Зайка, ну погоди!

13.Глава тринадцатая-В новом шкафу старые скелеты.

Казалось, я падаю в бездонную пропасть — с ревом, ветром в ушах и полной уверенностью, что сейчас впечатляюсь в землю и останусь от себя только в виде лепёшки. Но в последний момент — оп! — и я проснулась.

— Дыши, это был наведённый сон, — раздался знакомый голос Фелисара. — Я просто… устал, что ты меня ни слушать, ни слышать не хочешь. Вот и решил показать, как твой отец запечатал меня в эту книгу.

Я медленно поднялась с кровати, словно после марафона во сне, и с трудом направилась к стопке книг. Открыла верхнюю.

— То есть, сам не спишь — и другим не даёшь? — пробурчала я, зевая. — Подожди. Этот мужчина из сна… Тимур-Павел… это и был мой отец?

Пытаюсь вспомнить лицо, но помню только силуэт у камина — высокий, злой, с волосами, тёмными, как чёрная дыра. Супер, прямо портрет для «Мистер Мрачный и злопамятный».

— Да, это был Тимур, — подтвердил дух. — Воспоминание двадцатилетней давности. Тогда тебя даже в проекте не было.

— Я, по-моему, и вообще никогда в планах не была… — пробормотала я себе под нос. — Ну, он тебя запечатал, и, честно говоря, по делу. Если всё, что вы там обсуждали, правда — я его понимаю. А чего ты сейчас от меня хочешь?

— Правды, — с пафосом проговорил Фелисар. — Помнишь, Дмитрий рассказывал про обезумевшего мага, который натворил дел лет… эдак восемнадцать назад?

— Только не говори, что это был Тимур… — простонала я. — Мне ещё папы-злодея для полного комплекта не хватало.

— Это был он. Вернее, всё случилось в вашем родовом поместье. У меня нет стопроцентной информации — всё, что знаю, — слухи и шёпот. Как ты понимаешь, меня никто не слышит, и вопросы задавать не особо получается.

На страницах книги нарисованный чёртик пожимает плечами. Ну хоть чувство юмора у него живо.

— Говорят, на месте происшествия нашли только вещи Тимура и следы тёмной магии. Всё быстренько связали в одно — и никакого расследования.

— Так что там доказывать? — фыркнула я. — И так ясно, что это он. Даже во сне было видно — с головой у него явно напряжённо, а с самоконтролем и подавно.

— Его семью вырезали. Всех. Ты бы не потеряла контроль на его месте?

— Возможно, — признала я, помолчав. — Но вряд ли проклинала бы всё живое.

— А он и не проклинал. Мог вспылить, кому-то вмазать за дело — да, пожалуйста. Но массовая бойня — это не его стиль. Я думаю, Совет подставил твоего отца. Убить не решились — потому что через год появилась ты. Значит, он телепортировался в ваш мир. Где он сейчас и жив ли — не знаю. Он сам прервал связь двадцать лет назад.

— То есть ты считаешь, что он не виновен… и, возможно, жив? — удивлённо переспросила я. Вот это поворот.

— Да. И мне нужна твоя помощь.

— Ну конечно. С этого всё обычно и начинается.

— Нам нужно найти артефакт рода. С его помощью мы сможем узнать, что на самом деле произошло восемнадцать лет назад. И, возможно, где сейчас Тимур.

— Допустим. Но ты не подумал, что Совет мог этот артефакт уничтожить? Или Тимур его утащил с собой? А может, он просто исчез во всей этой катавасии?

— Если бы его уничтожили, ты бы со мной сейчас не разговаривала, — отрезал Фелисар. — А забрать его невозможно — он глубоко в земле, на месте родового поместья.

— Ну да, логично. Бегу за лопатой. А если серьёзно — как я его вообще выкопаю? И почему Совет до сих пор не добрался до него?

— Думаю, Совет считает, что с гибелью Тимура, последнего наследника, артефакт просто перестал существовать. Но ты жива. Значит, он всё ещё активен. И чтобы добраться до него, тебе просто надо попасть на территорию поместья. Твоя сила — это и есть ключ.

— Конечно. Потерянный артефакт, тайный ключ, заговор века и живой батя где-то в параллельной реальности. Всё звучит, как очередная безумная авантюра...

Я прищурилась: кое-что захотелось уточнить.

— Слушай, у Тимура была какая-нибудь приметная деталь? Ну, чтобы точно проверить, тот ли это человек. Родинка? Шрам? Уникальное пижамное кимоно?

— Шрам. На левом предплечье. В форме полумесяца. Даже магия не смогла свести. Его ему оставил ретул — такая романтика у них с Тимуром была в конфетно-бойцовский период, — усмехнулся дух.

— Завтра устрою допрос матери. Надо уточнить пару нюансов.

И если всё совпадёт… решить, хочу ли я вообще во всё это ввязываться.