Забыть За 24 Часа

7

Это был самый обычный из всех обычных день. Лил дождь, множество машин стояли в пробках, и я радовался тому, что передвигаюсь на метро. Сев в вагон поезда, тяжело вздохнул. Народу была тьма, но мне повезло занять свободное место. Стараюсь смотреть в одну точку, чтобы не видеть завистливые взгляды тех, кому не досталось места. Через двадцать минут уже шагаю под дождем, еще чуть-чуть, и захожу в подъезд. В нос ударяет запах баранины, кто-то на первом этаже готовит ее и, судя по запаху, явно неумело. Захожу в лифт, здесь толстая девочка Яна.

— Здравствуйте, как ваши дела? Вам на седьмой этаж?

В лифте я пытаюсь встать аккуратно, чтобы не капнуть на нее мокрой одеждой. Буркнул ей приветствие, а на глупые вопросы не отвечаю. Ей прекрасно известно, на каком этаже я живу, и мой вид свидетельствует красочно о том, как мои дела. Мне кажется, что мы долго едем. Смотрю, а она нажала крайний этаж. Вот же глупая толстушка!

— Ой, я нажала и не посмотрела.

На пятом этаже в дверь заползает какая-то дамочка, не видел ее раньше. Наверное, снимает квартиру в нашем доме. Как же от нее несет парфюмом! Кошмар! Я наконец вышел на своем этаже, Яна вышла следом. Наши квартиры находятся напротив друг друга. Мы одновременно открываем ключами каждый свою дверь. Неожиданно толстая девочка спрашивает:

— Вам нравится кататься на лифте?

Смотрю на нее, а она снова мне улыбается, словно я эльф. Янина уже начинает раздражать.

— Нет, не нравится.

— Хм, а мне нравится!

— Круто.

— Доброго вечера вам, мистер Алекс, - наконец-то она скрылась за дверью, а я понял почему не могу открыть дверь, она закрыта изнутри.

Стучу, слышу легкие шаги. Бретта. На сердце сразу как-то потеплело, и толстая Яна не кажется уже раздражающей. Почти зашел к себе в квартиру, как услышал крик в квартире напротив: «...Чего ты там пялишься в глазок, растяпа! Ну, живее проходи!». Кричит продавщица из местного универмага, мать Яны. Бретта улыбается.

— Ну и соседи у тебя. Пора тебе съезжать.

— Да, пора, — уже шесть лет так говорю, как только заехал сюда, понял: пора съезжать.

— Не факт, что в другом месте будет лучше. Прими горячий душ, согрейся, а я пока приготовлю глинтвейн.

«Слишком она веселая», — подумал я и направился в душ.

Сначала все шло как обычно. Мы поужинали глинтвейном. Не знаю, как у других, а я не могу и кусочка проглотить в дождь, и Бретта тоже. В дождливую погоду у нас возникают странные мысли. Например, как можно есть, когда небо плачет? Грусть, тоска… Не до еды, а глинтвейн в тему. Я рассказал, что день сегодня выдался обычный и я немного устал. Бретта ерзает на стуле, в руках то стакан вертит, то играет с салфеткой.

— У тебя какой день был? — спрашиваю я и получаю в ответ широкую улыбку.

— Допытывать тебя, что ли? Как день прошел?

В ответ снова улыбка Бретты. У нее красивая улыбка, но сейчас она слишком хитренькая. Любопытство просыпается.

— Ладно, не говори.

— Ну что ты сразу не говори! Я скажу, скажу. Просто не знаю, как начать, — она вся светится и продолжает: — Помнишь того парня, ну, стрип-бар и... Вспомнил? Так вот, он нашел меня, точнее, случайно произошло. Сегодня мы вместе обедали.

Я напрягся и внимательно ловлю каждое ее слово.

— Так забавно вышло. Оказывается, он звонил мне с самого первого вечера знакомства, а я, дурочка, номер Али ему дала. Представляешь? Бедный Али, чего он ему только не наговорил!

«Да, да, вспомнил. Али действительно уже давно жалуется на какого-то парня, который ищет девушку по его номеру. Алишка заколебался ему объяснять, что номер его, а тот не унимался. Но теперь все встало на свои места», — заиграли мысли в голове.

— Алекс, ты слушаешь? Он такой интересный человек!

Ну всё, пиши пропало! Всё, что начинается со слов «он такой», — плохо. Еще эта ее интонация с нотами восторга, аж слух режет!

— А еще у него такие красивые глаза. Серые, с легкой голубизной. Они мне так нравятся! Боже, я не могу. Ты видел его руки? Меня аж в жар бросает, и когда он смотрит на меня своими холодными глазами, по телу разливается тепло. И чувство такое просыпается, словно я проглотила кусочек солнца! Алекс, мне кажется. Кажется, я влюблена! Впервые и по-настоящему, и я ему симпатична, кажется... Что думаешь, а? Он даже мой подкат оценил в хорошем смысле. Не подумал, что я развязная какая-то или доступная. Ой, как стыдно... — молчание. — Скажи, что думаешь, Ал?

- Что здесь думать то? Я от него не в таком восторге, как ты и руки не такие уж сильные, то есть, бывают сильнее. И ты заметила, какой у него маленький лоб? Это признак того, что он не особо умный, так что рассмотри хорошо и…

- Нормальный у него лоб! - Бретта резко поднялась и направилась к раковине, выплеснув напиток, она продолжила разговор: - Ты вечно всеми недоволен! При чем здесь его...- Бретта не договорила фразу, ей позвонили. Она сразу направилась в другую комнату и впервые в жизни закрыла дверь! Видимо, чтобы я не слышал.

Вот, тебе и обычный день! Мерзкий красавчик! Какого черта он свалился нам на голову? Сдался он нам! Все хорошо же было. Глаза у него красивые, тьфу! Серые! У меня вообще-то тоже серые... Никогда не замечает она того, что у нее перед носом. Ненормальная! Бесит! Я психанул и ушел спать. Слышу шум дождя, небеса плачут и мне очень грустно, и паршиво на душе, но дождь в этом случае был не при чем.