Закат над Океаном

Глава 1 Как украсть Легенду и не опозориться

Солнце в тот день не просто светило — оно карало. Столица плавилась, задыхаясь в мареве раскаленного камня и запахах дешевой жареной рыбы, которые неслись из нижних кварталов. Южные ворота, главная артерия города, гудели, как растревоженный улей. Стражники в потных кирасах лениво проверяли телеги с сеном, а толпа мещан, торговцев и бродячих артистов текла мимо них бесконечным серым потоком.

​— Эсмеральда, клянусь всеми забытыми богами, если мы выживем, я самолично сожгу этот чулок, — прошипел я, пытаясь разглядеть хоть что-то через дырку в маске.

​Маска была сделана из старого шелкового чулка, который Эсмеральда «одолжила» у прачки две недели назад. Она пахла лавандой и чьим-то несбывшимся счастьем, а еще нещадно колола нос.

​— Тише ты, — отозвалась моя напарница.

​Она притаилась за горой вонючих бочек с сельдью, и её наряд вызывал у меня нервный тик. Эсмеральда свято верила, что «профессиональный похититель» должен выглядеть как герой дешевой драмы: черный плащ с налипшими перьями, нелепая шляпа с вуалью и столько кружев, что в них можно было запутать кавалерийский полк.

​— Он идет, — выдохнула она, и её глаза, густо подведенные углем, азартно блеснули.

​Я посмотрел в сторону ворот. Толпа расступилась сама собой, словно перед ледоколом.

​Генерал Аргус фон Страттен не шел — он шествовал. Старый мундир, вычищенный до блеска, сидел на нем так идеально, будто был частью его скелета. Каждая складка, каждая пуговица кричали о дисциплине, которая переживет конец света. Седые усы были накрахмалены до состояния холодного оружия, а тяжелая трость с набалдашником в виде льва ударяла о камни мостовой с ритмичностью метронома.

​Но было в нем что-то странное. Генерал постоянно оборачивался. Его пальцы на трости мелко подрагивали, а взгляд, обычно холодный и властный, затравленно метался по лицам прохожих. Он выглядел как человек, который ждет удара в спину, но не знает, откуда он прилетит.

​— Сейчас или никогда! — скомандовал я, выхватывая ржавый кинжал.

​Мы выскочили из засады так грациозно, как пара пьяных медведей. Эсмеральда, согласно плану, должна была выдать «ужасающий вопль темной ведьмы», но от жары и волнения её голос предательски дал петуха.

— Ик! Руки вверх, Ваше… э-э… Безобразие! — взвизгнула она, размахивая своим бутафорским посохом. — Мы вас похищаем! У нас есть заклинания, от которых у вас выпадут зубы!

​Я встал в «устрашающую позу», которую репетировал перед зеркалом, и приставил кинжал к груди Генерала.

— Без глупостей, старик! — рыкнул я, стараясь придать голосу хрипоты бывалого бандита. — Карета за углом. Один крик — и ты… ты пожалеешь, что не ушел на пенсию раньше!

​Я ждал всего: что он повалит меня одним приемом, что он вызовет стражу, что он рассмеется нам в лицо. Но Аргус фон Страттен внезапно замер. На его лице отразилось нечто, похожее на… облегчение?

​— Слава богам, — выдохнул он, и его плечи заметно расслабились. — Я уж думал, Совет пришлет профессионалов. А вы… вы просто восхитительно бестолковы.

​— Чего?! — Эсмеральда оскорбленно выпятила подбородок. — Мы — самая опасная банда в этом полушарии!

​Генерал окинул её взглядом, задержавшись на перьях в шляпе.

— Дорогая, вы выглядите так, будто на вас напал павлин и проиграл битву. А вы, юноша, — он перевел взгляд на меня, — держите кинжал задом наперед. Если вы решите меня пырнуть, вы просто ушибете мне ребро рукоятью. Это будет очень больно, не спорю, но совершенно не смертельно.

​Я покраснел под чулком и лихорадочно перевернул оружие.

— Меньше слов! В карету! Живо!

​— С удовольствием, — кивнул Генерал и сам, без всякого принуждения, зашагал к нашему разваливающемуся колымаге, который мы спрятали в подворотне. — Только умоляю, снимите эти чулки с голов. Мы проедем мимо поста стражи, и если они увидят двух идиотов с колготками на лицах, они нас арестуют за оскорбление эстетических чувств Императора, а не за похищение.

​— Мы тут командуем! — крикнул я ему в спину, но послушно сорвал маску, жадно глотая горячий воздух.

​Эсмеральда запрыгнула на козлы рядом со мной. Её энтузиазм поутих.

— Слушай, — шепнула она, пока мы выруливали на главную дорогу, — а почему он такой радостный? Похищение — это ведь плохо. Нас должны умолять о пощаде, предлагать выкуп, обещать земли и титулы...

​— Может, он просто выжил из ума? — предположил я, стегая лошадей.

​Из глубины кареты раздался стук трости.

— Извозчик! На повороте прижмись левее, там яма. И не гони коней, одна из них хромает на левую заднюю. Если мы встанем посреди тракта из-за вашей некомпетентности, я лично заставлю вас тащить эту повозку до самой границы.

​Я сжал вожжи так, что костяшки побелели.

— Эсмеральда, — процедил я сквозь зубы.

— Да?

— У меня такое чувство, что мы не похитили генерала. Мы устроились к нему на работу кучерами. И, кажется, нам за это не заплатят.

​Лошади рванули вперед, унося нас прочь от города. Я смотрел на дорогу, стараясь не думать о том, что за спиной у нас сидит человек, который командовал армиями, а теперь командует моим обедом.