Забытая Скрижаль

Глава 6

          Вернувшись домой, Агва не почувствовала ожидаемого удовлетворения. Жилище сразу стало каким-то холодным и неуютным. На столе стоял букет из засохших разноцветных трав, который Айк не успел поменять на свежий. Он очень тщательно следил за этим. Женщина вспомнила, как она спокойно засыпала под ровное дыхание сына. А что теперь? Только сейчас она оценила ту помощь, которую ей оказывал ещё совсем маленький Айк. Находясь в постоянном раздражении, Агва всё видела в искаженном свете. Она вдруг словно прозрела, но было поздно. После ухода Айка начались неприятности: священное дерево Хе, которое прекрасно плодоносило и давало много целебных плодов, раскололось надвое и засохло; огород с кустиками хео поразила какая-то напасть. В полном отчаянии Агва решила идти в Орден и просить вернуть ей Айка.

            Гмор сказал Агве, что по Закону, раз мать сама отказалась от сына, Айк теперь принадлежит Ордену и вернуть его обратно нельзя. Глава с удивлением смотрел на женщину, которая сама отказалась от своего ребёнка только потому, что он «мечтал». Но с другой стороны, благодаря этому отказу исполнилось Пророчество.

         Из сокровищницы Ордена Гмор принес Агве древнее украшение, выполненное из металла и самоцветов.

- Зачем оно мне? - спросила Агва - Его нельзя съесть.

- Отнеси украшение мельнику Иргу.  Он даст тебе за него муки, много муки.

Агва так и сделала. У  Ирга загорелись глаза.

- Откуда это у тебя? Агва объяснила.

- Хорошо! Я дам тебе целых два мешка муки.

- Но Гмор сказал, что это очень дорогое украшение - несмело промолвила женщина.

Ирг знал Гмора и побаивался его. 

- Ну, ладно, я дам тебе целых три мешка и сам отвезу муку к твоему Жилищу.

Всю дорогу, пока они ехали к Агве, Ирг ныл, что у него очень доброе сердце и это погубит и разорит всю его семью. Когда показалось Жилище Агвы, видимо решив, что лимит его доброты исчерпан, Ирг, не доезжая до двери, сбросил мешки и, не попрощавшись, уехал восвояси.

Через некоторое время Агва надела свою лучшую одежду и снова пошла в Орден.

Гмор увидел в глазах женщины ядовитые ростки разгорающейся алчности и понял, что от неё нелегко будет отделаться. Думая, что с этим делать, Глава внимательно оглядел Агву. Она была ещё молода и недурна собой. И тут в голову Гмора пришла спасительная мысль.

- Агва, а ты хотела бы выйти замуж за мельника?

От неожиданности она присела. Это был предел её желаний. Но где взять свободного мельника?

Оказалось, что в Дальнем Селе у мельника Шарпа при родах умерли жена и ребёнок, и он ищет хозяйку в Жилище. Шарп должен был скоро приехать в Орден с повозкой муки. Гмор обещал похлопотать. Он усадил Агву под навес. Женщина была рада, что так кстати принарядилась. Вскоре, и в правду, приехал Шарп на новой повозке, запряженной домашним буйволом.  Мужчина был среднего роста, крепкий, как и его повозка, с грубыми, словно вырубленными топором, чертами лица. Не красавец,  но он был мельником,  и этим всё было сказано.

Уже никто не помнил, когда на Круксе стала неприличной  демонстрация  истинных чувств. Для удобства жители Крукса надевали на свои лица «маски». Зависть могла быть скрыта под маской безразличия или восхищения, в зависимости от того, к кому относилось это чувство. Очень популярна была маска озабоченности и т.д. и т.п.

Шарп был сама озабоченность: ведь не каждый день выбираешь себе жену.  На лице Агвы блистала старательно выполненная маска смирения и покорности Судьбе.

Мельник внимательно оглядел Агву со всех сторон, заглянул в рот: зубы были на месте. Удовлетворенный осмотром, он кивком головы указал женщине место на повозке. На Круксе не тратили время на ухаживания. Агва поспешила сесть на указанное место. Гмор благословил новоиспеченную пару и преподнёс Агве в качестве приданного ожерелье с самоцветами ещё богаче прежнего  и пуховую шаль, что на Круксе являлось большой редкостью.

Шарп мысленно потирал руки. Сегодня у него удачный день: приобрёл жену-работницу, да ещё и  с  приданным. Наличие у неё сына, говорило о том, что она может  рожать здоровых детей. А то, что сын остается при Ордене хорошо вдвойне, потому что Шарп хотел иметь много своих детей и лишний рот ему не был нужен. Жилище жены, если поторговаться, можно выгодно продать. Что-что, а торговаться Шарп умел. Он хотел  быстрее закончить дела, чтобы засветло вернуться в свое Село.

Агва с ожерельем на груди, укутанная в пуховую шаль,  гордо сидела рядом с Шарпом и думала о своей новой жизни, в которой для Айка места не было.