Загадай желание Снегурочке

****

. Сделал два шага и наступил на мягкое тело. В темноте зловеще блеснула пара глаз. Тело обиженно взвизгнуло и вцепилось зубами, по ощущениям длиной с ладонь, в лодыжку. Степа вскрикнул от боли, попытался стряхнуть нечисть с драгоценной лодыжки, потерял равновесие и рухнул, хорошо приложившись затылком. Сверху на него посыпались сложенные у стены дрова. Только успел прикрыть лицо, когда в лоб прилетело поленом, в глазах вспыхнули искры, и Степа потерял сознание. Последняя мысль была беспокойством стер ли он компрометирующую историю в браузере ноутбука, сменившуюся сожалением о нелепой смерти, настигшей его во цвете лет.

Очнулся от резкой вони.

- Какая гадость,- сморщился Степа, простонав в пространство:- Чем это несет?

- Угощением для гостей дорогих,- проговорил кто-то предположительно женским хрипловатым голосом.

- Гадость это ваша… заливная рыба,- прохрипел Степан, ощупал огромную шишку на лбу и попытался разгрести поленья со своей груди.

- А вам и не предлагают,- проговорил этот кто-то, слегка обидевшись.

Степан скосил глаза в направлении голоса и замер. Нечто белое, бесформенное, колыхалось перед ним в паре шагов. Страха не было. То ли отшибло двойным ударом по затылку и лбу, то ли уже привык к сказочной атмосфере. Проникся и даже нравиться стало.

«Привыкаю, наверно. Повезло мне психика крепкая. Или окончательно съехал с катушек, и уже за своих принимаю… И они меня…»- мелькнула у Степы мысль.

- Затылком ударились? Нужно лед приложить,- посоветовало привидение.

- Я о лед приложился. Не помогло,- Степа попытался сесть, но от резкого движения закружилась голова.

- Мало приложились. Может вас еще раз приложить?- сварливо предложило привидение.

Открывшаяся дверь избавила Степу от необходимости отвечать. В сени ввалились Слава, держащий на руках укутанную в куртку Марьяшу и замерзшая в легкой одежде Анечка. Она закрыла за собой дверь и молча замерла на месте, отогреваясь.

- Тебя только за…- Слава замер, переводя взгляд с поверженного на полу брата, валяющегося среди разломанной поленницы, на колышущееся нечто белого цвета,- смертью посылать… А ты, я смотрю, ее нашел уже,- и пытаясь все свернуть на шутку, спросил:- А вы за кем пожаловали, Смерть Ивановна?

Из угла донесся дребезжащий смех, перешедший в надсадный кашель.

«Кто там? Вся нечисть активизировалась. Сбылись мои страхи»,- подумал Степа.

- Не боись, не за тобой… пока,- со смешком успокоило приведение-Смерть.

- Бабулечка, это дядя панда По…- опознала в белом нечто родственную душу Марьяша.- А это дядя Пингвин. Он добрый. Он меня спас.

- Тай Лунг,- с нажимом произнес Слава, сурово глянув на малышку.

- Китаец что ли?- донесся противный дребезжащий старческий голосок откуда-то из угла.- Ань, кого ты опять подобрала? Китайское оно же завсегда гов… Тьфу короче!

«Сплюнул… домовой. Маленькое, лохматое, темнее темноты никем другим и быть не могло. Так вот кто там смеялся! М-ля, влипли по самое не хочу…!»

- Почему китаец? Наш, отечественный,- обиделся Славик и добавил с гордостью:- Тольяттинский.

- Я так и подумал,- прошамкал домовой и чем-то старательно загремел.- Автоваз отечественный… Продай Жигули – купи машину.

- Кощей Скотинович,- недовольно осадила деда Марьяша.- Не обижай дядю Панду По. Он хороший… А где мама? Она уже все бородавки полечила? А тете Свете кожу на лицо вернула? А то она смешная такая с красным лицом.

«Ведьма настоящая,- решили оба брата.- Дошутились…»

- Чем это у вас так воняет?- принюхался Слава.

- А это у них угощение для гостей… из других гостей,- подал голос Степан, умудрившийся встать.

Его пошатывало, в голове чирикали птички и перед глазами вспыхивали яркие круги.

Тут распахнулась дверь и в сени вышла молодая женщина с накинутой на плечи шубкой и с керосиновой лампой в руке, освещая небольшое пространство сеней.

- Мам, пап, вы еще не ушли… Мам, оставь белье. Я потом соберу. Пап, забери его лучше… Ой, Ань, а вы уже приехали!- Она подняла лампу повыше, и братья разглядели простынь, которую пыталась снять с веревки невысокая полноватая женщина. Тощий как жердь высокий мужчина, присев на корточки в углу, упаковывал бесформенную железяку, топорщившуюся острыми пиками, в большой рюкзак.

- Мамочка!- пискнула Марьяша и рванула из рук Славы.- А где тетя Света? Маринуется?

- Тетя Света уже давно готова,- улыбнулась невысокая зеленоглазая шатенка дочке.- Скоро твоих любимых шашлыков наделаем…

«Нечисть людоедская,- снова подумали разом оба брата.- Вот мы попали…!»

Женщина сунула Славе лампу и подхватила дочку. Девочка прижалась и тут же быстро залопотала, рассказывая о своих приключениях. Слава встал к Степе поближе, жалея, что не прихватил с собой кривой стартер из машины.

- Еще раз здрастье, гости дорогие. Я Павлина Сергевна. А это муж мой, Константин Константинович,- поздоровалась улыбчивая «смерть», представляя «домового». Во рту сверкнули металлом зубы. У обоих братьев от страха застыли внутренности.- Эк вас угораздило поленницу завалить.

- Я в темноте не заметил. Извините,- извинился Степан, думая, как сбежать.

- У нас часто электричество отключают. Мы уже к темноте привычные. Видим лучше, чем днем.

«Видно раньше людьми были. А потом нечистью стали и даже не заметили»,- подумалось Степе.

- Мам, метель собирается,- подала голос «ведьма».- Не заплутали бы. Оставайтесь,- она оглядела мужчин оценивающим взглядом.- Мяса много. На всех хватит.

Братья сделали общий шаг к выходу. Слава и Степа резиново улыбались, нашаривая за спиной закрытую дверную щеколду.

- Та, сколько этого мяса. Вам самим мало будет,- бабуля тоже обвела братьев заинтересованным взглядом и ухмыльнулась металлическим оскалом.- Не переживай, Леночка, мы пойдем. Деда я заберу. Идем, старый, не будем молодежи мешать праздновать.

- Не пойду. Меня тут неплохо кормят,- он тоже покосился на парней.- Старый я. Много не съем. Там метель, сугробы по колено. Сама иди,- попытался отказаться дед Кощей.- И у меня тут дело намечается. Как говориться, протестить «богатырей» надо. Опять же мясо хорошо жарить только я умею. С кровью штоб.