Закоулки. Нехоженые тропы.

Глава 6. Фильм, фильм, фи…

Варька потащила меня на бал. Я отказывалась как могла, но переубедить её сложно, да и не нашлось у меня нужных слов и выражений. Варька – ураган, а моя голова оказалась забита мыслями не о том. Я уже несколько раз успела обсудить с подругой услышанное от её бабушки и от моей тёти. С каждым разом Варьке становилось всё скучнее, и я это замечала. Да, Ступицын занимал в её голове меньше места, чем в моей.

– Ну всё, считай, дело закрыто, – проговорила подруга, когда мы шли в сторону столовой. Теперь я уже не боялась обсуждать волнующие меня вещи на территории крепости, вокруг столько народу, что Виктору Владимировичу не до меня. – Ты разобралась, что Ступицын ищет дедушкины богатства, по всей видимости, они спрятаны в каком-то сложном закоулке, и ему нужна Ника, чтоб найти путь в этот закоулок, потому что сам он не может. Ты же сразу это подозревала.

– Нет, дело не закрыто, – ответила я. – Мы не знаем, что Ступицын надумал делать дальше. Если Ника ему так нужна, он может снова попробовать добраться до неё.

– Ты только её не пугай своими подозрениями. И сама об этом меньше думай. Как он до неё доберётся? Здесь людей много, стенки закрыты…

Возле входа в Северный корпус толпился народ. И ученики, и преподаватели, и знакомые, и незнакомые. Я уже забыла имена тех, кого Варька показывала мне вчера. Почему-то кроме Тихона. Приблизившись, мы закончили разговор. Наверное, Варька права. Чего я так сильно переживаю? Не будет же Ступицын так неосмотрителен, чтобы заявиться сюда и попытаться выкрасть Нику. Да если и явится, то мы сразу насторожимся и побежим взрослым жаловаться. Мы же знаем, как он выглядит. Ступицын не какая-то скрытая угроза, которую следует ещё обнаружить.

Среди учеников бегал де Фолт. Обнюхивал каждого, надеялся, что его угостят чем-нибудь вкусным. За своим старшим товарищем семенила Молния.

В столовой на стенах висели бумажные гирлянды. Негромко играла музыка. Это завхоз Фёдор завёл по случаю праздника генератор. Нечасто он позволяет Заозёрью такое расточительство. Бензин экономит. Возле стен стояли столы, а на них находились напитки всякие: соки, морсы, чай в самоварах. Булочки слоёные на тарелках лежали.

Я обпилась чаю, ожидая, что Варька отвлечётся и забудет про меня. Когда она наконец увлеклась разговором с кем-то из своих новых знакомых, да затем и танцами, я сбежала из столовой. Какая-то непреодолимая сила заставила меня ещё бросить несколько взглядов в сторону камина, где Тихон беседовал с приятелями. А потом я прошла в широкие двери и выскочила на улицу. Сунула де Фолту полпирожка с мясом (Молния в этот момент посмотрела осуждающе) и направилась к жилому корпусу.

Ника спала. Я не стала зажигать фонарь, чтоб не тревожить её. Открыла окно, уселась на подоконнике и стала смотреть на луну. В голове мысли о не совсем закрытом деле крутились вперемешку с мыслями о провалившихся мужиках. На балу я опять задала вопрос о них Виктору Владимировичу. Он вывел меня в фойе, чтобы шум не мешал, вздохнул и сказал:

– Лиса, тебе не стоит переживать. А ещё лучше постараться забыть. Мы не можем никого найти, да и следов нет. Спускались несколько раз, но там заблудиться недолго. Однако и ничего страшного мы не обнаружили. Ну… знаешь, если бы с ними что-то приключилось, то мы бы заметили.

Я поняла, что это он так мою психику сберечь попытался. Не стал употреблять сочетаний типа: «следы крови», «куски костей». А вообще глаза у попечителя лучились честностью. Я поверила, что следов преступления, совершённого бесформенными, не обнаружилось, а это значило, что уголовники уже и на поверхность где-нибудь могли выбраться, так как живы они, вероятней всего.

И вот смотрела я на луну да вдруг заметила, как с правой стороны за жилой корпус забежала парочка. Они встали вдалеке, скрываемые тенью, и принялись шептаться.

Окно нашей комнаты, довольно маленькой, надо сказать – три кровати, письменный стол и шкаф впритирку стоят – смотрело на крепостную стену. Расстояние между жилым корпусом и стеной я тоже, понятное дело, измеряла. Но корпус стоял по отношению к стене неровно. С одной стороны шесть метров и двадцать сантиметров их разделяло, а с другой – четыре метра. Здесь было бы совсем укромно, если б не куча глаз, способных наблюдать из каждого окна. Впрочем, сейчас все… ну, почти все, отплясывали на балу, и парочка вполне имела шанс остаться незамеченной. Я пригляделась, не в силах побороть любопытство. Луна висела аккурат над шестью метрами двадцатью сантиметрами, только объекты моего наблюдения остановились прямо под берёзой, а та, как и полагается дереву, скрывала парочку в тени.

Двое сперва переговаривались, а потом принялись целоваться. Ярким пятном выделялось белое платье девушки. А в белом сегодня на бал пришла только Анжелка. Да, без прибора ночного видения грустно живётся в темноте осторожному наблюдателю. Двое оторвались друг от друга, парень что-то сказал, а девушка засмеялась. И впрямь Анжелка. Этот смех я способна узнать. Но вот с кем она?

За неподобающим занятием, а именно подглядыванием, меня застала Варька. Она влетела в комнату и громко вопросила:

– Ты чего ушла?

Вот понадобилось же ей явиться!

Ника недовольно застонала и проговорила:

– Что за крики ту…?

И перевернулась на другой бок.