Загадочное наследство

8 глава

— А сколько стоят ваши услуги?

— Для тебя ничего не стоят. Но я видела, у тебя есть одна вещь… Сейчас она не здесь. Отдай мне то, что привезла с собой, но что нельзя вернуть обратно.

— И что это?

—Я не могу сказать, но этот предмет важен. Я уже знаю твое имя — Надежда. Твое имя — символ. Оно тебе подходит.

Еще бы! Только надеждой и живу.

—Ты должна знать, — продолжала Мать Змея, — Просто так сглаз снять невозможно. Но, его можно перенаправить, на другого человека. Думаю, что и на тебя, перенаправили сглаз. На ребенка это сделать нетрудно. Защитное поле слабое и легко уязвимо.

Что ведьму зовут Мать Змея, я догадалась. Вспомнила, как Янош звал «Mama Șarpe!», и все эти змеиные головы. А потом посмотрела на хозяйку. Похожа... Даже не сомневаюсь, что «шарпе» по – румынски «змея». В этом слове слышу шипение гадюки.

Про сглаз наверное правда, так и было. Сестра отца вышла замуж, но уже очень взрослой тетенькой. Вот нахалка… А я всю жизнь страдаю от неразделенной любви. Даже в школе мальчики не носили мне портфель…

— Сейчас ты пойдешь немного отдохнуть, и напишешь на бумажке свою дату рождения и имя той, на кого переведешь сглаз.

Мне стало немного не по себе. Вспомнила, что сглаз перенаправляют только черные колдуны. Полностью снимать порчу им не позволено. Вообще с чего я взяла, что это все правда? Бред собачий. Перекантуюсь тут до утра, а утром найду способ добраться до Бухареста. Надо мыслить рационально, а я уже ищу подтверждение ее сказочкам о магии. Дурочка!

— Дойна проводит тебя. Отдохни. Но кушать нельзя. Поэтому не предлагаю.

Тут же я снова увидела толстую старуху. Значит ее зовут Дойна. Как эти женщины умеют так незаметно появляться?

Жестом показав, чтобы я шла за ней, Дойна повела меня к двери находящейся тут же, на первом этаже. В маленькой комнате ничего не было, кроме кровати и стола. Видно комнату так и использовали, для гостей, которые нуждаются в специфической помощи Матери Змеи.

Я прилегла, но мысли бежали быстро и гурьбой, не догнать, не разобраться. Если верить в сглаз, и реально его перенаправить, то на кого?

Инесса Леопольдовна — та дама, которая советовала мне купить сапоги в Румынии, самый старейший работник музея, профессиональная старая дева, человек не любящий людей и не спешащий замуж уже лет так пятьдесят! Записав ее ФИО на листочке, я положила голову на подушку и заснула.

Не знаю, сколько времени длился мой сон, телефон разрядился, на улице было все так же темно, когда Дойна тронула меня за плечо.

Мы прошли в комнату за лестницей. Она была небольшая. По центру стоял стол, на нем лежало круглое зеркало, а на зеркале коричневое в темных крапинах яйцо. Я еще не видела такие яйца. Мебель, находящаяся в комнате была заставлена свечами. Теми самыми — красными и зелеными, которыми так дорожил Янош. А ведь из-за них я здесь! Запах от свечей был удушающий, как в церкви, только более концентрированный и тяжелый.

— Я буду читать заговор, а ты смотри в зеркало. Смотри неотрывно, чтобы не случилось, — сказала ведьма.

Дойна опять беззвучно исчезла, теперь я успела заметить, что скрылась она за тяжелой портьерой перегораживающей комнату.

Я стояла с одной стороны стола, а Мать Змея стала с другой. Тихим голосом, она начала читать заклинание. Произносимые слова были вязкие как тесто, я увязала в них. Потом вдруг я поняла, что слова это змеи, они извиваясь ползли по телу, обвивали мои ноги и я не могла пошевелиться. Лицо ведьмы в зеркале менялось, белки глаз закатились, а голос стал глухим и низким.

Подняв руки, она возвысила голос, и вдруг произошло чудо. Непонятно откуда луч лунного света проник в комнату и осветил женщину. Стоя в этом свете, она мерцала окруженная странным свечением. У меня сильно закружилась голова, ноги стали ватными. В груди появилась тяжесть мешающая дышать свободно.

Яйцо на зеркале приняло другую форму, вытянулось, а потом начало деформироваться, растягиваться во все стороны, казалось в нем рос цыпленок, а скорлупа никак не ломалась, будто резиновая.

Вдруг луч изменился, и когда, непонятно откуда взявшаяся Дойна подставила кувшин, в него с ладоней Матери Змеи полилась белая светящаяся жидкость в которую превратился луч касаясь рук ведьмы.

— Пей! — прогремел ее голос.

Дойна передала мне кувшин. Держа его непослушными руками, я сделала несколько глотков...

и услышала собственный голос, который, не был моим, но исходил из меня.

— Отойди ,старуха! Сгинь! Я рассчитаюсь с тобой на этом или том свете!— это я кричала Дойне. Голос был нечеловеческий, ужасный громкий, очень грубый и сходивший на визг.

А потом я начала произносить странные слова, значение которых было мне неизвестно. Луч на руках Матери Змеи померк, в комнате запахло дымом и гарью, Дойна подбежала к ведьме и схватив ее за руку потащила за собой вон из комнаты. А я продолжала говорить. Зеркало, подхваченное со стола будто порывом ветра упало и разбилось, так же как и яйцо лежавшее на нем. Из яйца полезли маленькие змейки, они быстро расползались по полу.

Порыв ветра разом потушил все свечи, и я осталась в кромешной тьме.