Заклинательница змей

ГЛАВА 5. ПРЕВРАТНОСТИ СУДЬБЫ

Бунари. Два месяца спустя. Площадь истории

Площадь истории. Какое отвратительное название и не менее отвратительное место. Площадь находилась в центре города, с западной стороны дворца. В целях безопасности султана конечно же. Ведь он мог отдавать приказы, стоя на балконе своего неприступного дома. Площадь имела форму прямоугольника. По центру, ближе к дворцу, находились парапеты для осужденных, которых всегда ставили спиной к дворцу, лицом к народу, что приходил наблюдать за «историческим событием» - казнью врагов султана, а значит и их врагов. За эти два месяца я узнала, что бывают люди с абсолютно черным сердцем в груди – им был Обимар. Зло во плоти. Он обожал публичные казни, но еще больше любил пытать. А я стала его орудием.

Сейчас я стояла рядом с приговоренными к смерти людьми: мужчины, женщины и даже дети. Их вина была в том, что они воспротивились власти своего тирана-султана. Теперь я – их палач. И мой господин пожелал всем медленной и мучительной смерти.

За моей спиной султан завершал свои проповеднические речи, а я с болью в сердце смотрела на тех, кому вынуждена подарить жестокую смерть. «Мне так жаль», - зашелестел тоненький голос Зиа в моей голове. – «Это жестоко, слишком жестоко. Нужно попытаться бежать». Нуа и Тиа согласно зашипели в моей голове. «Невозможно, - мысленно ответила я. – Не сейчас. Нужно сначала завладеть амулетом, - но почувствовав почти осязаемую горечь своих стражей, предложила: - Но мы постараемся помочь обреченным… Зиа, ты знаешь, как обойти приказ султана…»

Возможно для султана это было самое скучное зрелище в мире, но для собравшейся толпы оно было одним из ужаснейших. Зиа ввела в кровь обреченных нейротоксин, достаточную дозу, что вызвать псевдосмерть, хотя некоторые, возможно, так и не проснутся. Действие этого токсина было направлено на блокирование работы всех органов. До ночи они не очнутся. А там, там уж от них зависит, выживут или погибнут. Тела отвозили за город и сбрасывали в небольшой котлован. Если кто-то желал их захоронить, никто не препятствовал. Я очень надеялась, что за ними придут. А пока, пока Зиа кусала каждую жертву, я им шептала, глядя в глаза:

- Вам жутко больно…

И никто не смел возразить. Позади меня раздавались стоны и вопли, остальное завершал яд – синеющие лица, хрипы и скрюченные тела. «Блестящая работа, малышка», - похвалила я кобру, спрятавшуюся в моих волосах.

Бунари. Комната Провидицы

Впервые за много лет я хохотала. Я видела спектакль, разыгранный перед султаном на Площади Истории. Хитрая демоница. Мало того, я даже смогла увидеть, что двенадцати из двадцати осужденных удастся выжить в эту ночь. Это немыслимо, ведь после столкновения с Обимаром никто не выживал. Нуууу, разве что те двое ассасинов… Султан их так и не нашел. А отправлять за ними Лессу не позволила я. Сказала, что тогда она к нему не вернется.  Подействовало, хоть и болезненно для меня. Но за небольшую ложь можно и потерпеть, особенно если на кону стоит моя свобода… Я была пленницей Обимара восемь лет. И сейчас я знала точно - мое освобождение близко. Осталось лишь определить роли главных действующих лиц в моем спасении.

Лесса.

Прошло недели две после той прилюдной «казни». Султан был не в духе, поднял на уши всю стражу, кого-то искал. Излишняя подозрительность не давала ему покоя. Только вот даже если и были заговорщики, то все они после той казни притаились. А я вздохнула с облегчением, хоть убивать никого не принуждают. И на том спасибо.

Я стояла у дверей «комнаты утех» - гарема султана, куда тот решил наведаться и немного развеяться в обьятиях своих наложниц. Только вот кажется ему это не удалось, потому что не прошло и получаса, как в неособо опрятном виде и неадекватном состоянии Обимар резко распахнул двери, лишь кинув мне на ходу:

- За мной!

И мы пошли в его покои, которые находились в другом крыле дворца. Но в покоях он не оставил меня по-обыкновению, как всегда делал, когда шел к своим информаторам через потайной ход. В этот раз мой хозяин подал мне знак следовать за ним. И я пошла, пошла с радостью, потому что очень было интересно увидеть тех гадов, что раз за разом сдавали невинных людей.

Потайной ход имел множество ответвлений, по которым можно было попасть в разные места во дворце, чем порой Обимар и пользовался. Сейчас султан ступал по запыленным и заполненным рваными паутинками коридорам (разумеется, что здесь не выбирались, ведь султан не доверял прислуге, считая, что везде могут быть шпионы, а преимущество - знание тайных ходов - многого стоит, в том числе и жизни), едва освещенных через небольшие проемы в стенах, как я понимаю, через сложный механизм за счет преломления солнечных и лунных лучей. Было мрачновато, на стенах мерещились причудливые неподвижные тени. Обимар шёл впереди меня уверенными шагами, сопровождаемыми резкими движениями рук и гневным бормотанием. За очередным поворотом мужчина резко затормозил, достал ключ и отпер дверь в полутемное помещение,  также освещенное через небольшие проемы в стене. И  нашему взору предстала небольшая комната без окон с кроватью, креслом и небольшая металлическая ванна со сливом. В углах на стенах висела паутина, местами рваная. И там сидела обычная девушка, при появлении султана даже не поднявшаяся с кресла, лишь повернувшая голову в нашу сторону. А у меня от одного ее вида чуть ноги не подкосились! Я ожидала увидеть ассасинов, бандитов, кого угодно, но только не её, хрупкую девушку лет семнадцати на вид. Провидица! У Обимара все это время была провидица! Та, что видит наперед. У восставших нет ни шанса... Как и у меня...

- Где они? - резко спросил мужчина и, стремительно сократив расстояние, грубо схватил девушку за руку. От такого обращения во мне поднялось волной возмущение, а девчонка лишь молча сжала губы и... и погрузилась в видение.