Закоулки. Нехоженые тропы.

Глава 3. Три беглых под уровнем Поля... (ны)

Уже к вечеру Ника сильно разболелась. Поднялась температура, пропал аппетит, по телу разлилась слабость.

– Много закоулков для тебя одной, – проговорила я, укладывая на лоб сестрёнке мокрое полотенце.

– Нет, – с видом знатока вставила Варька. – Просто множество переходов нашу Нику бы не подкосило. Но мы же проникли в эру динозавров. Бабушка говорила, что люди, способные шастать через времена, здоровье на этом теряют.

Я выразила согласие кивком головы. Как вообще у Ники такое получилось?

Виктор Владимирович, похоже, обо всём догадался. То есть не обо всём, но о многом. Ника валялась в постели, а он регулярно навещал её и расспрашивал, какой же это вирус она подхватила на Поляне висельников. И ещё попечитель не спускал глаз с меня и Варьки. Куда бы мы ни пошли, он тут же оказывался рядом. И внимательно поглядывал на нас. Дошло до того, что я начала бояться обсуждать что-либо с Варькой. Мне стало казаться, что даже в нашей комнате нас могут услышать. Вдруг Виктору Владимировичу вздумается внезапно нанести визит. А поговорить очень хотелось.

Встав однажды утром с постели, и удалив с отрывного календаря лист с надписью «30 августа», я предложила:

– Идём сегодня на Поляну висельников.

Сказала это шёпотом, чтоб не разбудить Нику.

– С чего это вдруг? – сонно вопросила Варька. Я уже, наверное, год туда не заглядывала.

– Во-первых, мне нужно кого-то посвятить в свои соображения, – я начала загибать пальцы на левой руке, а правой потянулась к полотенцу, висевшему на спинке кровати. Следовало сходить умыться. – Угадай, кто окажется этим кем-то. Во-вторых, врать не умею. Смотрю на Виктора Владимировича, говорю ему, что точно ходила на Поляну, а сама… в общем надо мне там побывать. Я с большей уверенностью утверждать стану. В-третьих, грибов пособираем. Тётя Калиса сейчас акцию объявила: «Принеси лукошко грибов или ягод, и получи вкусный пирог с кухни!»

Тётя Калиса – Заозёрская повариха. Подобные акции у неё круглый год действуют. Другой вопрос, что зимой из тайги никто ничего не несёт. Потому популярны акции только в сезон. В холодное время года проще сходить до ближайшего супермаркета в большом городе. Это сейчас время заготовок на зиму.

– У меня спрей от комаров заканчивается, – пробурчала Варька.

Да уж! Без специального средства в лесу нечего делать. Комары и прочий гнус облепят так, что места живого не останется.

– Используем остатки. Не хватит – попросим у кого-нибудь. Да и заказать надо. Сегодня однозначно кто-нибудь в город отправляется. Сейчас столько подготовки к учебному году. Тетради, книги, ручки…

И я вышла из комнаты. Протопала по общему коридору, спустилась вниз и вышла на улицу, где возле колодца уже кто-то умывался. Такое у нас только летом. К холодам все окна основательно законопачиваются, а в комнатах начинают топиться маленькие камины. Когда же на дворе стоят совсем уж жуткие морозы, каждый со своим спальным мешком идёт в общую столовую. Там и печь большая, и людей сразу набирается много. Все они старательно дышат. Становится тепло. Хотя за стенами сорок градусов ниже нуля. Обычно общие ночёвки бывают очень весёлыми.

И умываемся мы зимой всё-таки в тёплой уборной. Достаточно современной для Заозёрья. Впрочем, и находится она не здесь, а где-то в Красноярске. Так сказать, магия переходов.

После завтрака мы с Варькой демонстративно взяли корзины¸ надели ветровки с капюшонами (просто средства от насекомых недостаточно) и направились к выходу. Тут же на пути вырос попечитель. Мы посмотрели в добрые серые глаза и одновременно вздохнули.

– А прихватить с собой старших учеников?

Нашему попечителю не так давно перевалило за сорок. Но у него уже хватало седины в волосах. Душой, однако, Виктор Владимирович оставался молод. Правда, Варькина бабушка, та, которая из Петербурга, уверена, что душа вообще никогда не стареет. Ну, уж не знаю… попечитель любит побренчать на гитаре, смотаться в киношку и одевается современно. Броско. Сейчас он стоял перед нами в голубых джинсах с фабричными дырами, красно-клетчатой фланелевой рубашке с закрученными до локтей рукавами, а на макушку сдвинул тёмные очки какой-то крутой марки. Вероятно, только что со двора пришёл, а там солнце. Не так уж часто в этих широтах оно светит столь ярко.

– Мы же недалеко, – пробормотала я. – Никуда не уйдём. Честно.

– И всё-таки… одних вас отпускать ох как не хочется.

– Кто с нами пойдёт? – начала жаловаться Варька. Она могла продолжить тему, но вступила я:

– Вы же знаете, что старшие не любят сопровождать младших. Славик с Игорем только завтра появятся. А остальным сейчас доступ в города открыт. Да и не так уж мы с ними дружны, с теми, кто сейчас в Заозёрье.

– Ника, надеюсь, с вами не собирается? – впился в меня взглядом Виктор Владимирович.

– Нет. Что вы? Она ещё слаба.

– Конечно. Глядя на ожог от кольца на её пальце можно подумать, что она открыла все переходы современности.