«заклинание не того эффекта»

Подозрительно обаятельный незнакомец

Дорога к столице и без того была испытанием: жара, пыль, осёл, который упорно шёл только в ту сторону, в какую сам хотел, и коза-одеяло, которая при каждой возможности пыталась боднуть случайных прохожих.

Но появление незнакомца сделало день ещё хуже.

Он возник буквально из воздуха — словно вырос из тени придорожного дуба. Высокий, с растрёпанными каштановыми волосами и улыбкой в стиле «я знаю, что ты всё равно поведёшься». Его плащ видел явно больше чужих сундуков, чем прачечных.

— Ну здравствуй, ведьмочка, — лениво протянул он, облокотившись на посох, подозрительно блестевший на солнце. — Куда путь держишь с таким великолепным отрядом?

Аделина прищурилась.
— Это не отряд, это… магические помощники.

Осёл громко заревел, плюхнулся на землю и сделал вид, что умер.
Коза боднула её в колено.

— Убедительно, — хмыкнул незнакомец. — Особенно вот этот, с ушами. Лучший боевой маг, что я встречал.

— Не твоё дело, — отрезала Аделина, дёргая верёвку. Осёл даже ухом не повёл.

— Моё дело — предлагать помощь прекрасным дамам, — ухмыльнулся он. — Позволь представиться: Риккардо. Но для друзей — просто Рик. Искатель приключений, герой в отставке и специалист по… нестандартным ситуациям.

— То есть по карманам доверчивых крестьян? — ядовито уточнила ведьма.

Он картинно приложил ладонь к сердцу:
— Ах, вы сразу раскусили мой скромный талант! Чудесно. Сэкономим время на вежливости и перейдём к делу.

— А дело в чём?
— В том, что ты выглядишь как девушка с проблемой. А я обожаю девушек с проблемами.

— Я ведьма. У меня профессия такая — быть проблемой.

Риккардо рассмеялся звонко, так, что даже осёл приподнял одно ухо.
— Великолепно! Ты — проблема, я — решение.

И так, против собственной воли, Аделина оказалась в компании наглого болтуна.

По дороге он не закрывал рот: рассказывал, как «одним махом победил сотню троллей» (хотя встреченный крестьянин уверял, что Рик просто украл у троллей пиво и убежал), показывал «реликвии» — блестящий камешек («окаменевшая слеза феи!») и дырявый башмак («ботинок самого повелителя демонов!»).

Аделина делала вид, что не слушает, но её раздражало, что при каждой его улыбке сердце упрямо билось чуть громче.

Когда он вдруг кивнул на свёрток у неё в руках, она насторожилась:
— Куда ты несёшь письмо?

Она прижала его к груди.
— Не твоё дело.
— Секретная миссия! Прекрасно! — оживился он. — Мы с тобой точно созданы для совместных приключений.

— Ты мне не нужен.
— Конечно, — протянул он. — Но твой осёл, похоже, без меня дальше не двинется.

В подтверждение слов животное снова рухнуло на землю и закатило глаза.
Рик наклонился, шепнул что-то ему на ухо — и осёл бодро поднялся, как ни в чём не бывало.

Аделина раскрыла рот:
— Что это было?
— Мужской шарм, — ухмыльнулся он. — На животных действует безотказно.

Коза возмущённо блеянула.

— Ладно, — выдохнула ведьма. — Идёшь со мной. Но только до первой деревни. Потом — исчезнешь.
— Договорились, — кивнул он. — Но предупреждаю: обычно я ухожу не первым.

К вечеру они остановились на поляне.

— Я разведу костёр, — гордо заявила Аделина. — И никаких проблем.

Она взмахнула палочкой, произнесла заклинание… и через миг вся поляна наполнилась курами. Десятки кур, кудахтающих, машущих крыльями и несущихся во все стороны.

Рик упал от смеха.
— Я… не могу… ведьма-куровод!

Аделина покраснела до кончиков ушей.
— Это была ошибка! У всех бывают ошибки!

— У всех? — вытер он слезу смеха. — Но только у тебя они такие аппетитные.

Куры расселись по поляне. Одна уселась Рику на голову, как корона.
— Видишь? Даже они меня уважают, — сказал он невозмутимо.

Аделина устало прикрыла лицо ладонями:
— Господи, с кем я связалась…

И в этот момент свёрток у неё в руках вдруг нагрелся, словно в нём билось сердце.

Все куры замерли, синхронно повернув головы на письмо.

Аделина похолодела.
— Это… не должно было случиться.

Рик заметил её испуг и посерьёзнел впервые за день.
— Ведьмочка… похоже, твоя «секретная миссия» куда интереснее, чем я думал.

Он протянул руку к свёртку, но Аделина резко отдёрнула его.
— Даже не смей.

Он хитро улыбнулся:
— Я и не думаю. Я чувствую. И если за этим письмом начнут охотиться… тогда извини, но я с тобой надолго.

Она хотела возразить, но поймала себя на том, что вместо слов вырвался вздох.
И впервые за весь день — по-настоящему страшно и по-настоящему приятно — ей стало не так уж и одиноко.