Зачем вам беременные попаданки?

Глава 2.

Полежав этак минуток десять, вспомнила за это время всю свою жизнь, начиная с детства и кончая этой комнатой.

Все как и у всех: папа и мама учителя, он математик, она биолог, школа с серебряной медалью, ВУЗ педагогический естественно. Факультет? Литературы и муж, которого встретила на Черном море. Курортный, так сказать, роман, который вылился в любовь, сначала телефонную, затем свадьба и переезд из областного центра в этот районный городишко, где он был инженером на руднике по добыче бурого угля открытым способом. Сначала простым, потом уже главным, и вскоре даже директором. Я также начинала учителем, затем завучем и вот уже год директорствовала в школе номер один. Да, там была еще школа номер два, и это я так, вспомнила, с улыбкой. И была еще первая беременность и горе с ней. Потом время тоски и отчаянного желания стать матерью. И вот, решилась на искусственную.

- А теперь выходит, что и не он отец ребенка? Тогда кто? Интересно, кто же такой, что подсадили мне вместо моего мужа. Хотя какой он мне муж! – усмехнулась я невесело. - Теперь уже не мой, а той молодой особы, что уже родила ему, и он был рад, но без меня. Тогда зачем ему этот ребенок? Для меня что ли? Может быть и так…- задумалась я и прикусила губу.

Тяжело и протяжно вздохнула и опрокинулась на спину.

- И кто же тот, кто теперь стал мне, собственно говоря, парой? Может быть здесь, в этом мире?

От этой поразительной мысли я подскочила и присела.

- А что? Может быть. И поэтому-то меня сюда отправили? Но почему и этих женщин тоже? Они что, тоже с ЭКО и тоже не от мужей? – прыснула я, зажав от смеха ладонью рот.

- Вероятно, так и есть, - хихикнула и, поднявшись, начала рассматривать своих подруг по несчастью.

Та, что рядом лежала лет тридцати, как и мне, может чуть больше, плюс минус год другой. Шатенка, невысокая, стройная, милое личико и слегка полноватые губы. Чувственные, я бы сказала. Вторая, та что за ней, русоголовая, с белой, даже бледной кожей, светлыми, почти бесцветными бровями и ресницами, худая и высокая, пожалуй выше меня, где-то сто семьдесят, может чуть больше на пять сантиметров. И самая крайняя блондинка, с крутыми бедрами и высокой грудью, среднего роста. И я среди них брюнетка с серыми глазами, четкими чертами лица. От этого взгляд мой суровый, строгий. Но муж говорил, что мне очень идет, когда улыбаюсь, совсем другой становлюсь: какой-то домашней, милой и беззащитной.

На этих воспоминаниях я всхлипнула и зажмурилась.

- И кому тут нужна буду? Как трудно жить.

Пока рассматривала, пока жалела себя, женщины по одной открывали глаза и с испугом осматривались. Увидев сидящую меня, остановили взгляд и хором уставились, будто видели впервые.

- С солнышком вас, дамы! Хотя, какое тут может быть солнце, - усмехнулась я и подняла вверх ладонь. - Слушаем сюда. Я проснулась первой, кое-что узнала и теперь попытаюсь вам ответить на ваши вопросы. Только по очереди, не все сразу. Кто мне ответил на мои, не могу сказать, считайте мой Ангел-Хранитель, - тут я улыбнулась, вспоминая тонкий мальчишеский голосок сына, - Мы ПОПАДАНКИ! И это не шутка, не фэнтези, а суровая реальность.

И я рассказала все то, о чем поведал мне мой малыш. Единственно, что не сказала, что это был именно он, чтобы не пугать, уже и так испуганных женщин, что сидели напротив, на кровати моей соседки. Три пары глаз смотрели на меня с недоверием и даже испугом, будто я их сюда затолкала и они пытались меня разоблачить в этом.

- Если вы думаете, что это игра и сейчас выскочит из двери оператор и крикнет – «Смотрите в красный глазок! Вас снимает скрытая камера!» то вы ошибаетесь. Оглянитесь, здесь даже нет дверей, нет медицинской аппаратуры, и даже воздух какой-то не такой. Поняли? Или еще сомневаетесь?

Они, конечно, сомневались и даже сердились на мои слова, но все же ахали, не находя выхода, оглаживали стены и постукивали по ним, будто искали тайные кнопки или рычажки. Но все было литым и удары глухими, как в каменном кармане. Я сидела и с любопытством наблюдала за ними.

- Интересно, когда они все-таки примут эту действительность и утихомирятся. Подняли суету и уже в голос кого-то то ли ругают, то ли призывают. И где эти самые королевские маги, черт их дери! Уж прибыли бы побыстрей, пока мои товарки не сошли с ума уже по настоящему.

Сначала одна, за ней и другие, так ничего не поняв, присели на свои лежанки и затихли, видимо пережевывая ситуацию по-своему.

- Давайте познакомимся, что ли, - сказала я громко, - меня зовут Василина Даниловна, я учитель. А вы? – обратилась к своей растерянной соседке шатенке.

- Валентина. Можно просто Валя. Я агроном.

- Я Шура, то есть Александра, - смутилась от пристального внимания русоголовая, - Я метеоролог .

- А вы? – кивнула в сторону блондинки.

- Зинаида. Я кондитер.

- Ну, вот и познакомились. А теперь немного о себе, очень коротко, просто для информации. Сколько лет, замужем ли, есть ли дети.

У Вали был один сынок семи лет, она разведена, двадцать пять лет. Бывший муж сантехник, хорошо помогает, хотя уже повторно женился.

Шура поведала, что ей двадцать четыре и она вдова. Муж был шофером на разрезе, да по пьянке перевернулся и погиб. Детей нет. Первая беременность. Но тоже с ЭКО.

Зина кратко выдала: не замужем, двадцать восемь лет, сама решила родить для себя.

Я также рассказала о себе, кроме того, что увидела в волшебное окно. Сказала, что разведена.

- Так бы и сделала, будь сейчас на Земле, - подумала огорченно.

- Ну, вот и познакомились. Подводим итоги. Что мы имеем в результате общим для нас: у всех ЭКО и вероятно не от мужей, а от кого – неизвестно, все детородного возраста, незамужние. И еще. Выходит, что здесь я самая старая, так как мне тридцать один. А вот зачем нас переместили и что за детей мы носим – вопрос, который требует ответа. Надеюсь, он обязательно будет. И раз так получилось, что мы здесь оказались, то есть неизвестно где и зачем нас перенесли, то предлагаю держаться вместе, заодно.