Задача запредельной сложности

Глава 14.2

В то же время Денис нередко ловил себя на том, что грустит, когда видел, как Злата взаимодействовала со своим дедушкой. Ему тоже очень хотелось, чтобы хотя бы один его дедушка был жив и мог пригласить его в гости, чтобы обменяться новостями, от души накормить и хотя бы ненадолго получить компанию.

Один раз, когда согревшись, они со Златой начали собираться на новую прогулку, Денис не смог сдержать слез при мыслях о давно почившем, но по-прежнему очень любимом дедушке Коле. Он старался плакать как можно тише, но Владимир Валерьевич все равно заметил.

Подозвав его к себе, дедушка Златы воровато оглянулся в сторону ванной, в которой Злата наводила марафет, и поинтересовался:

– Она, что ль, обижает? – Денис помотал головой. – А чего тогда слезы льешь?

Снова замотав головой, Денис опустил взгляд. Владимир Валерьевич положил руку ему на плечо:

– Ты смотри, при Златке-то не реви. Она терпеть не может, когда юноши плачут.

– Что я терпеть не могу? – вдруг раздался рядом с ними голос Златы. – Дениска! Что случилось?

– Может, ты мне ответишь на этот вопрос? – откликнулся Владимир Валерьевич, и Денис увидел, как на лице Златы появилось вопросительное выражение. – Ты Дениса обижаешь, что ли?

– Нет, что ты! – испуганно ответила Злата и снова перевела взгляд на Дениса. – Я люблю его!

– А почему тогда он в слезах?

– Деда, ну откуда я знаю, – отмахнулась Злата и, обхватив лицо Дениса руками, прижалась к его носу своим. – Рыжик мой хороший, почему ты плачешь? Что случилось?

Денис замотал головой. Почему-то ему не хотелось откровенничать при Владимире Валерьевиче, хоть он и был уверен, что тот сможет дать ему какой-нибудь дельный совет.

На мгновение скосив глаза в его сторону, Денис снова взглянул на Злату. Та же быстро смекнула, в чем дело. Коротко чмокнув его в губы и потрепав по щекам, Злата повернулась к дедушке.

– Не волнуйся, мы поговорим и все будет хорошо, – пообещала она. Заметив недоверчивый взгляд Владимира Валерьевича, Денис мельком улыбнулся и принялся одеваться.

Позже, когда они уже вышли во двор и разместились на лавке, он все-таки осмелился рассказать про истинную причину расстройства. Злата тут же крепко обняла его и смачно поцеловала в щеку.

– Миленький, – протянула она, не выпуская Дениса из рук. – Мне очень жаль, что твоего дедушки больше нет. Кажется, вы были очень близки. А ты бы хотел нас познакомить?

Денис кивал, а сам корил себя за все еще льющиеся слезы. Он вроде бы давно уже прожил смерть дедушки Коли, но тогда почему он сейчас плакал и не мог остановиться?

– Дениска, ну не плачь, – попросила Злата как можно мягче и снова поцеловала его. – Дедушки с тобой нет только физически. А так он всегда вот тут. – Она аккуратно коснулась левой стороны его груди. – Пока ты помнишь о нем, он жив.

– Тебе легко говорить, – прошептал Денис, вытирая глаза. – Твой дедушка здесь. Ты можешь не просто прийти к нему в гости, а жить с ним. Ты можешь чаю выпить, послушать его истории, просто о чем-то поговорить, а я нет.

– Рыжик, ну что мы можем сделать? – устало спросила Злата, гладя его по спине. – Ничего. Воскрешать людей мы пока не умеем. Да и от твоего дедушки, наверное, уже даже скелета не осталось. Нечего воскрешать.

Зажав рот ладонями, Денис откинулся на спинку скамейки и затрясся в рыданиях. Злата продолжала что-то говорить и гладить его по голове и по спине, но он не слышал никаких вразумительных доводов. Горе, которое он думал, что давно пережил, накрыло его с новой силой.

Когда же Денис наконец взял себя в руки, на улицу уже опустились сумерки.

– Прости, что не получилось погулять подольше, – с сожалением произнес он, когда они остановились у подъезда Златы. – Я…

– Тшшш! – громко прошипела Злата и крепко прижала указательный палец к его губам. – Ничего больше не хочу слышать на тему “я опять все испортил”!

Денис изумленно уставился на нее, а Злата снова погладила его по лицу, прежде чем крепко поцеловать. Затем они еще минут десять просто стояли в обнимку, пока на смену наблюдающим за ними сумеркам не пришел темный зимний вечер, который накрыл Москву словно плотным одеялом.