Закон притяжения

Глава 26. Егор

Ночь прошла как в тумане. Сон был тревожным, обрывистым, и всё время снилась она — Алиса. Её глаза, полные боли и обиды, её хрупкая фигурка, убегающая прочь...
Чёрт возьми, какая же дурацкая ситуация. Думал, что смогу жить дальше, как ни в чём не бывало. Дурак! Как можно спокойно существовать, когда сердце разрывается от тоски по человеку, который стал для тебя всем?
Смотрю, как она разговаривает с отцом, как он нежно обнимает её. Настоящая папина дочка... Интересно, рассказывает ли она ему о своих переживаниях? О том, как какой-то идиот Егор обидел её? Наверняка папа готов разорвать меня на части.
В груди разливается странное чувство — желание защитить её ото всех, спрятать от всего мира, убить любого, кто посмеет её обидеть. Она такая маленькая, такая беззащитная.
Кабинка канатной дороги медленно ползёт вверх, а я не могу оторвать от неё взгляда.
Когда мы наконец добираемся до вершины, родители погружаются в оживлённую беседу, а я продолжаю наблюдать за ней. За тем, как сосредоточенно она готовится к спуску, проверяет крепления сноуборда, аккуратно закрепляет ботинки. Каждое её движение такое уверенное, такое грациозное... Как морщит носик от холодного ветра, как улыбается своим мыслям.
И понимаю — без неё я не живу.
— Алиса! — подхожу к ней, и она вздрагивает, поднимая на меня взгляд.
Сажусь рядом, делая вид, что любуюсь пейзажем, хотя на самом деле украдкой наблюдаю за ней. Она невероятно красивая — особенно сейчас, когда ветер играет с её волосами, а щёки слегка порозовели от холода.
Смотрю, как родители начинают спуск.
— Красиво тут, правда? — неожиданно спрашивает она, глядя вперёд.
Поворачиваю голову к ней.
— Да, красиво. И ты красивая, — отвечаю, не задумываясь.
Она резко поворачивается, и я вижу, как её щёки заливает румянец — то ли от смущения, то ли от мороза.
— Может, прокатимся? — улыбается она.
— Можно.
— Кто последний, тот покупает кофе! — быстро встаёт на сноуборд и срывается вниз.
Я следую за ней. Вокруг мелькают деревья, снег искрится в лучах солнца. Адреналин бурлит в крови.
Внезапно слышу резкий грохот. Алиса резко поворачивает голову и громко ругается.
Оборачиваюсь... Твою мать!
Лавина. Огромная снежная масса медленно, но неотвратимо начинает спускаться с горы прямо на нас.
Время словно замедляется. Я вижу, как снежная лавина набирает скорость, как она неумолимо приближается к нам.
— Алиса! — кричу изо всех сил, пытаясь перекрыть грохот снега. — Спускайся! Быстрее!
Она оборачивается, и в её глазах читается ужас. Паника сковывает движения.
— Туда! — указываю в сторону более пологого склона. — Спускайся туда!
Сам бросаюсь за ней, понимая, что нужно действовать быстро. Каждый метр на счету. Лавина уже совсем близко, её гул становится оглушительным.
— Держись! — кричу, видя, как она начинает терять равновесие.
В последний момент успеваю протянуть руку и схватить её за запястье. Мы катимся вниз, сноуборды отлетают в сторону. Снег летит в лицо, затрудняя дыхание.
Внезапно земля уходит из-под ног. Мы летим в какую-то расщелину, и я успеваю только прикрыть Алису своим телом.
Тишина...
Открываю глаза. Сверху нас засыпало снегом. Где-то рядом слышен слабый стон.
— Алиса! — шепчу, пытаясь разгрести снег. — Ты жива?
— Да... — доносится приглушённый голос. — Кажется, да...
Начинаю разгребать снег, стараясь освободить её. Нужно выбираться отсюда, пока не пришла вторая волна.
— Держись за меня, — говорю, когда наконец вижу её лицо. — Сейчас выберемся.
Мы выбираемся из снежного плена, тяжело дыша. Смотрим друг на друга, и я вижу в её глазах испуг.
Осматриваюсь и ви , что лавина оставила после себя хаос: поваленные деревья, снежные заносы. Видимость почти нулевая. Понимаю, что самостоятельно выбраться наверх не сможем — склон слишком крутой, а снег всё ещё нестабилен.
— Нужно позвонить в службу спасения, — говорю я, доставая телефон. Но экран показывает отсутствие связи.
— Чёрт! — Алиса пытается набрать номер родителей, но результат тот же.
— Держись рядом, — командую я. — Нужно найти более безопасное место и ждать помощи.
Находим небольшое укрытие между скалой и поваленным деревом. Я снимаю свою куртку и накрываю ею Алису.
— Так теплее будет, — говорю, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно.
Алиса сидит, прислонившись к скале, я осторожно беру её запястье, стараясь не причинять боль, оно опухшее.
— Болит? — шепчу, глядя на её бледное лицо.
Она кивает, но пытается улыбнуться.
— Ничего, жить буду.
Сажусь рядом с ней, чувствуя, как сердце всё ещё колотится после пережитого.
Наклоняюсь ближе, наши лица всего в нескольких сантиметрах друг от друга.
— Алиса... — шепчу, не в силах больше сдерживаться.
Её дыхание становится прерывистым. Она не отводит взгляд, и я вижу в её глазах ответ.
Наши губы встречаются в нежном, осторожном поцелуе. Сначала робком, потом всё более глубоком.
Её руки обвивают мою шею, и я чувствую, как напряжение покидает её тело. В этот момент нет ничего важнее нас двоих.
Когда мы отрываемся друг от друга, её щёки пылают.
— Прости... — начинает она, но я перебиваю:
— Не говори ничего. Просто знай — я люблю тебя.
В этот момент раздаётся звук приближающихся спасателей. Они быстро спускаются к нам. Проверяют наше состояние, накладывают тепловые одеяла.
— С вами всё в порядке? — спрашивает один из спасателей.
— Да, спасибо, — отвечает Алиса, прижимаясь ко мне.