Зачем ты это открыл?

Пёс, который меньше атома, часть 3

Во мгле, под куполом луны,

в одежде странной, словно сны,

один из двух —

или оба вдруг —

вздохнул, как будто бы вовнутрь,
и заговорил,
словно ветер в сёдлах туч:

— Парамнезий...
Давно не видал я теней твоих.
Иль это ты?
Иль это — я?
Скажи мне быстро: кто из нас исчезал?

— Хватит, —
прорезал голос, как скальпель свет, —
прелюдий больше не вынесу я.
Ответ мне дай.
Сейчас.
Без словаря.

— Чего ты жаждешь тут, Вернант? —
вопрос, как пыль с зеркал, слетает.

— Про Пса.
Что атома меньше в сто крат.
Про того, кто везде и нигде,
расскажи — или выведи след.

— Прости меня, Парамнезий...
или, быть может, это я Парамнезий?..
Нынче нельзя эту дверь открывать.
Слово — как ключ.
А ключ — как пасть.

— Порог слишком высок.
Даже мыслью — не взойди.
Пёс слышит звук.
И где будет сказано —
там уже он.
Не в аду, не в сне —
а в тебе.
В каждом «где».

Собеседник (тот ли, кто был?)
вскипел, как чайник без крышки.
В грудь ударила ярость,
и голос был близок к крику.

Но —
не долетело.
Парамнезий
или Вернант —
рассыпался,
как слово, потерявшее смысл,
исчез,
как сон,
в котором имя
больше не принадлежит.

Вернант вдруг понял: суть — при нём,
ответ — не в звёздах, а под углом.
Он вытащил его, держал,
прочёл: "" — и замолчал.

Но Парамнезий глянул в след,
в лицо взглянул,
внутри был — нет.
Он думал: «Где же там ответ?»
Но мысли —
не просил их никто.

Открывши двери нараспашку,
вошёл туда —
или лишь чуть-чуть.
Вернант считал: он сделал шаг.
Но Парамнезий был — как жгут.

Он дернул створку в стороне,
в другую дверь шагнул вполне,
готовый битве дать размах —
но…
дверь была — не дверь, а крах.

Он прыгнул в люк,
старинный, тёмный,
где воздух прел,
где всё — бессонно,
где ночь висела на плечах,
и шепчет — в шелестах и прах.

Вернант,
едва взглянув назад,
поймал за руку смысл и взгляд,
и крикнул,
словно в глотку мгле:

— Слышишь, Пёс, ты — на игле?!
Думал, снова обхитришь?
Назначишь бой,
а где ж афиша?!
Ты дату боя мне скажи!
Ты думаешь — я слеп, как жижa?

Ты хочешь манипулировать мной?
Сжать душу в жест,
смешать с войной?
Но нет!
Пока я — ещё Я,
такой исход
не вяжется с "пока".

Думал — это говорил Вернант.
Оказалось — Парамнезий.
Пёс опять разыграл спектакль,
сменой лиц,
взглядов,
масок,
жизней.

Он — не в нём.
Обманул его- Два раза.
Пёс, что атома не больше.
Притаился он тогда.
Не в нём, а внём

И когда он ударил по Псу в себе.

Но там не было Пса.

Там был я. Парамнезий.

И значит… всё было ложью.

Я бил иллюзию. Я защищался от правды.

Я думал, что я Вернант.

Но Вернант бы не бил сам себя.

Глаза открыл —
и страхом сжался.
Во тьме
его рассудок скрался.
Он понял:
я — Парамнезий.
И значит всё —
переплелось.

И, зная суть без слов и книг,
он понял:
взгляд — это капкан,
и Пёс заперт в оках закрытых.
Пока он слеп —
Пёс не проснёт рану.

Теперь —
перед ним —
стоит Вернант.
Но разве он?
Он?
Иль Пёс в нём спит?
Иль Пёс — и есть Вернант?

Только когда я закрыл глаза — я увидел его.

Не в зеркале. Не в банке. Не в плоти.

А в щели — между взглядом и тем, что видишь.

Всё, что я смотрел — лгало.

Только тьма знает правду.

— Похоже, в этой битве — я упал,

но в самой войне — не проиграл.

Сейчас ты узнаешь, без масок, без слов,

что значит быть Псом —

не идеей, а сном,

не зверем — а тенью,

что дышит в костях,

не воем в ночи —

а вселенной в шагах.

…………………….

……………………..