Закавыки Артефактницы

8. Полигон - моя проблема. ч-2 (06.11)

Ничто так не облегчает, как принятое решение, и приходящее с ним умиротворение. С меня словно сняли непосильный груз. И только ощущая, как расправляются плечи, сообразила две равно удивительные вещи.

С одной стороны, как оказалось, я уже приняла это решение, просто оно затаилось. Наверное, это решение пришло ко мне само, когда я поймала и пропала в застывшем взгляде той девушки, молоденькой эльфы-стихийницы с Первого Потока. Капля грязи застряла на ее нижнем веке, подобно болезненной, уродливой слезе. Я видела, как загнулось пара ресниц, и ей бы сморгнуть, но она не моргала, как и не дышала. Не могу сказать, что это была моя первая смерть, но…

Это были первые эманации смерти, которые показал мне Дар. Некро стремился к мучительной смерти неизвестной ученицы, как бабочка к сладкому нектару. И я не видела в этом ощущении ничего хорошего, скорее наоборот. Дару нравилась смерть, казалось сладкой та энергия, что может появиться лишь с мучительной смертью. Кажется, я понимаю, начала понимать, действительно понимать первопричину, почему на Аарде, в свое время, уничтожались некроманты.

И вот, ее тело окутывает сияние переноса, а где-то ее родные, если они у нее были, получили уведомление о смерти дочери во время учебы...

И эти глаза, они приняли решение за меня, но я, как часто говаривал дед, не желаю видеть правду. Из-за моей «слепоты» едва не погиб молодой лев…

А с другой стороны, я боялась. Банально боялась остаться в этой «шкатулке» зловещего гения. Одной. Без надежды на помощь из внешнего мира. Страх держал меня на этой поляне. Страх прятался за желание помочь молодому парню. Он был сомнением в собственных силах и знаниях, но все же, я просто, банально и скучно боялась.

Я встала, тело еще ныло, но идти я уже могла. И принялась разбирать припасы, кое-что отправлялось в сумку, а кое-что в пространственный карман корсета. Магию я не применяла, чтобы не менять фон энергий в этом месте, и не притягивать сюда заклятья поиска, а значит фантомов.

Тень металась за мной по полянке, будто знала, какой приказ я отдам, как только соберусь. И старалась убедить меня отказаться от намерений.

За десять дней (или все же семь?) у меня было достаточно времени, чтобы подумать. И да, весьма сложно контролировать мысли, когда ты борешься за жизнь с простыми, бездушными артефактами. С фантомами, созданными специально для того, чтобы в реальном бою маг не погиб в первые мгновения. Это как если бы на тебя напала ложка или книга. Простой, знакомый инструмент, который несет смерть. Это, по меньшей мере, странно.

Мне кажется, что есть что-то от Шута, от его благословений, что так похожи на проклятья, во всей этой ситуации. Во всей истории с самого начала. И как бывало во всех сказках об этом мифическом Боге, в этой тоже уже есть трупы. Забавно, иронично и жестоко, до кошмаров, понимать, что артефактору принесет агонию артефакт-игрушка. Я готова была умереть от Дэса, готова была сгинуть в Разрыве, я даже допускала, что чей-то арт, в каком-то бою, окажется лучше моего, и я отправлюсь к Астарте. Но… осознавать, на протяжении нескольких невероятно долгих дней, что меня уничтожит обычный тренировочный Полигон, арт-игрушка, не более… это сложно. И смешно. В это не веришь, я и не верила. И я боялась осознать до конца всю правду происходящего, даже имея на руках смертельно раненного и видя смерти других. Боялась смотреть правде в глаза и сделать один, единственно верный вывод.

И, как не смешно, но лишь признание тени в безвыходности, заставило меня оглядеть происходящее ясным взглядом, без самообмана и самовнушения.

Если «артефакт» в милорне отсек Полигон, лишив связи и возможности выхода, то основной «механизм» этой чудовищной «шкатулки» был в ином. Чужая воля внесла поправки во все настройки полигонных артов. Смяла их, если уж быть честной. Если в обычный день на полигоне просто физически невозможно было погибнуть, то сейчас каждый созданный фантом несет только смерть, и не иначе.

При стандартной работе артефактов, в каждом заклятье есть «диагностика», (определяющая расу и примерный резерв по ауре разумного) и «запрет», что не позволял заклятью во время тренировки использовать больше энергии, а значит быть сильнее, опаснее. Таким образом, выходило, что любой фантом был хоть и похож, но намного слабее реального элементаля прототипа. Например: местные элементали огня лишь швырялись шарами, но не вызывали огненных стен.

При обычной тренировке здесь возможно было покалечиться, заработать большую потерю крови и получить серьезную рану, но не умереть! Все фантомы вложенных заклятий нападали только при наличии щита и с амулетом переноса. Ни один фантом не пытался, раньше, вгрызться в лицо ученику. Артефакты отзывали заклятья, если пропадал щит.

И, уверена, любой может вообразить, что будет с разумными, если во всех артефактах вокруг, в одно мгновенье пропадают руны «запрета» и «диагностики». А если прибавить к этому нарушение работы амулетов переноса, то становится ясно, почему я сомневаюсь, что тут еще остались живые. Ведь теперь, каждый воссозданный фантом действует почти как живой, теперь нет запретов, зато есть «приказ» нападать и море энергии, которую нужно направить против живых.

За этими размышлениями я отложила последний накопитель, в последний раз проверила работу стазиса и, наконец, перекинула лямку сумки через голову.

- Ты остаешься здесь! – уверенно приказала тени, когда она двинулась по траве за мной.

Ее глаза снова проявились, только теперь в них было больше алого, чем раньше. Она увеличилась в размерах и надвинулась на меня, в явной попытке, если не остановить, то уж точно напугать.

- Ты останешься здесь, пройдешь через стазис, и станешь второй защитой ауры Лира.

Она дрогнула, будто бы удивляясь.