Забытое королевство

Глава 31

Двери в дальнем углу зала открылись с тихим скрипом. Вошла она – принцесса Селия Аргеннская, наследница двух королевств.

Она шла легко, как будто едва касалась пола, но ее походка была наполнена неуловимой силой. Длинное платье цвета утреннего рассвета струилось за ней, сотканное, казалось, из самой ткани света. Золотая вышивка повторяла рисунки переплетающихся ветвей и листьев, напоминая о древнем роде, от которого она происходила. На плечах покоилась тонкая мантия из белоснежного меха, застегнутая брошью в виде ветвей дерева – символа Аргенна.

Ее лицо было безупречно, как у фарфоровой статуэтки. Высокие скулы, прямой нос и чуть приподнятые уголки губ, будто на грани улыбки. Но больше всего притягивали ее глаза – глубокие, как лунные озера, цвета сапфира. Они смотрели на все вокруг с тихой уверенностью и легкой долей презрения. Волосы – густые, русые, заплетенные в сложную косу с вплетенными в нее жемчужинами – сверкали при каждом шаге.

За ней следовали двое мужчин – охранники в темно-золотистых доспехах. Они выглядели, как живые статуи, идеально выстроенные и безмолвные. Их руки лежали на рукоятках мечей, но лица оставались бесстрастными. Следом шли еще несколько слуг, неся какие-то свитки и небольшие шкатулки. Они старались ступать так тихо, чтобы не заглушить звук ее шагов.

Зал замер. Слуги, которые только что сновали взад и вперед, останавливались на месте, словно замороженные. Одни склоняли головы, другие пытались украдкой взглянуть на принцессу, будто не веря, что находятся в ее присутствии. Кто-то нервно потирал руки, кто-то застыл с приоткрытым ртом.

Кассель, который только что спорил с Маркусом, тут же выпрямился и отвесил глубокий поклон. Его оживленное лицо вдруг стало суровым и серьезным.

Я почувствовала, как воздух в комнате изменился. Он стал густым, тяжелым, наполненным невидимым напряжением. Казалось, даже запахи свежих цветов, которые украшали зал, приглушились в ее присутствии.

Патриция подалась вперед, ее глаза загорелись интересом. Маркус же, напротив, с усмешкой склонил голову, не слишком глубоко, словно подчеркивая, что он шут, а не какой-нибудь благородный рыцарь.

Я стояла неподвижно, словно прикованная к месту, стараясь не выдать свою растущую нервозность.

Принцесса остановилась в центре зала, оглядывая нас внимательно, серьезно, но без надменности, какая, как я уже успела заметить, была присуща большинству придворных.

— Кто такие? — ее голос прозвучал резко, почти холодно. Властный, требующий ответа без малейшей задержки.

Маркус, который все это время был непринужденным, выпрямился и, приложив руку к груди, заговорил:

— Мы — цирковая труппа, ваше высочество. Приехали развлекать ваших гостей, чтобы праздник стал еще более запоминающимся.

Принцесса прищурилась и, слегка наклонив голову, процедила:

— Я спросила, кто вы такие, а не как вы зарабатываете себе на жизнь.

На мгновение Маркус замер, но затем, не теряя своего духа, кивнул и представился:

— Маркус Торнвуд, лучший в метании кинжалов и, как видите, весьма красноречивый человек.

Патриция, склонив голову, добавила с усмешкой:

— Патриция Деверо. Акробатка, шутница и мастерица кувырков на любой вкус.

Я почувствовала, что ее взгляд постепенно скользнул ко мне. Сердце забилось чуть быстрее, но я спокойно сделала шаг вперед и произнесла ровным голосом:

— Розалия Морнфейр. Исполнительница трюков с фокусами.

Ее глаза задержались на мне чуть дольше, чем я ожидала. Они медленно скользнули по моим волосам, зацепились за лицо, а затем встретились с моим взглядом. В этот момент я заметила, как она слегка прищурилась, словно пытаясь разгадать тайну, которую я так старалась спрятать. Ее губы чуть дрогнули, будто она собиралась что-то сказать, но потом она взяла себя в руки. В ее взгляде зажегся какой-то огонек, который тут же потух под тяжестью ее королевской собранности.

Она выпрямилась, сложив руки перед собой, и спросила:

— О чем это вы так громко спорили? Ваши голоса были слышны даже за дверями.

Кассель, который, казалось, почти спрятался при ее появлении, шагнул вперед и почтительно склонил голову:

— Ваше высочество, мы обсуждали правила, касающиеся их выступления. Они настаивали на использовании оружия, но, как известно, королевским указом запрещено применять острые предметы в присутствии Его Величества.

Селия вскинула бровь, явно заинтригованная.

— О каком оружии идет речь?

— О кинжалах и луке со стрелами, — вставила Патриция, сделав вид, что ничего необычного в ее просьбе нет. — Без этого некоторые трюки не имеют смысла. Можете представить себе жонглирование вилками? Это никого не впечатлит.

Я заметила, как уголок ее губ дернулся, но она не позволила улыбке проявиться. Она перевела взгляд с Патриции на Маркуса, а затем снова на меня.

— Если вы так уверены в своих навыках, я хочу убедиться в этом лично, — спокойно, но твердо произнесла она. — Покажите мне, как вы обращаетесь со своими инструментами. Если я увижу, что вы действительно мастера своего дела, то, возможно, разрешу вам использовать его в своих выступлениях.

Кассель вздрогнул, словно это заявление стало для него неожиданностью. Он тут же заговорил:

— Ваше высочество, но это противоречит…

— Мое решение не поддается обсуждению, — перебила его Селия.

Маркус просиял. Он сложил руки на груди, задрав подбородок.

— Ах, ваше высочество, какая честь! Вы не только великолепны, но и понимаете, что истинный талант нельзя держать в клетке! Мы готовы доказать, что доверие к нам будет оправдано.

Патриция поддержала его, изобразив легкий поклон.

— Разумеется, ваше высочество. Хотя, честно сказать, мы и не сомневались, что вы захотите убедиться лично. Кто устоит перед таким зрелищем?

Я напряглась. Их самоуверенность могла сработать нам на руку, но только если все пойдет гладко. Если нам будет разрешено использовать настоящее оружие, то ни у кого не возникнет подозрений, когда мы появимся с ним в одной комнате с королем.