Заговорщики. Шепот дьявола

5

– Товарищи революционеры... Все, собравшиеся здесь, принадлежат к руководителям и потому вам нечего объяснять цель нашего собрания. Не без труда удалось нам соединить представителей комитетов почти всех провинций, но это было необходимо в виду получения новых распоряжений центрального комитета, привезенных из Лондона товарищем Аароном. Пересылать эти инструкции было бы еще затруднительней и опасней. Главное же, многие из более отдаленных комитетов не поспели бы узнать своевременно то, что вы сейчас услышите. Но прежде, чем дать слово товарищу Аарону, необходимо удостовериться, проверены ли права присутствующих здесь... Прошу проверявших товарищей подойти.

Из толпы отделились четыре студента и две женщины, в костюмах сиделок. Все шестеро в настоящих черных масках.

– Мы проверяли входящих через ресторан, – сказал один из студентов.

– Мы стояли в лечебнице, – заявили сиделки.

– Мы были у тайного входа, – произнес еще один студент.

– И вы проверяли по спискам всех присутствующих? – спросил председатель.

– По спискам, номерам и лозунгам, – ответило три голоса.

– Значит вы принимаете ответственность за то, что сюда не мог прокрасться шпион? – серьезно проговорил председатель. – 3а измену вы не отвечаете, только за упущение... Вы знаете ответственность эта – не пустое слово... В случае ошибки своевременно указанной, то есть могущей быть исправленной, вам грозит сравнительно легкое дисциплинарное взыскание. Ошибка скрытая, или сознательное упущение, наказывается смертью... Помните это, товарищи и отвечайте подумавши.

– Мы помним и ручаемся, – твердо произнесли все шесть голосов сразу.

– Хорошо... Значит заседание может быть открыто.... Товарищ Аарон, слово за вами.

Знакомый нам иностранец поднялся с места.

– Товарищи... Центральный комитет признал подготовительную работу революции оконченной. Пора приступить к делу, ‒произнес он голосом слегка заглушаемым капюшоном его балахона. Тем не менее его слова долетели до отдаленных углов и вызвали взрыв восторга, подавленного необходимой осторожностью.

– Итак, в России начинается революция, безпощадная и упорная борьба против царской власти, против самоуправства бюрократии, против народных угнетаний... Борьба за освобождение всех угнетенных, за утешение страждущих, за обезпечение трудящихся...

Вторичный шепот одобрения пробежал по громадному темному пространству.

– Мы здесь не на митинге, товарищи, и я не стану терять времени на перечисление всех грехов и преступлений самодержавия и его слуг... Они известны каждому из вас...

– Еще бы... И как известны... На своих шкурах испытали... – раздались восклицания мужских и женских голосов.

Председатель поднялся с места.

– Я прошу товарищей не прерывать оратора, во-первых для того, чтобы не затягивать заседание, так как наше время размеренно, во-вторых потому, что шум может привлечь внимание кого-либо случайно проходящего по лестнице. Да и к чему знаки одобрения. Мы все одних убеждений и все знаем это... Аплодируют агитационным речам, здесь же мы не для агитации, а для дела... Мы все убеждены в необходимости революции и в дозволенности всех средств для достижения священной цели освобождения человечества, водворения свободы, равенства и братства в России сначала, а затем и во всем мире. Поэтому мы можем спокойно заниматься обсуждением средств, не вдаваясь в излишнее рассуждения о цели... Продолжайте, товарищ Аарон.

– Наш почтенный председатель прав. Я должен быть кратким, так как у нас в распоряжении не более часа времени... Итак позвольте мне коротко и ясно нарисовать вам картину нашей подготовительной работы за последние десять лет... С того времени, когда после неудавшейся, или, верней, наполовину удавшейся великой французской революции 1871 года, центральный международный революционный комитет, известный нашим врагам под презрительной кличкой «интернационалки», решил, что следующая попытка революции будет сделала в России, которая издавна подготовлялась безсознательными нашими пособниками, поэтами и писателями, не ведавшими, что они творят, и плоды трудов которых мы пожинаем теперь... В тот самый год, когда парижская коммуна истекала кровью под штыками версальских солдат, международный революционный комитет, с никогда не ослабевающей энергией, начинал работать над другой, еще более грандиозной, попыткой... Первыми подготовительными шагами была организация различных тайных обществ, имена которых вам всем известны. Как бы ни называли эти общества, в одном месте бунт, в другом фармазонскими ложами, в третьем союзами зионистов, в четвертом народниками, все они были не более как различные пальцы на одной и той же руке центрального международного комитета... Подготовительная работа, сделанная этими тайными обществами, так же велика, как и плодотворна. Им удалось революционировать почти всю интеллигенцию России, ныне уже задыхающуюся под гнетом самодержавия и рвущейся к конституции, как умирающий олень к источнику свежей воды... Губернские земства почти целиком наши. Даже те члены их, которые не принадлежат к нашим организациям, безусловно сочувствуют нам и будут поддерживать революцию, по крайней мере, ее первые шаги, добиваясь введения конституции. Адвокаты, врачи, инженеры, учащаяся молодежь обоего пола пойдут за нами до конца... Даже среди бюрократов все, что молодо и свежо, все, что еще не окончательно засохло и опошлилось на канцелярских стульях, за нас... Добрая четверть администрации не будет нам мешать. Восьмая ее часть, по крайней мере, будет прямо помогать нам. Мало того, уже в войска пробирается наша агитация. Среди матросов немало годных элементов, хотя по большей части и безсознательных. Но это не беда, только бы хотели буйствовать, да скандалить, только бы шли за нами, а там уже наше дело вести их туда, куда мы хотим, а не куда они воображают идти... Во многих гвардейских полках нам удалось завести первое ядро пропаганды музыкантов, нестроевых или поставщиков... Это первая песчинка, вокруг которой образуется со временем громадный ком революции, и который скоро задушит старую, отжившую, самодержавную Россию, страну рабов и холопства, кнута и взятки... Тогда из пепла возродится новая Россия, федерации автономных республик или ограниченная монархия с либеральной конституцией, Россия, основанная на полном равенстве всех народов, на полной свободе всех народов, на полной свободе всех граждан...