Забыть За 24 Часа

5

Давно не писал, забросил писательское дело. За это время Али слетал к себе на родину и успел жениться. Как всё быстро у них складывается, удивляюсь. Его жена переехала с ним в наш серый город. Я пока лично с ней не знаком и не видел даже фотографий. Единственное, что я спросил: «Не замерзает ли она в нашем климате?». На выходных познакомлюсь с Гюль-Гюль. Бретта тоже приглашена на знакомство. Так непривычно, теперь Али женатый человек, и квартира теперь не только его. Пока еще непонятно, потерял ли я своего друга или он остался прежним. Время покажет.

Время показало. Я, Бретта и наш общий знакомый Деймон пришли в гости к Али. Вечер субботы. Заходим мы втроем с улыбками до ушей и весело киваем на каждое слово Али, и вот выходит Гюль-гюль. Девушка в их традиционной одежде. Кажется, называется «хиджаб», но лицо открыто. Этот балахон черного цвета немного пугает, и наши улыбки меркнут. Бретта заерзала у двери. Понимаю, что ей неудобно в короткой юбке, и вообще ситуация странная, всё как-то натянуто.

«Проходите за стол, пожалуйста!» – сказала Гюль-гюль, а сама косо смотрит на Али, мол, кого ты в дом притащил. И хоть я был одет в свитер и брюки, чувствовал себя так же неуютно, как Бретта. Али приходит на помощь, начинает разговор с Бреттой, предлагает напитки и интонацией голоса показывает, что всё в порядке. Чувствуется, что его жене неуютно с нами. Она всё время на кухне, только и мелькает ее черный балахон. Приносит еду, уносит тарелки, заменяет посуду. Деймон из вежливости предлагает ей свою помощь, а у Гюль-гюль глаза как блюдца стали.

- Нет-нет! Кухня не место для мужчины!

Как бы я ни старался, глазами всё время возвращаюсь к ее наряду. Она так укутана и спрятана за этими тряпками, и чего я переживал, что ей здесь будет холодно? В середине вечера напряженность немного спала. Нас угостили их национальными блюдами. Вкусно. Я по глупости спросил у Гюль-гюль, кто она по жизни, ответ был простой: «Жена». И всё. Одно слово, а в нем вся жизнь. Честное слово, любопытство меня погубит. Зря спросил.

— Видно, ты плохо понимаешь наш язык, Алекс имел в виду, кто ты по образованию или, может, у тебя хобби какое, работа? — вмешалась Бретта.

Али заерзал на стуле, теперь и ему неуютно. Мне даже показалось, что он слегка покраснел.

— У нас так нельзя. Женщина должна заниматься домом! Это главное для нас! Главное — муж и семья! Если семья праведная и живет ради Аллаха, то после смерти мы будем в раю. Иншаллах.

После этих слов Гюль-Гюль обратилась взглядом к мужу за поддержкой. Тут в разговор вступил Деймон.

— Ну разве так не скучно жить? Все время в четырех стенах. Вы могли бы найти себя в этой стране, пойти на какие-либо курсы. Может, устроиться на работу. Мне всегда казалось, что ты, Али, за прогресс.

— Гюльбахар, налей гостям чай, — дипломатично сказал Али. Когда его жена скрылась за дверью, Бретта спросила у Али, любит ли он Гюльбахар, но ответа не получила.

Попрощались мы все немного скованно, не так, как раньше. Я хотя бы за весь вечер наконец выучил ее имя. Не «Гюль-гюль», а Гюльбахар. На вопрос, потерял ли друга, я так и не ответил. Мне бы хотелось сказать, что я приобрел и подругу в лице его жены, но это было не так. Она была слишком холодна и не похожа на нас, а ещё в ее глазах было осуждение. Много осуждения. В такси Бретта не унималась.

— Боже, ей же всего девятнадцать лет! Она девчонка, но уже жена. А Али? Зачем ему такая малолетка, странные у них порядки, и Гюльбахар не в себе будто. Мне показалось, что она недружелюбная.

— Бретта, родилась бы ты в Египте и была бы точно такая же! — ответил Деймон, а я согласно кивнул. Все-таки нас это не касается. Главное, чтобы Али был счастлив, а если он счастлив с Гюльбахар, значит, так тому и быть. Несмотря ни на что, он мне друг, с этим я твердо определился.