Забыть За 24 Часа

15

На следующий день, поздним утром мне позвонила Бретта и как только я услышал ее голос понял, что случилось страшное. Куки умерла.

Завершив все нужные приготовления, проводили Куки в последний путь. Я стоял возле Бретты, мы по очереди сильно сжимали ладонь друг друга, будто передавая силы и вселяя мужество. На кладбище собралось всего пятнадцать человек. Я был удивлен. У Куки было множество знакомых, но пришли ее проводить всего пятнадцать человек. Мейсона среди людей тоже не было. Признаться, я очень злился на него! Как он мог оставить Бретту без поддержки?! После церемонии прощания Бретта мне сказала:

-В последнее время Куки всегда просила, чтобы на ее похороны пришло только пятнадцать самых близких ей людей. Мейсон очень хотел прийти, но я решила его не звать. Ему было неприятно, но думаю, он поймет. Все- таки он не знал Куки близко.

Теперь я обратил внимание, что возле могилы были только очень близкие и среди них был я... Ох, бабушка Куки...

Вернувшись в пустую квартиру (Бретта пригласила всех в дом Куки, чтобы каждый взял какую-либо вещицу на память о бабушке), всем было тоскливо на душе. Бретта с трудом перешагнула через порог. Не помню, кто первый обнаружил в холодильнике много приготовленной еды. Куки, как будто чувствовала, что силы скоро покинут ее навсегда и старалась успеть оставить о себе добрую память. Пятнадцать самых близких и родных для нее людей в последний раз собрались в ее доме.

Тут я заметил мой любимый салат с курицей и яблоками, для Бретты жареные фрикадельки в томатном соусе, даже для старика мистера Салливана (он был близким другом Куки, они вместе ходили в храм каждое воскресенье) специально было приготовлено вегетарианское блюдо. Едва преподнеся ложку крем-супа со шпинатом ко рту, мистер Салливан тяжело вздохнул и закрыл лицо руками, он сдавлено произнес:

- Как я проживу следующее воскресенье без нее?

Все молчали, никто не находил слов. На нижней полке, на тарелке с красивой стеклянной крышкой стоял маковый торт, самый вкусный в мире... С особой тщательностью был накрыт стол. Гости достали ее любимую посуду цвета светло розового жемчуга и серебряные приборы (после еды родная сестра бабушки Куки решит забрать розовую посуду себе). Сначала никто не осмеливался притронуться к еде, но через какое-то время каждый ел и улыбался, громко нахваливая еду. Куки была бы счастлива, услышав столько добрых и трогате6льных слов. Ели все, кроме Бретты, она едва съела пару кусочков. На столе появился торт и Бретта больше не смогла сдерживать эмоции, убежала в спальню. Я вышел следом за ней. Только Богу известно сколько часов мы проплакали, а когда вернулись, то обнаружили пустой стол и два огромных куска макового торта для нас. Был поздний вечер, и все остальные гости уже все ушли.

В молчание мы доели свои куски макового торта. Куки умерла. С ней ушли все наши разговоры, воспоминания, радости и горести. Мы будем продолжать жить, в нашей жизни будут разные события, но я уже никогда, никогда не смогу прийти к бабушке Куки в гости. Не смогу насладиться маковым тортом или пирогом со сливами и рассказать о том, что случилось в моей жизни. Я взглянул на Бретту и понял, что с этой минуты все изменится в наших отношениях, изменимся мы сами.

Я не знал какую вещь выбрать на память о Куки. Наконец решил и взял фотографию Куки в золотой раме, где она с тортом в руках улыбается фотографу. Бретта взяла себе книгу с рецептами и маленькие часики-кулон. Мы не смогли оставаться в квартире на ночь. Это было слишком тяжело для нас. Выйдя на улицу наши лица обдало холодным воздухом, я заметил машину Мейсона. Интересно, как долго он ждал Бретту? Насколько я помню они сегодня вообще не разговаривали. Бретта остановилась и подняла на меня глаза с немым вопросом, мол нужно ли меня подвести? Я отрицательно покачал головой, она кивнула и обняла меня за плечи.

-Не верю, что у нас больше нет Куки. Завтра нужно разобраться с её документами, с ума сойти можно. Человека нет, а документы есть!

-Тебе помочь?

-Не нужно, мне поможет Мейсон. Он в таких делах хорошо разбирается.

Холодные губы Бретты целуют меня в щеку. Оглядываясь по сторонам, подруга пробегает дорогу и погружается в объятия Мейсона. Я поспешно ухожу, но все еще слышу рыдания Бретты и нежный шепот Мейсона.