Заговор в Академии

Глава 6. Первое занятие.

– Спасибо, – тихо поблагодарила я Эдварда, все еще чувствуя напряжение в воздухе от несостоявшейся пощечины.

– Не стоит благодарности, – ответил он и на его губах появилась мягкая, ободряющая улыбка. – Не могу пройти мимо, когда кого-то обижают.

Я тут же перевела взгляд на Софи. Ее бледное лицо начало немного розоветь, и сама она стала приходить в норму. А Эдвард до сих пор стоял около нашего столика, будто в ожидании чего-то, создавая легкую неловкость.

– Я Элизабет Андерссон, а это моя подруга Софи Лондберг, – представилась я себя и свою подругу по несчастью, чтобы разбавить неловкое молчание.

Теперь, без суеты, я разглядела Эдварда получше. Заметила, что он действительно хорош собой. Прямая, почти военная выправка и хорошие манеры так и говорили о нем, как о представителе элиты общества. Независимо от слухов о его семье, он мне казался воплощением здравомыслия и правильности. По крайней мере, так было на первый взгляд. Его русые, слегка волнистые волосы в сочетании с яркими голубыми глазами вселяли невольное доверие. Полная противоположность тому хаосу, что звался Генри Берггреном. При воспоминании о последнем меня тут же бросило в дрожь от злости.

– Очень рад знакомству, – проговорил быстро Эдвард. – Желаю приятного аппетита, а мне уже пора идти, – он улыбнулся, сделал легкий, почти незаметный поклон и направился к выходу. Мы с Софи проводили его взглядами, в которых смешались восхищение и облегчение.

– Я, пожалуй, наелась, – выдохнула, разбавляя напряженную обстановку. Аппетит бесследно испарился.

– И я, – с досадой произнесла Софи, отодвигая свою тарелку.

Мы снова стали центром внимания студентов Академии в первый же день. Завтра начнутся занятия, а мою персону уже обсуждают, когда лекции еще и не начинались. Я прикусила нижнюю губу и, поднявшись, решительно направилась к выходу. И здесь, в дверях я поняла, что фортуна окончательно отвернулась от меня, поскольку я чуть не столкнулась нос к носу с Генри. Софи еле удержалась, чтобы не взвизгнуть от неожиданно материализовавшейся троицы в проходе, преграждающей нам путь. Я же лишь устало прикрыла глаза и тяжело вздохнула.

Как жаль, что нет таких заклинаний, которые могли бы стирать память. Точнее они есть, только их использование запрещено. Максимум, что ты сможешь сделать, это внушить, немного изменить воспоминания другого человека. Но вот стереть их совсем – каралось смертной казнью. А совершить такое над любым существом незаметно не получится. Каждое заклинание оставляет свой след. Магия вообще не бывает незаметной. И разведка обязательно найдет того, кто нарушил закон, в случае расследования. Уж как это действует на самом деле, сложно сказать, никогда не сталкивалась, но ищейки умеют вынюхивать крупицы магии, которые остались после применения какого-либо заклинания. Возможно, я когда-нибудь тоже научусь видеть эти крупицы. Но этому еще предстоит долго учиться. Собственно, для этого я и прибыла в Транвильскую Академию. Но вот незадача. Эти трое портят мне абсолютно все!

– Дай пройти, – холодно произнесла я, не в силах сдерживать раздражение.

Моя мать, будь она здесь, упала бы в обморок от такой вопиющей моей невоспитанности. Она бы начала винить себя в том, что недостаточно принимала участие в нашей жизни, то есть в жизни своих детей. А еще бы она вспомнила старую Герцогиню, мою бабушку, которая в карман не лезла за словами, и стала бы сравнивать меня с ней. «Недаром бабуля отписала тебе все наследство, – вздохнула бы она, – ты вылитая она в молодости, и характером, и внешностью». Хотя бабушка, надо отдать ей должное, была куда более вежлива…

– Это так ты меня приветствуешь? – спросил Генри, ехидно ухмыляясь. Он скрестил руки на груди, тем самым давая понять, что не собирается двигаться с места.

– Уйди..., просто уйди, – прошипела я в ответ, чувствуя, как терпение лопается.

Он нахмурил брови и совершенно неожиданно для меня сделал шаг в сторону от прохода. Его два верных друга также расступились, поэтому я двинулась вперед, но тут же была поймана за руку. И как я могла подумать, что этот тип мог так просто отпустить? Я резко обернулась и попыталась вырваться из цепких рук, но попытка оказалась тщетной.

– Пусти, – произнесла я сквозь зубы.

– Скажи мне, что случилось, и я отпущу, – он будто бы почуял, что в столовой до него что-то произошло. Но зачем ему это знать?

– Не твое дело.

– Ладно, я все равно узнаю, можешь не говорить, – после его слов я снова дернула свою руку, и он выпустил ее.

Мы зашагали с Софи из столовой очень быстро, но идти в комнату не было никакого желания. Поэтому я направилась к выходу из здания Академии, чтобы немного прогуляться и подышать свежим воздухом. На улице уже вечерело и становилось прохладно. Но именно такой воздух мне сейчас бы не помешал, чтобы охладить пыл и немного прийти в себя.

– Это все моя вина, – сказала Софи, нарушая тишину. Она молча шла за мной следом, и теперь ее голос прозвучал особенно громко.

– О чем ты? Ты же ничего не сделала, – не понимала я ход ее мыслей.

– Если бы моего отца не считали сумасшедшим, то и на тебя бы не так отреагировали те девицы, – она сделала свой вывод, и в ее голосе снова зазвучала привычная горечь.

– Ты ошибаешься, Софи. И перестань уже во всем винить свое происхождение. Вот увидишь, твой отец еще докажет всем, что он умнейший ученый–изобретатель. И вообще, переставай хандрить. Ты здесь не причем. Просто, так сложились обстоятельства и только, – я попыталась вложить в слова как можно больше уверенности.