Заклятая любовь

Глава 4. Бойсар

Было до тошноты скучно. Скука давно стала моей верной спутницей в городе. Здесь либо отец загрузит рутинной работой на фирме, либо по дому слоняешься без дела помирая от одиночества. Другое дело горы, когда мы с дедом уезжали в уединенный домик в Аргунском ущелье и охотились на местных козлов было куда круче.

Это ощущение скуки, знакомое до тошноты, снова накатило, едва переступил порог ресторана “Садж”. Белые скатерти, вылизанная до стерильности чистота и тихая, подобострастная суета персонала – все это было частью моего мира и мира Мансура Дикаева, который был настолько удушающе правильным и предсказуемым, что порой хотелось выть на луну, как одинокий волк.

Прийти сюда было чистой воды провокацией, желанием встряхнуть этого зазнайку Дикаева, понаблюдать, как на его прилизанном лице появится трещина. Простое хулиганство, чтобы растормошить нервы. И оно уже начало давать плоды: хостес у входа побледнел, завидев нас. попытался не пропустить внутрь.

Кто он такой, чтобы помешать Инасаламовым порезвиться в выбранном нами месте?

Он развалился на стуле, отстраненно слушая шутки Аслана и поддакивания Рустаму. Имран, молчаливый и наблюдательный, как всегда, изучал обстановку. Спустя несколько минут бездействия персонала, я уже начал жалеть о своей затее, что-то не шевелятся здесь обходить посетителей, как вдруг обстановка за нашим столом изменилась.

– О-у-у-вай… – выдохнул Рустам.

– Ножки зачет, – заценил Аслан.

Имран промолчал, но и в его глазах проскользнул интерес.

Я даже не заметил ее поначалу. Просто белое пятно на периферии, еще одна служащая, которой предстояло сыграть свою роль в нашем спектакле. Пока она не подошла вплотную.

И меня словно окутало ароматом сладкого, знойного лета родом из детства.

Не терпким парфюмом местных красоток, а чем-то свежим, цветочным, с ноткой спелого персика. Голова машинально повернулась к источнику аромата.

И я застрял взглядом.

Подвижная мимика, плавное движение кистью и такой милый жест – заправляющий волосы за ушко, все это мгновенно заставило обостриться моим чувствам.

А еще оказалось она умеет так мило краснеть.

Живая. Это первое, что пришло мне в голову. Не кукла с зализанными волосами в палатках с нарисованным лицом и пустым взглядом. Непослушные темные локоны выбились из-за спины, завесив лицо, а в глазах, цвета теплого янтаря, плескалось не то раздражение, не то вызов. Маленький вздернутый носик постоянно морщился пока пацаны пытались “сделать” заказ.

Красивая. Необычная. Совсем не похожая на девчонок, что я видел раньше.

Я услышал, как она предлагает жижиг-гэлнаш, и на губы сама собой наползла улыбка.

Аслан фыркнул, Рустам с трудом сдержал хохот, подавившись смешком, увидев мой предупреждающий взгляд. Но в тот момент меня волновало другое. Кто она? Взгляд скользнул вниз, к бейджу на ее фартуке.

– Лайза, – как мелодично звучит, так и хотелось перекатить на языке.

Имя, которое ни о чем мне не говорило. Пока она стояла, зажатая между столиком и стулом, я успел заметить все: упрямый изгиб бровей, стильные зауженные джинсы под фартуком – вызов местным устоям, и ту едва уловимую дрожь, которую она пыталась скрыть. В ней была искра, та самая, которую давно перестал встречать в девушках этого города.

Парни переглянулись, чекая мою реакцию.

Пора было действовать. Не просто так мы завалились в этот ресторан. Но увидев ее я было потерял логику нашего здесь пребывания.

Взять за руку – это тест на реакцию девушки. Если не даст дотронутся: ускользнет, увернется, отшатнется – значит, девушка с принципами, и прилично воспитана.

А еще хотелось рассмотреть ее лучше, со всех сторон.

Но прочитать реакцию девушки однозначно не получилось.

Я сделал знак парням не вмешиваться. Мне так хотелось понять реакцию самому.

Она точно была удивлена его руке на своей, но почему-то медлила, не сбрасывая сразу. И я пошел дальше, обхватил ее тонкое запястье. Позже попытка вырваться выглядела очень естественной, а когда появился этот выродок Дикаев – еще яростней.

Простые девушки ломаются куда дольше.

Я так и не смог понять реакцию девушки.

И когда Дикаев врезался между нами, отталкивая меня в плечо и пряча девушку за спину, будто драгоценность, которую у него пытаются украсть, что-то щелкнуло, будто винтики прокрутившись в нужном направлении встали в паз.

Гнев. Да, я его почувствовал. Пацаны едва не ввязались в драку, но это моя битва и мой личный противник, никому не позволю вмешиваться, они это знают, поэтому ждут от меня знака, хоть все и взвинчены,готовые к драке.

Но меня перебило куда более сильное чувство – жгучее любопытство.

Дикаев полез защищать простую официантку?

Не верю.

Мансур не из тех, кто рискует репутацией и костяшками пальцев ради простой заурядной работницы. Максимум поручил разобраться охране.

Значит, она не безразлична этому выродку.

Возможно, у него планы на девчонку? Или они уже мутят.

Мысленно фыркнув, отмел эту теорию, отчего-то неприятно кольнула подобная мысль.

Мансур Дикаев встречается с девушкой? Сомнительно. Скорее всего она просто игрушка. Присматривает будущую невесту из выгодной семьи, а эту он прячет, у всех на виду, но к себе поближе. Хорошо устроился.

Эта догадка зажгла внутри новый, более интересный вызов.

Если Дикаев что-то настолько ценит, значит, это можно у него забрать.

И побесить.

Попытка вышвырнуть нас показалась смешной, смахнув назойливые руки, спокойно вышел из ресторана, переваривая новую инфу.

Машина Аслана была нашим неофициальным штабом. В моей натыканы жучки слежения от родителя. У Имрана похожая ситуация, но он научился их глушить. Рустам вообще остался без тачки после последней уличной гонки, которую батя его спалил.

Садясь на пассажирское сиденье, я поймал на себе любопытные взгляды кентов. Скандал удался, зажег забытое чувство азарта, Мансур был взбешен. Но победа отчего-то не сластила.