Забытый остров

проклятье

Волны лениво лижут грязно-серый песок, тихо перешептываясь о грядущих событиях. Едва заметный плеск о редкие прибрежные камни, стачиваемые веками, вгоняют в уныние и отчаяние.

Страшнее места не представить.

Над этой мертвой, гнилой землёй, о которой никто не знает и не помнит, даже птицы не поют. Они, если и оказываются по случайности здесь, облетают крошечный комок земли посреди океана и, даже смертельно устав и истощившись, не садятся на дерево передохнуть.

Практически на самом краю, засохшее, скрюченное угольно-черное дерево и небольшое угловатый валун — единственные, что здесь есть.

Ступни проваливаются в противно хлюпающий песок, перемешанный с грязью, и издают чавкающий звук, нарушающий тишину.

Серое небо тяжело нависло и давит, принуждая сгорбиться и опустить голову. Откуда-то сверху доносится угрожающий рокот грома.

Девушка ступает на жухлую, желтую траву, давно уже высохшую и местами загнившую. Ноги совсем не держат, а тело шатается из стороны в сторону. Взгляд не может сфокусироваться и сосредоточится на чем-то, бессмысленно оглядывая все вокруг. Все смазывается и плывет, голова нестерпимо кружится.

Как долго она искала это место? Сколько столетий прошло прежде, чем удалось оказаться здесь? В душе расползается облегчение и противная, удушающая легкость. Наконец-то смерть придет за ней. Проживая год за годом, нестерпимо ища конец собственной жизни, после всего этого, теперь можно упокоиться.

Это так страшно, когда не можешь умереть. Словно проклятье. Даже когда тело разрывает на части или гниют органы — так мучительно оставаться в живых, хочешь того или нет.

Столетия слились в одно неразборчивое пятно, напоминающее долгую пытку. Сколько она длилась? Даже собственного имени не вспомнить. Это длилось настолько долго, что ничего нельзя вспомнить.

Тело — место томления души. Отсеченная голова, смерть на костре — ничего не вышло. Оглушающее отчаянье. Ждать пока тело восстановится — ад наяву.

Девушка падает на колени и чувствует, словно ужасающей силы гора падает с плеч. Теперь уже ничего не важно: осталось лишь подождать. Губы синие, мертвенно-белая, до дрожи в коленях страшная кожа и черные круги под глазами. На лице печать нечеловеческой муки и усталости. Только на этой земле можно умереть, только на ней обрести покой.

Жаль. Хотелось бы уйти в красивом месте, а не на гниющей черной земле.

Тело не выдерживает и теряет свои силы, заставляя мешком упасть на колени. Она поворачивает голову, замечая, что находится здесь не одна. К слову, мужчина тоже никого не видит и не слышит. Смотрит в одну точку обхватив себя руками. Глаза пустые и бессмысленные, на лице щетина. Красивый, глаза светятся голубым, нос прямой. Только внутри все клокочет, рвет и кричит, сходя с ума от безумия.

Он такой же, как и она. Оба пришли искать смерти. Осталось лишь подождать и все закончится. Только здесь их душа сможет покинуть тело. Место для таких, как они.

В глазах темнеет, мир угасает.

На краю сознания мелькает свет, сотканный из знакомых воспоминаний. А… вот оно в чем дело. Она его знает: выглядит знакомо. Где-то видела этого мужчину, но оно и не важно.

Уже не важно. Во рту, несмотря на облегчение и долгожданный покой, почему-то расползается горечь. Невыносимо горько и грустно. Однако и оно исчезнет, стоит только подождать.