Закатные города

Глава 3. Часть 3

Восемь лет назад

— Зачем ты это читаешь? — Фэйлин доплела венок и водрузила себе на голову. — Не такие книги обычно читают девушки в пятнадцать лет. Это что, рисунок паука? Ужас!

— Красиво. Прямо невеста, — я, улыбнувшись, оценила венок и вернулась к книге.

Мы лежали на нашей тайной поляне среди орешника, куда любили приходить вечерами — читать, делиться секретами, пока нас никто не слышит, мечтать и наблюдать за закатным небом.

— Эй! — подруга слегка толкнула меня в плечо. — Не будет ответа — не будет венка. Или тебе не плести?

— Сейчас мы под защитой купола. Но что, если однажды мы станем беззащитны и нам придется столкнуться с тем, что за ним?

— Маги не могут бросить нас, ведь опасность угрожает и им. Да и кто их тогда будет кормить, если они перестанут охранять деревни?

— Многое может случиться. А ещё, может, я пойду на Игру? Я слышала, там выпускают монстров.

— На Игру пускают только с девятнадцати.

— После девятнадцати и пойду. Или мне когда-то придётся отправиться в Дикие земли. Или что-то случится, и маги просто не смогут поддерживать купол? Или монстры пробьются через него… У простых людей нет магии, чтобы защититься и спастись от последствий. Поэтому остаётся наука.

— Какие ужасные у тебя мысли. Даже если монстры пробиваются, маги убивают их прямо на границе. Ещё ни разу не было, чтобы монстр добрался до деревни.

— Если такого никогда не было, не значит, что никогда и не случится.

— И чем тебе поможет эта книга? Тем, что ты будешь знать, как называется тварь, которая тебя убьёт?

— Фэйлин Ноаль, кто научил вас таким шуточкам? — с нарочито учительским тоном прикрикнула я.

Фэйлин засмеялась и спрятала улыбку в ладони.

Именно в тот вечер я рассказала подруге о том, что мечтаю быть лекарем. Помогать хворающим в деревне, которые умирают даже от обычной лихорадки, потому что у них нет возможности обратиться к городским лекарям. Спасать детей, которые так часто умирают в младенчестве. Продлевать жизнь старикам, на которых магам всё равно, ведь они больше не могут приносить городу пользу.

Отчасти это была детская наивность, нежно укутанная в отсутствие взрослого опыта. Но я верно шла к своей мечте и изучала лекарственные травы и настойки по редким книгам, что удавалось достать отцу.

А потом мне пришлось повзрослеть.

Когда под моими руками умерла любимая тётушка, потому что моих трав и знаний из книг было недостаточно, а денег на лекаря из города было не собрать.

Когда отец после её смерти стал сдавать, несколько месяцев не мог работать и отвозить в город товар.

Когда вопреки его недовольству, перемешанному со страшным кашлем, я начала поставлять травы в городские аптеки и развозить мёд вместо него.

Когда наша деревня ранней весной копала пять маленьких могил для жертв жёлтой хвори.

Моих знаний и сил было недостаточно, и я понимала, что по-настоящему полезной стану, только если обрету магию и обучусь в городской Академии. Если пройду Игру.

Все лекари оставались в городах, потому что маги щедро платили за здоровье и молодость. Меня это тоже влекло — обеспечить себе и отцу достойную жизнь я могла только там. Но я хотела быть той, кто, зарабатывая в городе, приезжает и лечит людей, с которыми росла. Той, кто обучает других лекарскому делу, чтобы они могли спасти себя и близких хотя бы от лёгких недугов.

И когда мне исполнилось девятнадцать, мечта всё ещё была со мной. Только понадобилось целых четыре года, чтобы сделать к ней самый важный шаг. Четыре года и одно разбитое сердце.