Закавыки Артефактницы

8. Полигон - моя проблема. ч-4 (08.11)

Я знала преступно мало, чтобы выстроить точные версии, но и те факты, что мне известны, заставляли спешить.

Итак, я точно знаю, что в последние годы, примерно с момента моего рождения, возросло число смертей артефакторов. И это не считая тех, из нас, кто погиб от собственного Дэса, не считая отшельников, изгнанных из родов, не считая тех, в ком крохи крови артефакторов. Если же посчитать всех погибших, за последние, скажем, лет триста, то станет действительно страшно.

Всего тринадцать родов! Артефакторов сейчас меньше, чем темных дриад; меньше, чем единорогов; даже фениксов, у которых всегда были трудности с будущими поколениями, намного больше, чем нас. Единственные, кого меньше нас, грубо говоря, по числу голов, это демоиды – потомки демонов-уфиров. Даже численность малых народов больше, чем осталось нас!

С одной стороны, очевидно, что кто-то из правителей Кираны желает удалить нежеланную расу, ведь именно Кирана стала домом для всех нас, аж три тысячи лет назад. Да, артефакторы могут жить где угодно, но только в Киране за нападение на артефактора следует страшная кара. Здесь наш дом. И конечно, первым делом станешь винить стены дома, если нет защиты.

Однако, если хорошо подумать, то станет видно: именно Киранцам крайне невыгодно ухудшение отношений с артефакторами. Далеко не во всем, но во многом, власть, богатство и сила Кираны, как государства, держится на нас, на тех единственных, чьи труды нужны всем, а Император может, пусть и относительно, но контролировать количество артефактов в других землях Аарды. Нет, напрямую он не может запретить создание артефакта. Не может и давить на артефактников никаким образом (это было прописано в тех обязательствах, что взял на себя предок Нолана), но все же… Император может запретить кому-то въезд на земли Кираны, что делало невозможным создание целого списка уникальных артефактов, для которых нужны кровь, плоть или просто присутствие заказчика. Я знала, например, про запрет для последнего Солнцекрылого, Властителя драконов, тех из них, что жили за границами Кираны.

Так что, версию с «заговором» именно от Императора можно смело отмести. Я допускаю, что кто-то из верховья власти Империи участвует в этой игре, но самому Императору, как и его роду, гибель артефакторов не нужна. Более того, для него уничтожение артефакторов опасно, если не смертельно. Как только нас останется с десяток, и не родов, а душ, можно будет смело отсчитывать последний век Империи. Без нас ее просто разорвут, не сразу, но разорвут.

Дальше… Великий Синий. С одной стороны, Элвин – непререкаемый авторитет для всей расы. А с другой, он же сейчас близок к трону, как многим и не снилось, Советник Императора – это не просто слова. Добавим к этому всему тот факт, что репутация рода Ратри, в вопросах качества артефактов, крепла все пять тысяч лет.

Вспомним, что Дэиваар не просто знакомый Синего.

А теперь, просто представим. В самой известной Школе гибнут адепты и ученики – раз. Я убеждена, что как-то, через кого-то, но станет известно, что смерть детям принес именно артефакт Ратри. Что, как не крути, а станет страшным ударом по репутации не только Школы, Императора или Кираны, но и Синего Дракона – два. Три – если Дэиваар гибнет, то велика вероятность, что в его смерти могут и артефакторов обвинить, сделав из него мученика. Мол, их творения так опасны, как могут быть опасны запретные проклятья. Если верно разыграть все карты, то может расцвести настоящая охота на артефакторов. Ведь, когда-то, в сущности, не так давно, нас уже считали монстрами. Мы были чуть больше, чем животные, были рабами и вечными жертвами.

Какое-то время мои соплеменники будут терпеть травлю, но… Не верю, что хоть кто-то из молодых, привыкших к почету парней и девушек, постарается понять злость, если не ненависть. Случится беда, куда большая, чем одиночные смерти под маской случайности.

Мне вспомнилась печальная судьба тех, кто нападал на меня. Элвин страшно карал всех, кто рискнул посягнуть на его внучку. Я точно знаю, что артефакторы начнут мстить. За себя, детей, жен, свои нити. Так было уже множество раз в нашей истории. Это может стать началом войны. Войны, где мы, артефакторы, проиграем. И велик шанс, что сгинем в памяти других рас, как чудовища, кошмарные монстры.

Если же Дэиваар выживает в запертом Полигоне, то его, скорее всего, захотят казнить, как виновника в смертях, все тех же, детей. И опять же, зная Ратри, тот вступится за друга. Я, конечно, не знала точно, но была уверена, Элвин вступится за него. И вот тут, разумные узнают, что Великий Дракон заступается за детоубийцу. То что, ученики и адепты – не дети, роли играть не будет.

Я даже допускала вариант, когда кто-то подскажет Дэиваару, естественно, уже лишенного своего положения, может через мага разума, что в его бедах виноваты артефакторы, и конкретно, Ратри.

В общем, вариантов было много, даже слишком. Я понимала, что все мои мысли могут быть лишь домыслами глупой, молодой девицы, но даже если, я отчасти права… даже если, все мои версии – паранойя… даже если, все это – одна большая глупость…

Астарта, я просто не могла не вмешаться! И не только, потому что, наконец, поняла о чем говорил Синий. Мы, Ратри, просто не можем допустить новой травли артефакторов. Не только, потому что не могла допустить пятна на престиже Элвина, который был полностью заслужен, выстрадан смертями его близких. И не только, потому что я – дочь своего отца. Да, Макелл давно погиб; да, я его не помню, но я просто не могу допустить, чтобы какие-то скоты марали его имя, его память, его работу.

Ну и, наконец, Дэиваар…

От последней мысли я даже споткнулась. Мне потребовалось несколько долгих секунд, чтобы признать, додумать.

Дэиваар сейчас избежал ловушки, но если преступникам нужен его труп, то будут и новые попытки. А мне… мне бы не хотелось узнать, что этот маг погиб…