останется?

— Вы в порядке? — перед лицом появилась чья-то ладонь.

Я на мгновение прикрыла глаза, прежде чем ответить. Ужасно хотелось съязвить, но пришлось сдерживаться. Гости тут ни при чем, тем более они помогли. А то лежала бы сейчас в груде стекла.

Я действительно пыталась справиться с раздражением, но вопрос повторился. Я подняла глаза на красавчика-блондина и сквозь зубы поинтересовалась:

— А похоже?

— Варвара! Ермилина! — Ростовский, как олицетворение нечаянной любви из известной песни, нечаянно нагрянул, когда его никто не ждал.

Ну пять минут назад же удалился в кабинет, какого черта опять делает в зале? Нюх у него, что ли, на мои неприятности?

— Ну все, — я мрачно улыбнулась: — Мне конец.

Парень удивленно дернул бровями, а я приготовилась к взбучке.

— Ермилина! — бледные щеки менеджера пошли неровными красными пятнами: — Ты что творишь, сумасшедшая?!

Я улыбнулась шире и на всякий случай сделала пару шагов в сторону. Мало ли, с него станется и в драку полезть, вон как сверкает глазами. Наверняка уже в уме подсчитывает «убытки» ресторана и свои собственные, моральные.

— Да ладно вам, не произошло ничего страшного, — неожиданно заступилась за меня невысокая хрупкая девушка, что стояла рядом с блондином: — Посмотрите, у вас ковры неровно лежат. Удивительно, как тут раньше кто-то не споткнулся.

Я подняла на нее благодарный взгляд и прошептала «спасибо», та с улыбкой кивнула в ответ. Теперь у Ростовского заалела и шея. Он принялся раскланиваться перед гостями, несколько раз подряд извинился, а мне рявкнул:

— Ермилина, что стоишь? Убирай!

Я вздохнула и присела на корточки. Когда собирала осколки — порезалась, но только цыкнула. Голову занимал другой вопрос: интересно, а за пятна на коврах деньги тоже вычтут? Тут уж не то что с авансом, как бы со всей зарплатой прощаться не пришлось.

— Простите, она у нас новенькая, плохо разбирается...

Голос менеджера пробился сквозь глухую озабоченность финансовыми проблемами. Я недовольно задрала голову и, повысив голос, возразила:

— Зачем вы врете? У меня стаж побольше вашего!

Да еще насколько побольше! Я в этом ресторане уже четвертый месяц работаю, а он пришел месяц назад. Нет, я понимаю, что он выкрутиться хочет, но надо же иметь совесть! Тем более девушка правильно сказала — ковры лежат неровно, а это его, между прочим, задача — следить за залом.

Гостья прыснула, второй парень — крупный широкоплечий брюнет — закашлялся, а блондин едва сдержал улыбку. Только менеджеру было не смешно.

— Ермилина! — рявкнул он, ослабляя галстук. — Замолчи!

— Ой, простите. — Я скривилась и едва сдержалась, чтобы не запустить в начальника остатками макарон. Они бы сейчас очень мило смотрелись на его оттопыренных ушах: — Не хотела задеть ваше оскорбленное самолюбие.