Законная инициатива

Глава 21

— Считаешь, что Ланской это подтвердит? — спросил Степнов, когда Николай пришел к нему утром следующего дня и рассказал разговор с Аполлоном.

— Он был расстроен и очень искренен, — кивнул Виноградов, рассматривая новый шкаф друга, где прибавилось книг, — но меня больше беспокоит вмешательство в это дело Серова, если он замешан….

Николай не стал договаривать. Как поверенный, он не хотел бы бросаться обвинениями лишний раз, это работа Никиты, но он не мог поверить, что адвокат препятствует правосудию. Впрочем, после того, как Серов поступил с ним, Виноградов уже мало чему удивлялся.

— Если он поверенный семьи Ланских, он вполне мог направить Ланского в нужное русло, как вести себя со следователями и что говорить.

— Тем более, сам Аполлон Диомедович практически не соврал… практически.

— Верно, такому защитнику как Серов, при случае выступления в суде, легко бы удалось убедить присяжных, что дядя Вари ничего не сделал, — Степнов поднялся и подошел к окну, — теперь эта задача возложена на тебя, если ты конечно хочешь использовать Ланского как свидетеля.

Николай все прекрасно понимал. Он стоял на перепутье, использовать показания Аполлона, как катализатор лжи всей семьи, либо попытаться использовать другие доказательства, чтобы вытащить Варю из-под следствия, а там уже пусть сами следователи разбираются.

Словно прочтя его мысли, Степнов повернулся к другу и серьезно произнес:

— Спасти Варю, это лишь начало, если в этом деле замешан её брат с целью получения наследства, то дело намного серьезнее. Обвинить сестру, пусть и не родную, в убийстве, избавиться от нее, а после сказать, что это лишь манипуляция ради получения наследства.

— Дальше в дело вступит закон.

— Да, — кивнул прокурор, — Серов выступит как поверенный семьи, его допросят относительно наследства, и он подтвердит, что оно составлено на Варю, и все сходится.

— Одна часть у Серова, почему бы ее не истребовать прямо сейчас?

Никита покачал головой. Он явно не торопился с выводами, и Виноградов мысленно одернул себя, понимая, что он слишком спешит.

— Не все так просто, пока что Варю обвиняют в убийстве и само завещание в деле фигурирует лишь как мотив, — пояснил прокурор, — конечно ты мог бы затребовать завещание, но ты же знаешь Серова, он найдет тысячу и один способ повернуть дело в свою пользу, я советую тебе не торопиться и вызывать его в крайнем случае.

Виноградов кивнул. Ему вдруг показалось, что лучший момент, когда ему надлежит вызывать Серова, как свидетеля, это тот, когда он соберет все доказательства, какие сможет, чтобы не дать ему представить завещание.

— Есть еще одна проблема.

— М-м? — вопросительно посмотрел на друга Никита.

— Я был у Серова, его экономка утверждает, что он снова в отъезде.

— И, что? — не понимающе удивился Степнов.

— А то, что в день, когда к Аполлону приходили забрать письмо Веры Карловны, Серова уже не было в городе.

***

Николай вновь взялся за работу, ему требовалось ещё многое успеть, но время поджимало. Он буквально скакал от одного места Москвы в другое. Свидетели, места осмотра, новые принадлежности в виде бумаги, чернил и прочего и помимо этого следовало иногда перекусывать и отдыхать.

К Шестаковой он забегал только для сна и смены вещей, изредка успевал выпить чаю, что заботливая домоправительница готовила для своего постояльца. Помимо этого, она взяла на себя роль проверять почту поверенного, а она начала приходить с завидной регулярностью, после того, как он взялся за дело Вари.

Судебные извещения, письма от родных, которые справлялись о его здоровье и спрашивали не нужна ли ему помощь. Отец порывался приехать, дабы помочь, но Николай убедил семью, что справится со всем сам и не преминул уточнить, что как только все закончится он прибудет с невестой домой.

Все эти трудности накладывались друг на друга так, что иногда Виноградов не спал по несколько суток, хотя при этом удивлялся, как он оставался на ногах.

В редких допросах Вари, которую наконец-то перевели по просьбе Никиты в более комфортную, по крайней мере, для молодой девушки камеру, она просила его поберечь себя, но разве он мог. Виноградов улыбался своему Лисенку, убеждая ее, что все скоро кончится и возможно до суда дело не дойдет, при этом прекрасно понимая, что только в суде все решится, но ему следовало попытаться все же вытащить любимую без участия присяжных.

Была и другая проблема — Чибовский. От него практически не было вестей. Пару раз, Николай забегал к нему домой, но коллега отсутствовал. Словно, после того дня, он закрыл дом и исчез.

Один раз, Шестакова передала ему письмо от Михаила, где тот очень коротко пояснил, что все под контролем и Виноградову не следует волноваться, и желательно сосредоточится на основных «актерах» этого судебного театра.

Уставший и голодный, Николай вернулся домой после очередного допроса Вари. На этот раз её допрашивал следователь, а Виноградов присутствовал, как поверенный обвиняемой. Он постарался не дать следователю давить на девушку, но тот упорно продолжал выяснять как Варя умудрилась нанять банду убийц и почему она покинула дом прямо в день преступления.