Задача запредельной сложности

Глава 18.3

Изумленный Денис не смог найтись с ответом. Потому что понимал: Лариса права. Он действительно много раз уже обещал поиграть с ней или поболтать, как будет время, но каждый раз находилось что-то другое, что требовало его внимания.

– Неправда, Ларис, – негромко возразил Денис, стараясь заглянуть сестренке в глаза. – Ты прекрасно знаешь, что это неправда.

– Ты все время врешь! – снова ударилась в слезы Лариска. – Думаешь, если я маленькая, то я глупая и ничего не понимаю? Для Златы у тебя всегда находится время. И для Яны тоже. А для меня нет.

Ощутив, как в глазах защипало, Денис молча притянул Ларису к себе. Она несколько раз шлепнула его по спине, после чего снова заплакала. Чувствуя, что по его щекам тоже текли слезы, Денис гладил сестру по спине и старался не обращать внимание на то, что ее удары были довольно болезненными.

Ему было жаль свою маленькую сестренку, которая всегда с таким обожанием смотрела на него и тянулась к нему, но нечасто получала ответное внимание.

– У тебя так много людей, которые тебя любят, – проныла Лариса, крепко стискивая ткань его свитера. – Тебе всегда есть с кем погулять. А мне не с кем. Меня никто не любит. Даже мама.

– Ну это уже точно неправда, – решительно возразил Денис и, отстранив от себя Лариску, строго посмотрел на нее. – Лариса, мама любит нас одинаково. Она никого не выделяет.

– Тебя она любит больше, – надулась Лариска и уперлась ладонями в его плечи, чтобы отстраниться. – Всегда, когда ты плачешь, она идет к тебе.

– К тебе тоже…

– А я при ней не плачу.

– Почему? – удивился Денис, а Лариса нахмурилась:

– Потому что ты всегда находишь способ забрать ее внимание.

Денис, уставший приводить доводы, отодвинулся на стуле и поднялся.

– Все, хватит. Мне пора к Яне. Поговорим потом, когда мы оба с тобой успокоимся…

– Я не буду больше с тобой разговаривать! – завопила Лариска и топнула ногой. – Никогда! Ты меня не любишь, значит, я тебя тоже не люблю! Ты мне больше не брат!

Когда она ушла, Денис с тяжким вздохом смахнул слезы и отправился в коридор.

По пути к Яне его гложили тревожные мысли по поводу их с Ларисой ссоры. Раньше она никогда не позволяла себе заявлений в духе “я тебя не люблю”. Впрочем, справедливости ради Денис понимал, что сейчас Лариска действительно получала мало внимания как от него, так и от мамы.

Он был увлечен Златой, а мама – Сергеем. Лариса же была как дрейфующий посреди моря плотик. При мысли об этом Денис ощутил огромное сочувствие по отношению к сестренке.

“Наверное, надо эти выходные с ней провести”, – крутилось у него в голове в течение всего пути к Яне. Идти было недалеко – она жила буквально в соседнем дворе. Но Дениса беспокоило, что Яна могла просто не пустить его на порог.

Однако вместо того, чтобы попытаться выдумать хитроумный план, он решил просто быть с ней честным. Как и всегда.

Оказавшись в нужном подъезде и поднявшись на нужный этаж, Денис глубоко вздохнул и позвонил в дверь. Сегодня у Яны по идее не должно было быть никаких репетиторов, а значит, она наверняка была дома. При мысли об этом все внутри Дениса затрепетало, но он заставил себя остаться на месте.

Неожиданно дверь тамбура распахнулась, и в проеме показалась Яна. Одета она была в бордовую водолазку и нетипично короткую темную юбку, а ее макияж был более темным и ярким. Денис недоуменно приподнял брови, а Яна кивнула:

– Ну привет, мой недопарень-передруг.

– Привет. Разговор есть, – решительно сказал он, не обращая внимания на язвительный тон. Теперь настала очередь Яны поднимать брови:

– О чем?

– Да все о том же. – Яна собралась было закрыть дверь, но Денис поставил ногу так, чтобы не дать ей этого сделать. – Ян, пожалуйста. Это очень важно. Это касается твоей безопасности.

Поглядев на него тяжелым взглядом броско накрашенных серых глаз, Яна все же сдалась:

– Ладно. Я сейчас ухожу уже, поэтому поговорим по дороге.

– Далеко идешь? – постарался как можно дружелюбнее спросить Денис. Губы Яны, темно-красные и блестящие, изогнулись в легкой улыбке:

– На свидание.

Дениса словно ударили под дых. Яна наверняка заметила, как изменилось его лицо, и потому нежно потрепала его по щеке.

– А что, – таким же нежным тоном поинтересовалась она, – ты думал, что опять променяешь меня на другую девушку и я всю оставшуюся жизнь буду затворницей?