Задача запредельной сложности

Глава 28.3

– Как я могу за тебя не волноваться, Злат? – тихо, практически шепотом спросил Денис, снова пытаясь сморгнуть накатившие слезы. – Я люблю тебя. Конечно я буду волноваться за тебя! Я и сейчас… Волнуюсь… И я прошу, если что-то происходит… если тебе нужна поддержка – обязательно говори мне. Ладно? Не бойся меня напугать. Ты не должна переживать все в одиночку. Тем более когда… когда у тебя есть парень. Когда у тебя есть я.

– Ты моя тыковка сладкая, – умилилась Злата и нежно потрепала его по щеке. – Я тоже тебя очень-очень люблю и хочу быть рядом, когда тебе нужен кто-то, с кем можно поговорить и поплакать. Дай я тебя обниму, мой Рыжик. Чем я тебя только заслужила…

Снова сжав Злату в объятиях, Денис коснулся губами ее макушки. Злата же осторожно прижалась к нему. Ее руки нежно погладили его по спине. Несмотря на затаившийся где-то глубоко внутри страх, что ночной кошмар суточной давности повторится и с Денисом, Злату разрывало от нежности и любви, которые она испытывала по отношению к нему.

Когда-то на литературе Елизавета Сергеевна упоминала словосочетания “друг сердца” и “сердечный друг”. Злате они так понравились, что она заботливо отложила их на дальнюю полку в своей памяти.

И вот наконец-то у нее появился тот, кого она могла так назвать. Денис однозначно был другом ее сердца. И Злате очень хотелось надеяться, что это было взаимно.

– Владимир Валерьевич знает? – внезапно серьезно спросил Денис.

Злате потребовалось несколько мгновений, прежде чем она поняла, что он имел в виду. Она помотала головой:

– Я сказала, что на меня напали и отобрали деньги. И все. Никаких больше подробностей.

– Ты заявление в полицию уже подала?

– Нет…

Злата поймала на себе его удивленный взгляд.

– Почему?

– Никто не будет им заниматься.

– Почему ты так думаешь? – печально поинтересовался Денис. Злата тяжело вздохнула:

– Потому что я много раз слышала о том, что полицейские насмехаются над пострадавшими женщинами. Я не хочу в деталях рассказывать о том, что… что со мной делали, чтобы потом услышать, что не надо было надевать короткую юбку и так далее…

– Я могу сходить с тобой, – предложил Денис и осторожно взял ее за руку. – Может, так они серьезнее отнесутся к твоему заявлению?

Ощутив накатившие слезы, Злата снова помотала головой. Денис погладил ее ладонь:

– Злат, не забывай, что ты несовершеннолетняя, а значит, к твоим словам должны отнестись с повышенным вниманием.

– Нет, Денис, я не пойду в полицию, – упрямо стояла на своем Злата и свободной рукой погладила ладонь Дениса. – Я не смогу доказать, что меня изнасиловали. Тем более… прошло уже много времени. Я успела принять душ. Никаких следов не осталось уже, наверное.

– А это? – Денис покрутил пальцем возле своей шеи, намекая на следы насилия. Злата пожала плечами:

– Спишут на страстный секс. Я не смогу доказать, что получила это не от тебя, например.

Денис неловко потупил взгляд, чем заставил Злату улыбнуться. Они уже не раз говорили об интимной стороне жизни – по крайней мере, теоретически, – а он по-прежнему очень смущался.

“Ну что за милашка”, – с нежностью подумала Злата и погладила Дениса по плечу, а затем вдруг с грустью подумала о том, что близости с ним ей больше не хотелось.

Совершенно.

Хотя практически все время, что они были вместе, Злата только и делала, что в красках представляла, как у них все произойдет.

– Дениска, я признательна тебе за то, что ты не отвернулся от меня, что поддержал, но я не хочу подавать заявление. Я не смогу ничего доказать. А еще… – Она сделала глубокий вдох, прежде чем продолжить. – Я не смогу опознать преступника. Он был в балаклаве. Я даже глаз его почти не видела. Он все время их прятал.

– Он был в балаклаве? – изумленно переспросил Денис, и Злата кивнула. – И прятал глаза? Очень странно.

– Сама не понимаю зачем, – развела она руками и тяжело вздохнула. – Как там говорят? Чужая душа – потемки?

– Ага.

Помолчав несколько минут, Денис снова задал вопрос:

– А почему ты дедушке не сказала правду?

– Он не переживет, если узнает, что со мной случилось на самом деле, – прошептала Злата и закрыла глаза, когда теплая ладонь Дениса мягко провела по ее плечу. – Дедушке уже за восемьдесят. Сердце не то. Я боюсь расстроить его так сильно, что он умрет. Я не хочу, чтобы деда Володя умирал. Я очень его люблю. И я не хочу возвращаться к родителям.

– Ты уверена? По-моему, он еще ого-го! – улыбнулся Денис, и сердце Златы пронзила нежность. – Мне бы в его возрасте быть таким.

– Будешь. – Подняв голову, Злата внимательно посмотрела на Дениса. – Обязательно. Тебе еще в Париж ехать. И маму туда везти. Ну и меня по возможности. Помнишь?

Денис тепло засмеялся, а Злата ощутила, как бабочки в ее животе выстроились в хоровод и принялись двигаться по кругу. Снова взяв руку Дениса в свою, Злата деликатно погладила тыльную сторону и приподняла лицо так, чтобы встретиться с его глазами.