Задача запредельной сложности

Глава 12.2

Однако вопреки осознанию необходимости идти в школу, делать этого он не хотел. О чем и сообщил маме, когда та снова тихонько постучала в дверь его комнаты, а затем заглянула, когда Денис откликнулся.

– Доброе утро, мой хороший, – улыбнулась она и села на его кровать. Крепко обняв Дениса на мгновение, мама отстранила его, чтобы рассмотреть получше. – Как себя чувствуешь?

– Гораздо лучше, – улыбнулся Денис в ответ. – Нос не болит, горло и голова – тоже. Температуры нет.

– Ну, по голосу слышно, что ты еще не до конца выздоровел, – покачала головой мама. – А так да, видно, что ты лучше себя чувствуешь. Глаза радостно блестят.

Денис смущенно опустил взгляд. Мама потрепала его по плечу:

– Иди поешь, я на твою долю тоже бутербродов сделала. А потом прими лекарства.

Кивнув, Денис робко обнял ее. Мама обняла его в ответ и погладила по спине. Прижавшись к маме покрепче, Денис расслабленно закрыл глаза. Так хорошо, когда о тебе есть кому позаботиться. Будь то во время болезни или просто в трудные моменты.

– Спасибо, мам, – негромко ответил Денис и тут же почувствовал на своей голове мягкую теплую руку, которая нежно погладила его.

– За что, мой хороший?

– За то, что заботишься обо мне.

Отстранившись, мама недоуменно поглядела на него:

– Это вообще-то моя прямая обязанность как родителя.

– Я знаю, – покраснел Денис. – Но… Не все же родители ее выполняют. А ты выполняешь. И даже перевыполняешь. Спасибо. Ты правда очень много делаешь для нас.

Мама умилилась:

– Дениска! Ну как я могу не заботиться о тебе? И о Ларисе тоже? Вы же мои дети. Я очень хотела стать мамой и очень рада, что у меня появились именно вы. Вы такие чудесные. Я очень вас люблю.

Денис улыбнулся еще шире, а мама потрепала его по голове, поднялась и вышла, напомнив про ожидающий его завтрак. Денис же снова лег на кровать и погрузился в размышления.

Ему никак не давало покоя знание, что Злату бил ее собственный отец, а мать никак этому не препятствовала. Хоть Денис и расстался со Златой, ему все равно не хотелось, чтобы она подвергалась насилию.

Перевернувшись на бок, Денис вспомнил, как в тот день, когда только узнал о том, насколько жестоким мог быть отец к собственной дочери, обнимал Злату, а она прижималась к нему и сильно плакала. Денис до сих пор не мог поверить, что отец Златы мог так к ней относиться.

Он почему-то считал, что к дочерям отцы в целом лучше относились, потому что могли просто любить их, быть для них защитниками и опорой, в то время как для сыновей им надо быть ролевой моделью и желательно положительной. Чтобы мальчик вырос порядочным человеком, который держит слово, умеет брать ответственность, не боится работы и проявляет заботу по отношению к более слабым.

Денис был уверен, что его отец не любил его из-за того, что не справлялся с задачей сделать из своего сына сдержанного и спокойного мужчину, который умел бы оставаться хладнокровным в любой ситуации, а при принятии решения руководствовался бы рациональностью и выбором варианта с наименьшими потерями.

С самого детства Денис всегда пытался найти решение, для которого никто ничем не должен был бы жертвовать, или компромисс – чтобы жертвы обеих сторон были примерно равны. Это, как и неумение постоять за себя, эмоциональность и уязвимость, так раздражало отца, что тот был холоден по отношению к Денису либо откровенно груб с ним.

При воспоминаниях о том, как отец давал ему болезненные подзатыльники при малейшем проступке или высказывал свое недовольство исключительно громкими воплями, Денис вновь ощутил в груди жгучую обиду. Она словно уже стала его частью и жила в его теле. Она пряталась в периоды, когда все было хорошо, и разгоралась при очередном конфликте.

Каждый раз Денис был уверен, что в этот раз он точно отпустил эту обиду. И каждый раз он ошибался.

Его глаза увлажнились, а по одной щеке потекла слеза. Торопливо смахнув ее, Денис поспешил подняться и направиться в кухню. Вкусный завтрак должен был поднять настроение и прогнать неприятные мысли об отце.