Закавыки Артефактницы

4. Последствия слов. Вилен. ч.-1 (16.03)

Глава 4

Последствия слов

~ Северная Видьят. Сразу после событий (14 главы) 1 истории. Вилен Зимар. ~

Оптимисты верят в счастливый конец света.

(Юмор)

Вилен остался один. Сначала ушел Дэиваар, за ним следом удалились остальные танары. Даже Тирш не стал ничего говорить, не стал выгонять из своей аудитории. Доминика только покосилась. Слишком уж все были не в себе от произошедшего. Слишком уж редко происходит подобное, и сомнительно, чтобы кто-то из них, кроме Юлиана, видели Рождение связи.

Должно быть, Брабхи желал разорвать его, Вилена, на сотню кусочков. Надо было видеть лицо этого разумного, сам воздух вокруг его фигуры словно бы сгустился, превращаясь в яд. Он, наверняка, мог бы убить старого целителя одним простым выплеском силы. Зимар видел это в его глазах, и испугался бы, потому что Дэиваар мог превратить мгновения смерти в мучительные часы, а то и дни. Испугался бы, если бы самому Вилену не хотелось бы перестать существовать, а еще лучше, отмотать время назад и сделать все, чтобы не видеть и не говорить с этой девочкой.

И как же прекрасно целитель понимал мастера Обороны, даже лучше, чем этот Стилет Империи ощущал себя сам. Просто, потому что уже видел, знал себя нитью.

За время своего учения молодняка Зимар видел нескольких подопечных и учеников Гадриэля, но и этих единичных случаев хватило, чтобы избранных разумных уважали и побаивались все, даже верхушки знати разных стран. И не столько из-за исключительности этих разумных, а из-за натуры наставника. Дэиваара знали во всем мире, а не только в Киране, но еще больше за него говорила репутация разумного, точнее полного психа.

Раз в несколько десятилетий, так или иначе, но случались истории, где Гадриэля пытались прижать, через выбранных им. Даже двое его последних учеников обошлись Киране в сотню жизней и несколько дипломатических конфликтов. И то, что Дэиваар легко убьет любого, независимо от происхождения или положения, за своих учеников, знали все, даже первокурсники, у которых мастер Обороны еще не провел ни одной лекции.

Новость о том, что у Брабхи скоро появится новая подопечная прогремела по маленькому мирку танаров Северной еще за пару недель до знаменитой сдачи Веселиной ее вступительного испытания. То, что одной из полукровок удалось создать Вековой артефакт с псевдо-разумом, стало настоящим шоком. Когда-то давно полукровкам артефакторов это удавалось, как удавалось подобное и ученикам артефакторов из других рас, но это случалось так давно, что абсолютно все прочие расы убедились - настоящие артефакты могут создавать только чистокровные артефакторы.

И тут такое знаменательное событие. Многим артефакторам, которые имели отношение к Северной, сразу же захотелось прибрать будущего успешного ремесленника в свой род. Но эти идеи сразу же увяли на корню, потому что Дэиваар еще на просмотре кристаллов сообщил, что Ристит – его подопечная. Да, не ученица, но и статус «подопечной» давал девочке сильную защиту. С Дэивааром никому не хотелось спорить, по крайней мере, открыто.

И вот, девочка отучилась всего два дня, как…

Собственно, все случившиеся - уже приличный повод для мести со стороны Брабхи. Но, как показала его реакция, Гадриэль хорошо знал, что такое нить, для самого артефактора. Вилен не мог точно сказать, что именно спасло ему жизнь: то, что смерть нити сильно бьет по артефактору или же то, что сами разумные этот процесс не контролируют, и прямой вины Зимара в этом нет.

Н-да, «нет», как же!

Вилен с тихим стоном схватился за голову. Да, все книги и прошлые века утверждали, что артефактор не выбирает свою нить. Но он мог бы покляться всем Богам, что если бы не сказал девочке о своем прошлом, то ничего этого не случилось бы. Зимар был уверен в этом, ощущал всем своим нутром, что она пожалела его, и из-за этой жалости установилась их связь!

Старый целитель с трудом поднялся из кресла. Легким плетением залечил себе разбитую губу и уже нарастающий синяк. Вышел из аудитории, которая стала для него теперь запретной. Уж слишком сильные эмоции будут теперь поднимать в памяти эти стены.

Как он выбрался из корпуса и добрался до портальной плиты – маг и не мог бы вспомнить. Тело двигалось само, словно в полусне. Просто Вилен понимал, что нужно уйти от разумных. Если бы Веселина не взяла клятву, целитель позволил бы себе расслабиться, но она попросила ее, а значит он просто не может ее подвести. Она желает сохранить связь в тайне, а значит и он будет себя держать в тисках самообладания. Никто не должен узнать, что он – ее слабое место.

Да, девочке показалось, что он стыдится произошедшего. Глупышка, знала бы она, что на самом деле испытывает старый маг…!

Большой портал имелся в Школе всего один. Этот мог переносить в любой другой портал на Аарде. А вот мелких портальных плит, переносящих только на территории Видьят, было много. Каждую такую плиту на третьем году обучения создавал кто-то из Тиршей. Можно было попасть из корпуса в корпус, с Арен к целителям, и так далее по длинному списку. В одном только Первом корпусе, где и обитал Глава имелось аж три портальные плиты.

Факультет артефакторов тоже имел такие плиты переноса. И так как обучение владения Дэса всегда связанно с риском, то одна из плит на первом этаже, в двух шагах от подвалов-лабораторий вела именно на факультет целительства.

Вилен очнулся только когда за спиной вспыхнули охранки его личных апартаментов. Зимар не отличался любовью к танарам, как и большинство его коллег по ремеслу, так что предпочитал жить не в корпусе наставников, а у себя, на кафедре экстремального целительства. Точнее, над лекционными, на четвертом этаже корпуса для старшегодок и старшекурсников. Именно из-за этого несколько десятилетий назад у него была забавная кличка «Филин». Слишком уж часто архимаг засиживался над фолиантами и опытами, так что любой желающий мог видеть золотой магический свет от многочисленных коконов стазиса в его апартаментах. А многочасовая работа с такой стабильной магией на некоторое время и его глаза делала ярко-золотыми. Отсюда и прозвище.