Заключённая во тьме.

7.1

Лондон, Тайберн 1652 год...

Серое промозглое утро встречало прохожих мерзким моросящим дождём. Люди кутались в плащи и спешили поскорее покинуть эти холодные улицы. Энн поплотнее запахнула полы своего плаща и зашла в булочную. Здесь она каждое утро покупала хлеб у пекаря. Улыбнувшись раздобревшему парню она положила хлеб в сумку и снова вышла на промозглый воздух. Уже почти пол века она скрывалась от своих родных. И сторонилась всех людей. Она семенила ногами кутаясь в свой серенький, старый плащ. Её туфли промокли и издавали неприятный чавкающий звук. Она старалась этого не замечать и направлялась к своей хижине на отшибе Лондонской деревушке. Она сравнительно недавно переехала в эту деревню, там где её практически никто не знал. Ходили слухи, что на неё и весь её род объявили охоту. Поэтому уже не молодая женщина спряталась в этом Богом забытом месте. Она добежала до своего скромного жилища, и отворив дверь шагнула на порог. В доме пахло полынью и медуницей. В камине горел огонь, а на плите бурлил казан с вязкой жидкостью. Дама сняла свой плащ и повесив его у порога прошла внутрь. Она не сразу поняла, что в доме кто-то есть. И услышав голос с дивана стоявшего у камина вздрогнула выронив из рук сумку с хлебом.

Ну здравствуй, Энн.

Женщина попыталась унять мелкую дрожь которая сковывала всё её тело. Она тихонько стала продвигаться к двери ведущей наружу. Потому что кроме голоса не видела движения со стороны дивана. Ещё пара шагов в сторону выхода боком. Женщина развернулась и встретилась лицом к лицу с Морриган. Та ехидно улыбалась.

Ц. Ц. Ц. Ц. Как не гостеприимно с твоей стороны. Заставляешь гоняться за собой. Да ещё и сбегаешь из дому.

Энн сковал ужас. Но она собрав последние силы вымолвила.

Я ничего не знаю.

Морриган растянула рот в зловещей улыбке.

Все так говорят, милочка.

Но я правда, ничего не знаю.

Морриган театрально вытянула рот в удивлении прикрывая его костлявым пальцами с длинными чёрными когтями.

Ох. Пожалуй, я ошиблась. Как не хорошо вышло. А зачем же ты тогда скрывалась от меня?

Лицо Морриган перекосило злобой.

Целых пятьдесят лет...

Я не знала...

Что? Что?

Я не знала что нужна тебе.

Морриган смотрела на столетнюю женщину, которой от силы можно было дать лет двадцать. Морриган коснулась её щеки своим когтем ведя рукой вниз к подбородку.

И как же это вам удаётся? При всей своей хрупкости и несовершенстве оставаться так долго молодыми?

Женщина лишь сморщилась и попыталась отвернуться. Морриган развернулась и пошла к дивану у камина. Ведьма как привязанная двигалась в след за ней. Ведьма пыталась сопротивляться, но не могла пошевелить ни рукой, ни ногой.

Ты меня убьёшь?

Морриган развернулась и удивлённо замерла. Она рассматривала глаза ведьмы. Пытаясь понять к чему был задан этот вопрос.

Разве же ты не знаешь кто я?

Конечно знаю. Ты Морриган.

Морриган двинулась дальше усаживая Энн на диван.

Тогда не понимаю к чему этот вопрос. Твоя смерть дело решённое. Осталось определиться будет это безболезненно или же мне придётся тебя пытать?

Энн сидела на диване словно связанная по рукам и ногам, она пыталась пошевелить хоть пальцем. Но не выходило. Не работали даже её защитные заклинания.

Зачем ты охотишься на нас?

Морриган остановилась у окна, на которое присел ворон интенсивно хлопая крыльями. Богиня смерти нежно провела по блестящим перьям птицы и приложив к губам пальчик произнесла.

Дай-ка подумать... А! Вспомнила. Мне нужна информация об одной очень скрытной ведьме.

Всего лишь информация? Так зачем же нас убивать?

Морриган улыбнулась и снова погладила птицу.

Ничего личного... Просто мне нужна армия.

Энн хотела что-то сказать, но Морриган замахала рукой и раздражённо сказала.

Ты утомила меня. Хватит. Где Милана?

Я не знаю.

Морриган приложила руку ко лбу.

Ну почему, каждый раз одно и тоже. Неужели так сложно ответить на один поставленный вопрос. Зачем вы всё так усложняете?

Морриган сжала пальцы в кулак и Энн стала задыхаться. Так она держала её минуты две. Разжав руку Энн стала жадно глотать воздух.

Ну что? Память вернулась?

Но я правда не знаю где Милана. После того как мы заточили чудовище, я её не видела. Нам нельзя находиться вместе.

Морриган осторожно поглаживала свою питомицу, что вернула её к жизни. Её мало волновало то чудовище о котором они все так часто твердят. Ею двигало лишь чувство мести.

Очень жаль... Но тогда мне нет от тебя толку.

Энн с трудом подняла руку в останавливающем жесте.

Стой! С ней был Волколак. Роланд.

Где мне его искать?

Поклянись, что оставишь меня в живых.

Морриган встрепенулась и выпрямив спину улыбнулась.

Надо же... Хоть у одной хватило мозгов со мной договориться.

Морриган тянула время раздумывая над полученной информацией.

Мммм. Слишком размытая информация.

Размытая? Да, ты в своём уме?

Морриган помрачнела и вокруг неё закружили вороны развевая её одежду и волосы в кружащем потоке воздуха. Энн подняла руки в капитулирующем жесте и тихо заговорила.

Прости... Прости. Я поняла. Я не права. Этот Волколак личный телохранитель Миланы. Он точно знает где она.

Вороны влетели в тело Морриган растворяясь в ней чёрной дымкой. А она выпрямилась и подошла ближе к сидящей ведьме. Она схватила Энн за запястье и воткнула в её ладонь свой чёрный коготь.

Мои вороны за тобой последят. Чтобы я не гонялась за тобой ещё пятьдесят лет.

От её укола по ладони девушки расползлись чёрные искривлённые линии, оставляя на руке неказистый сетчатый рисунок.

Это так необходимо?

Больно ты прыткая, крошка. Это моя гарантия, что ты не скроешь. Пока я ищу этого Роланда.

Значит, ты меня не тронешь?

Не сегодня.

Морриган посмотрела в глаза ведьме.

Но не советую со мной играть...