Забытое королевство

Глава 49

Я стояла, не в силах оторвать взгляд.

Местность разительно отличалась от всего, что я успела увидеть в Лумирии. Здесь всё было… другим. Не просто новым — иным, как будто я сделала шаг не из одной страны в другую, а пересекла грань между мирами.

Воздух был легким, почти пьянящим. Казалось, я дышу магией.

Цвета вокруг — ни один из них не был обычным. Листья деревьев — не зелёные, а приглушённо лазурные, будто акварель размыли водой. Трава — с фиолетовым отливом. Цветы… боги, цветы! Они были всех оттенков розового, черешневого, даже с отблесками жемчуга. Они блестели, как будто были покрыты росой, только эта роса не исчезала. Она переливалась, как мириады крошечных драгоценных камней.

Мы стояли на выступе скалы, нависшем над этим чарующим миром. Под нами раскинулся лес; не густой, а словно живописно рассыпанный по склонам. Он не шевелился от ветра, а будто тихо дышал, синхронно, в едином ритме. Словно был живым существом.

Я подняла взгляд и замерла.

— Это… — прошептала я, не веря своим глазам. — Это что, звёзды?.. Днём?

Небо над нами было ясным, залитым светом — но сквозь сине-голубую гладь отчётливо проступали звезды. Не те тусклые, которые можно с трудом заметить при рассвете. Нет. Эти сияли. Как драгоценности, рассыпанные по небу. Они переливались неярко, но отчётливо. Как блёстки, невесомо рассыпанные по небесному своду.

Я не знала, возможно ли такое вообще.

И тут взгляд зацепился за движение на горизонте.

Тёмные силуэты… в небе. Сначала я подумала — облака. Но они не двигались, не плыли. Они парили. Массивные, с чёткими контурами. Я прищурилась.

— А это острова? — я не верила себе.

Парящие. Острова. В небе.

Они словно медленно вращались вокруг своей оси, влекомые неведомыми законами физики. Некоторые были крошечные, с торчащими деревцами. Другие — большие, с водопадами, струящимися вниз в пустоту. Куда стекала вода — я не знала. Но зрелище было таким нереальным, таким… волшебным, что у меня пересохло во рту.

Я молчала. Просто смотрела.

Как в книжках, — пришло в голову. Именно так я когда-то представляла себе волшебные миры — в детстве, пока листала страницы сказок с потрёпанными иллюстрациями. Именно так художники рисуют места, в которых невозможное возможно, а чудо дышит из каждой трещинки мира.

И я стояла посреди всего этого.

Не героиня книги, не избранная, не волшебница. Просто я. Обычная. Невероятно маленькая на фоне этой огромной, дышащей магией красоты.

И всё, что я могла — это восхищённо, почти с трепетом выдохнуть:

— Красиво.

Это не то слово, каким можно было бы описать окружающую меня волшебную обстановку. Совсем не то. Но в тот момент у меня просто не находилось подходящего. Я будто потеряла дар речи, способность мыслить, ориентироваться — я могла только смотреть, широко раскрытыми глазами, забывая дышать. Всё было слишком: слишком ярко, слишком живо, слишком нереально.

Я повернулась к Лиандру, надеясь увидеть на его лице ту же детскую восхищённость, которая, наверное, застыла у меня на лице; но он не смотрел на пейзаж.

Он смотрел на меня.

И, что удивительнее всего, улыбался. Не насмешливо, не высокомерно, а по-настоящему. Тепло. Как будто он и правда рад был быть здесь, рядом со мной.

— Что? — спросила я, немного сбитая с толку.

Он покачал головой, всё ещё не сводя с меня взгляда.

— Твоя реакция меня забавляет, — сказал он. — Я уже и забыл, каким впечатляющим может казаться Велантис. Особенно для тех, кто вырос в мире, где нет ни капли магии.

— Ты хочешь сказать, что привык к этому? — я оглянулась на парящие острова и звездное небо среди бела дня. — Ну, конечно. Что там… летающие скалы, блестящие деревья, розовые цветы — всё это наверняка у вас считается обыденным.

— А разве у тебя нет электричества и металлических повозок, которые ездят сами? — усмехнулся он. — Мне до сих пор кажется, что это какая-то алхимическая ересь.

— Хорошо, возможно, у нас действительно хватает странностей. Но всё же… здесь это другое. Это… — я запнулась, подбирая слова. — Это живое. Теплое. Словно оно тебя обнимает.

— Магия всегда такая, — спокойно ответил он. — Она не просто существует. Она дышит. Чувствует. Откликается.

— И всё же… странно, — я посмотрела на него. — Ты стоишь на краю мира, смотришь на чудо, которое наверняка сам любишь и защищаешь и смотришь не на него, а на меня.

Он чуть вскинул бровь.

— Ты для меня сейчас куда интереснее, чем даже парящие острова.

— Почему?

Мой вопрос оказался проигнорированным. Лиандр повернулся и, не оборачиваясь, произнёс:

— Пойдём. Нам предстоит преодолеть еще какую-то часть пути. Впереди ты увидишь больше впечатляющих вещей.

Мы начали спуск.

Тропинка, если это вообще можно было назвать тропинкой, представляла собой цепь неровных выступов, выточенных временем и ветром прямо в теле скалы. Где-то камень крошился под ногами, где-то вгрызался в подошвы, словно проверяя, действительно ли ты достоин ступить сюда. Но рядом был Лиандр — и это делало всё проще. Он не шёл впереди, оставляя меня бороться с неизвестностью. Он подставлял ладонь, когда нужно было спрыгнуть, мягко придерживал локоть, когда я теряла равновесие. Однажды он даже отодвинул целую ветку с причудливыми узорчатыми листьями — как веер из тонкого серебра, — которая в противном случае больно хлестнула бы меня по щеке.

Я поймала его взгляд и чуть улыбнулась.

— Ты всегда такой… галантный? — спросила я, когда он снова подал мне руку, чтобы я сошла с очередного выступа.

— Только когда лестница ведет вниз женщину, которая может свернуть себе шею, если я этого не сделаю, — с лёгкой усмешкой ответил он.

— Благородные порывы… такие практичные, — пробормотала я, принимая помощь. Его ладонь была тёплой, сухой, мозолистой — крепкая, как и сам он.

Мы шли медленно. Ветки деревьев сплетались над тропой, образуя полупрозрачный навес. Свет проникал сквозь листву мягкими бликами, отливая золотом, лавандой, розовым дымом — как будто кто-то пролил на небо акварель.