Заклятая любовь

Глава 3

Пальцы на моем запястье сжимаются, становясь жестче.

Дергаю руку, но неожиданно они смыкаются крепче, превращаясь в стальной капкан. Кровь пульсирует в висках в такт учащенному сердцебиению.

Черт! Братишка башку свернет этому красивому нахалу.

Встречаюсь с бездной беспросветно черного взгляда.

– Пусти, сумасшедший, – выдавливаю тихо, не прекращая попыток вытащить руку.

Стулья гремят ножками – это группа поддержки нахала поднимается, окружая нас плотным, недружелюбным полукольцом.

Ой, мамочки, что же будет? Мансур один, а их почти толпа.

– Я сказал, руки убрал! – подлетает брательник.

Врывается вихрем между нами. Одно короткое, резкое и невероятно сильное движение разрывает наше стальное касание. От этого рывка и неожиданности планшет вылетает из моих рук куда-то под ноги с сухим, трескучим звуком.

Разом сдвинув меня за спину, Мансур отгораживает от парня всем своим массивным телом, и заслоняя могучей спиной.

Напряжение взвивается за секунды. Меня начинает мелко потряхивать.

Начинается перепалка на гортанном наречии. Гул голосов на повышенных, так что сразу становится ясно – близких друзей так не приветствуют. Холодею внутри, осознание этого факта замораживает. Может я все же ошиблась?

Куда здесь ошибиться. Повышенный тон не оставляет сомнения.

Широкие плечи брата полностью закрывают обзор на происходящее. За его спиной я вижу только вихрастую макушку того парня в черном. Приподнимаюсь на цыпочки,встречаясь со сверкающим взглядом черных очей.

Они стоят друг напротив друга сцепившись взглядами.

Кажется хватит одной искры, чтобы спалить тут все синим пламенем.

Мансур, не надо, не лезь в драку! – молю безмолвно, едва ли они услышат меня в пылу спора.

Цепляюсь в ткань его пиджака, в надежде хоть так сдержать ярость брата. Сумасшедшая, если начнется драка, я первая улечу на пол, попав под горячую руку.

Охрана подтягивается, я выдыхаю тихонечко. Теперь мансур не один. Лишь бы все закончилось без крови. Ненавижу драки и ссоры, меня сразу выносит в прострацию – такая странная реакция на стресс.

По венам растекается холодный ток, глубоко внутри поднимается чувство вины, из-за меня они сейчас вцепятся в рукопашную.

Я теряюсь, что делать в таких ситуациях. Хочется малодушно сбежать и спрятаться, закрыться пологом от всего мира.

– Сами выйдем.

Выглядываю из-за плеча, услышав знакомую речь.

Бой, не сводя с Мансура своего темного взгляда, смахивает руки охраны с плеч, будто назойливых мух.

Он разворачивается, и я наблюдаю, как удаляются его напряженные, собранные в тугую пружину плечи под черной рубашкой.

С видом победителей, высоко задрав нос, за ним подтягиваются по одному оставшиеся парни.

Компанию спешно провожают без повторных скандалов в сопровождении охраны.

Из моих легких сдувается весь накопившийся воздух вместе с напряжением.

Мансур протягивает руку за спину, находя мою дрожащую кисть. Разворачивается ко мне, гневно сверкая глазами.

– Румиса, млин! Как ты умудрилась влипнуть в неприятности за пять минут, что меня не было?

Я только беспомощно развожу руками. До сих пор трясет и не могу отойти от шока. Так попасть на первом же заказе!

– Глупая идиотка. О чем ты только думала? Зачем подошла к столику? – рыча выговаривает.

Сейчас едва ли можно назвать его симпотягой. Скулы побелели, челюсть скрипит, кроша зубы.

– Мы же поспорили, я выполняла свою часть сделки.

– Ар-р, глупость какая! Еще раз увидишь этого парня, чтобы за километр обходила его. Поняла меня?

– Да, где я смогу его увидеть? Я из дома-то почти не выхожу без сопровождения, сказать благодаря кому? – сверкаю на него гневно, хотя это тоже последствия стресса, мне нужно куда-нибудь выплеснуть все напряжение.

– Румиса! – жесткие пальцы брата больно впиваются в запястья. – Я не шучу! Это наш враг и ничего хорошего ты от него не узнаешь!

Непривычно видеть Мансура таким, на эмоциях, обычно он лапочка, хоть и стебется чисто с сарказмом.

– Испугалась? – чуть смягчается голос.

Отрицательно верчу головой.

Хотя, конечно, да, испугалась. Выгляжу наверно сейчас жалко и затравленно. Руки дрожат до сих пор. Не могу как другие сразу отойти от нервного напряжения, переключиться и выкинуть из головы. Прячу руки складывая на груди, уставившись на вход, где минутой назад выходила толпа включая охрану. По сути ничего плохого не случилось и им не должно что то грозить. Разошлись мирно.

Наверно поняв мое состояние, братишка притягивает к себе, укладывая голову на свое плечо и поглаживая волосы.

– Кто это был?

Мысли так и вертятся вокруг произошедшего. Взгляд черных глаз не выходят из головы, а его имя звучавшее из чужих уст, повторяется на репите.

Бой, какое странное имя. Или все таки прозвище?

Если спросить у Мансура он мне расскажет?

Почему он так остро отреагировал на их поведение?

Да, тот парень держал меня за руку, фактически лапал по местным расценкам.

Слово “враг” мне ни о чем не говорит. Почему я о нем не знала?

Я всего пару дней в родном городе моих родителей. Но так вышло, что я родилась и выросла в Москве. Родаки после свадьбы перебрались в столицу и обосновались окончательно.

В Грозном я бывала не так уж часто, раз в несколько лет на недельку. А у родственников с маминой стороны и того реже.

Я уж забыла, что такое гиперопека. Они все словно боятся оставить меня одну, окружая непрерывным общением и заботой.

Походы по магазинам и ресторанам в сопровождении. Ей богу чувствую себя ну очень важной персоной.

И сегодня одну не оставили, отправили с братом “на работу”.

– Это были не твои друзья, ведь так?

– Совсем не друзья, ведьмочка, держись от этой шайки подальше.

Черт, эта же самая мысль пришла мне, но слишком поздно. Почему поначалу приняла их за друзей брата, теперь и сама не вспомню.