Законная инициатива

Глава 12

— Утверждаете, что вы все же были пьяны? — на всякий случай спросил Николай, когда он в очередной раз встретился с Вышнеградским, перед тем как выступить в судебном заседании.

Он ни единожды исследовал свои записи, пару раз перечитал материалы дела. Нервный следователь уже был готов разрыдаться, когда Виноградов спросил его о «дополнительных доказательствах», а Болев, с которым Николаю пришлось снова встретиться, заявил, что все материалы, имеющиеся у них, подлинные и никто в здравом уме не стал бы подделывать факты только для того, чтобы поверенный в суде проиграл. И все же Николай нервничал, именно поэтому за день до суда он прибыл в камеру к Вышнеградскому.

— Уверяю вас, я был также пьян, как и мои товарищи, — в который раз произнес Семен Демьянович, сложив руки за голову и уткнувшись в стол лицом. Казалось, что настырность защитника начинала его раздражать.

— Я понимаю вашу усталость, Семен Демьянович, но в суде необходимо убедить присяжных в вашей невиновности.

— Я думал, именно для этого я вас и нанял! — не скрывая раздражения, вскричал Вышнеградский, поднимая голову, — кхм, простите, я немного нервничаю.

«Как и я», — хотел было сказать Виноградов, но понял, что это не лучшая идея, чтобы успокоить своего подзащитного.

— Что ж, я поработаю над делом ещё немного, а вам необходимо отдохнуть.

Виноградов принялся собирать бумаги, едва сдерживая дрожь в руках. Он так не нервничал даже когда сообщал об увольнении из суда. Неожиданно ему стало жутко, что он не сможет и слова сказать на заседании и все его мечты стать хорошим поверенным развалятся, так и не начавшись. Впрочем, как только он вышел из здания следствия и вдохнул свежего воздуха, он немного пришел в себя.

Николай решил прогуляться, дабы слегка привести мысли в порядок и не думать о том, что его ждет завтра в зале суда. Так или иначе, по мнению поверенного, он собрал все доказательства, которые могли бы помочь ему оправдать Вышнеградского. Тем не менее, в голове Николая все ещё сохранялись определенные сомнения. Глупо было думать о том, чтобы устранить их прямо во время суда, но иного выхода не было, следовало положиться на суд, а также на присяжных, на которых их изящно перевел Болев.

Прогулявшись, Виноградов отправился к Ланским, у которых он не был уже несколько дней. Он получал письма от Вари, но, к его сожалению, дело не позволило ему лично встретиться с возлюбленной. Он отвечал так изящно, как умел, и Варвара, которую в своих письмах он ласково называл Лисенок, неизменно требовала явиться к ним на чай перед тем, как он вступит в судебное заседание.

— Вышнеградский ещё тот прохвост, — произнесла Вера Карловна, наливая чай из огромного самовара в небольшое блюдце.

Сегодня они угостили его блинами с маслом, а перед этим заставили съесть целую тарелку щей. Не самый дорогой стол, но Николай был рад и этому.

— Считаете?

— Я знаю его, — кивнула купчиха, — не так хорошо, как нужно, но большего бы мне и не хотелось.

— Перестаньте, матушка, а то Николаша подумает, что он защищает виновного.

Виноградов усмехнулся. Было бы весьма странно взять в первом же деле того, кого можно с легкостью осудить. Однако не он выбирал это дело, поэтому он так и напрягался, дабы доказать своему наставнику, что он способен справиться с любым делом, даже таким, как дело «Двух рыбаков», как стал величать его поверенный.

— Я не говорю что он виновный, но Семен Демьянович мастер всяких ухищрений и глупых идей.

Николай, нахмурившись, повернулся к Вере Карловне. Волнение с новой силой вспыхнуло внутри Виноградова, и, слова почувствовав это, Варя взяла его за руку и ободряюще улыбнулась, а между тем купчиха продолжала:

— Взять хотя бы эту глупую мысль об аренде лодок: кому они нужны, если сейчас большую часть рыбы добывают такие, как он и Комаров. А рыбаков по Москве тьма тьмущая, — купчиха сделала громкий глоток чая и одним махом проглотила блин, словно подводя черту под своими словами, — а сколько этих рыбаков в других городах? Я вас уверяю, молодой человек, после того, как разберетесь с этим делом, не подходите к Вышнеградскому на пушечный выстрел.

— Вы весьма предвзяты, Вера Карловна, — попытался пошутить Николай, а у самого сердце было не на месте. Его лицо покраснело от волнения, на лбу выступила испарина. Такие слухи о своем подзащитном он не слышал.

— Матушка, — с упреком воскликнула Варя, поняв, что Николай окончательно поник, — лучше бы сказали что-то более бодрящее — у Николаши завтра первый суд.

— Именно поэтому мы придем подбодрить его, — со старческой улыбкой завершила свои упреки Вера Карловна, — не переживайте, каким бы бедовым ни был Вышнеградский, одно я знаю точно — он не преступник.

Эти слова подействовали на Виноградова успокаивающе. Он отпил чай и снова вступил в беседу с Ланскими, на этот раз не упоминая работу. Он слегка намекнул, что после этого дела хотел бы представить Варю своим родителям, на что Ланская с большим ворчанием дала мягкое согласие.

— Проще было бы привести ваших родителей сюда, чем заставлять мою Варю проезжать через чащобы, — снова ворчала купчиха, думая, что её никто не слышат.

Однако, ни Николай, ни сама Варвара не стали обращать на это внимания, прекрасно зная, какой по натуре на самом деле является Вера Карловна.