«заклинание не того эффекта»

Таверна «У пьяного тролля»

После схватки с масками Рик чувствовал себя героем. Осёл — мучеником. Коза — победительницей мирового чемпионата по боданию. А Аделина — человеком, который хочет только горячей воды и тишины.

К несчастью, вместо тишины им попалась таверна с кричащей вывеской «У пьяного тролля».
Вывеска действительно жила собственной жизнью: на ней был нарисован зелёный тролль, который каждые пять секунд икал и переворачивался, проливая нарисованную кружку прямо на головы прохожих.

— Великолепно, — простонала Аделина. — Здесь нас точно никто не заметит.
— Именно! — бодро сказал Рик. — Самое безопасное место — там, где все слишком пьяны, чтобы помнить твое лицо.

Осёл издал такое многозначительное «иии-ааа», что его можно было перевести как: «Мне бы, конечно, сено, но ладно, потерплю этот сюрреализм».

Внутри таверны было шумно: смех, запах жареного мяса и кучи подозрительных личностей.
Один бард играл на лютне, но настолько фальшиво, что даже крысы пытались сбежать.

Рик сразу расправил плечи и гордо встал в дверях.
— Дамы и господа, встречайте! Герой, освободитель…
Аделина дёрнула его за плащ:
— Сядь. И молчи.
— Ведьмочка, — вздохнул он, садясь за стол. — Ты вечно рушишь мои лучшие представления.

Официантка — дородная женщина с усами гуще, чем у Рика, — подала им похлёбку и хлеб.
Коза залезла на стол и начала жевать миску.

— Ты хоть понимаешь, что нас выгонят? — прошипела Аделина.
— Если нас ещё не выгнали, значит, мы либо клиенты, либо представление, — философски заметил Рик. — В любом случае, мы при деле.

За соседним столом сидели трое мужиков, явно слишком любопытных к чужим разговорам.
Один из них громко сказал:
— Слыхали? По дороге к столице охотятся на какую-то ведьму с письмом.

Аделина уронила ложку.
Рик же театрально засмеялся:
— Ведьма с письмом? Ха! Какое нелепое совпадение! Вот у нас, например, совершенно обычное письмо. Совершенно. Обычное. Ничего секретного.

И он положил свёрток прямо на стол.

Аделина едва не убила его взглядом.
— Ты идиот?!
— Но обаятельный, — поправил он.

В этот момент к ним подсел старик в потрёпанной мантии.
— Молодёжь, — сказал он, наклоняясь. — Вы слишком громко разговариваете о том, что должно оставаться тише воды.

— А вы кто? — спросила Аделина.
— Я — человек, который слишком стар, чтобы молчать, и слишком жив, чтобы бояться.

Рик хлопнул в ладоши:
— Вот это я понимаю — мудрость века! А можно я запишу? У меня в коллекции афоризмов пусто на сегодняшнюю дату.

Старик хмыкнул:
— Запомни лучше так: «Секреты не убивают людей. Их убивает жадность тех, кто хочет эти секреты раскрыть».

Аделина настороженно прижала свёрток.
Рик же, наоборот, усмехнулся:
— А ещё людей убивает плохое пиво и скука. Вон тот бард уже убил в себе музыканта.

В таверне вдруг началась потасовка: один пьяный решил, что его кружка достойнее кружки соседа.
Столы перевернулись, кто-то кинул в кого-то курицей (которая, кстати, ожила и убежала).
Рик вскочил на стол, вытянул руку и торжественно крикнул:
— Граждане! Вспомните главное правило жизни: «Кто дерётся, тот не пьёт!»

Толпа на секунду замерла. А потом дружно продолжила драку.

— Отличное выступление, — заметила Аделина, уклоняясь от летящего табурета. — Но их это не остановит.
— Ну, по крайней мере я пытался, — пожал плечами Рик. — Моя совесть чиста. В отличие от рубашки.

И он показал на своё плечо, залитое пивом.

Когда драка наконец стихла (во многом благодаря тому, что коза боднула троих самых буйных и уснула прямо на полу), компания вернулась к своему столу.
Рик задумчиво сказал:
— Знаете, я понял одну вещь.
— Что опять? — устало спросила Аделина.
— В жизни всё как в таверне. Никто не знает правил, все шумят, кто-то кидает курицей, а кто-то пытается казаться героем. Но в конце концов выигрывает не самый сильный, а тот, кто остаётся сидеть за своим столом, когда пыль осядет.

Аделина удивлённо посмотрела на него.
— Ты иногда кажешься умнее, чем сам о себе думаешь.
— Иногда, — согласился он. — Но только иногда.

Осёл, жующий обрывок скатерти, философски протянул «иии-ааа», словно подтверждая: «Мудрость — это когда ты понимаешь, что все вокруг идиоты, включая тебя».

И с этим они наконец решили лечь спать.