Забытая жена из горного края

Глава 8.

– Магия, какая она?

– Я не знаю, как тебе объяснить. Она – часть меня. Она – словно рука или нога; как только ты её почувствуешь, для тебя не будет жизни без неё. Это словно живительный огонь, что бежит по венам, даёт силы жить, чувствовать мир…

– Как мне научиться ею управлять?

– Я научу тебя необходимым заклинаниям на первое время и оставлю свой дневник заклинаний, что вела всю свою жизнь.

– Может, стоит обратиться в школу магии или нанять учителя?

– Школа – это что? В любом случае, у нас такого нет. Каждый маг учится чувствовать магию самостоятельно, направлять её и создавать заклинания. Бывает, маги берут в ученики, но властительница Орлиной верности не должна быть должной кому-либо, кроме своего народа. Нужно учиться всему самой.

– Тогда позволь заметить, что ты проделала великолепную работу! Меня удивляет, как ты самостоятельно определила место для ритуала. Оно же за пределами твоих земель!

– Я чувствую мир. Каналы магии, словно золотые нити, пронизывают его. Их скопление и пересечение говорит об особых свойствах места. На этот остров стремятся многие нити, а потом исчезают в определённой точке, словно уходят в следующие миры, сшивая их. Видишь, всё очень просто!

– Вижу, что всё далеко не просто…

* * *

Когда Эйлин с упоением рассказывала о том, как они переплывали море, я несколько иначе представляла транспорт, что их вёз. Мне виделся корабль с белыми парусами, на носу которого стояла девушка и смотрела вдаль. А потому перед тем, как взойти на борт видавшего виды баркаса, я вознесла молитву матери сущей. Пусть она позволит нам переплыть пару километров, что отделяют остров от большой земли, в целости и не отправит на дно морское.

Оглянувшись через плечо, я отметила, что местные вопреки своему обычаю пришли к небольшому причалу и теперь с любопытством наблюдают за нашим отбытием. Конечно, здесь были и рыбаки, что доставали свой утренний улов из сетей. Они вышли в море впервые за несколько дней и радовались обилию рыбы, трепыхавшейся в сетях, сверкавшей в лучах восходящего солнца. Но даже они то и дело поглядывали в сторону нашего готовящегося к отплытию судёнышка. Казалось, внимание местных вызвано не просто любопытством. Истинная причина – они пришли удостовериться, что чужаки отплывают и больше не будут топтать их дивный остров. Они ни на миг не позволили нам забыть, что мы здесь чужие…

Старая Инга тоже пришла проводить нас. Она, согнувшись, спускалась к берегу, опираясь на длинную палку, служившую ей клюкой, сторонясь своих соседей; те же, в свою очередь, хоть и смотрели на неё с почтением, но рокот страха и неодобрения слышался в быстрых шепотках.

– Странная она, – констатировала я, обращаясь к Моргане, что стояла рядом и зорко следила за погрузкой нашего нехитрого багажа.

– Так можно сказать о каждом. Её зелье вытянуло Дави, – кинула та быстрый взгляд на охранника, что укладывал в наш нехитрый транспорт мальчонку. Слабого, но живого. Давина, по доброте душевной, хлопотала вокруг него, словно наседка.

– Инга появляется, когда хочет, и исчезает, когда пожелает… И это я ещё молчу о её предсказаниях.

– Совпадение? – тётя, обернувшись, как и я, наблюдала за её приближением. – Может ещё чего полезного поведает? Погода сегодня и вправду наладилась. А она тебе, похоже, благоволит, не будет лишним выслушать, что она хочет сказать. Отойду, может, будет откровеннее наедине?

Я оставила её замечание без ответа; старуха споро спустилась и теперь шустро сокращала между нами расстояние.

– Ты не торопишься подниматься на борт? – качнула она головой в сторону баркаса, крепко сжимая палку высохшими пальцами.

– Тороплюсь. Как только все погрузятся, взойду и я, – лаконично ответила ей, всматриваясь в выцветшие радужки глаз. Было что-то в ней, что меня отвращало. Да, она ничего плохого не сделала, наоборот, помогла, но… Всегда есть треклятое «но», что не даёт расслабиться.

– И никого не ждёшь? – недовольство сквозило в её движениях.

– Может, и жду, но какое тебе до этого дело?

Девчонки-духа до сих пор не было, и я начинала переживать. Казалось бы, мне от этого должно быть только легче, а в моей голове всплывали вопросы: как она тут ещё десяток лет одна будет?

– Глупая! Тебя предупредить хочу, уберечь. Не жди добра от келпи!

– Ты же говорила, что духи не добрые и не злые.

– Верно, – медленно прикрыла она глаза, словно обретая силы.

– Что в ней такого? Почему она не даёт тебе покоя?

– Не твоего ума дело, чужачка! Это только моя забота! – огрызнулась Инга, резко оборачиваясь.

Девчонка появилась внезапно. Она с бешенным восторгом в глазах смотрела на синее море, а на её лице медленно расплывалась улыбка, полная искреннего восторга. Она шла босыми ногами по берегу, не обращая внимания ни на камни, ни на ветки, выброшенные морем. Её влекла вода…

Волосы были всё такими же растрёпанными, а платье – коротким и оборванным, что позволяло рассмотреть её белую, словно снег, кожу.