Закоулки. Нехоженые тропы.

Глава 12. Успехи дога. Миссия Кавардак

Мы неслись по казематам, и звук шагов отражался от стен, множился да погасал позади. Пробежали через тюрьму, поспевая за скачущими островками света от наших фонариков, вылетели на развилку и там слегка замедлились. Тихон пропустил меня вперёд, в проход, ведущий к лестнице. Мы добрались до финального закутка. И тут на меня бросилось что-то большое, лохматое, с горячим дыханием и тёплым языком. Я не успела испугаться. Вернее, успела, но совсем чуть-чуть, так как за мгновение до атаки языка свет фонарика выхватил из темноты морду де Фолта.

Тут же мы попали в засаду голосов. Сверху спускались «киношники».

Выяснилось, что они не сразу обнаружили наше отсутствие, а потом бегали по всему подземелью, заглядывали в камеры и прочие укромные места, звали нас.

– Неправда! Мы ничего не слышали. Мы вас звали!

– Это мы вас не слышали!

Во время поисков команда успела поверхностно изучить ещё один ход, ведущий с развилки, но тот коридор уходил куда-то далеко, и все решили, что нам незачем было бы туда соваться. Потому ребята вышли наверх, однако и там нас не обнаружили. Собирались уже поднять тревогу, признаться попечителям в том, что нарушили правила, но тут Максу пришла в голову идея проверить, умеет ли де Фолт брать след. Варька сказала, что кто-то из учеников в своё время пытался привить собаке хоть какие-то полезные навыки. Это дело обычное. Не уверена, что де Фолт успел стать поисковиком. Над ним кто только не бился. Потом плевали и переключались на других животных. В Заозёрье живности много.

Макс, испытывая неоправданную надежду, сбегал за какой-то вещью Тихона, Варька, знавшая псину не первый год, но воодушевлённая затеей Макса, принесла мои варежки, а потом весь коллектив «киношников» наблюдал, с каким сосредоточением де Фолт это добро нюхает. Странно, но, видимо, наука, преподносимая всеми подряд, не прошла даром, пёс напал на след и сразу побежал к кухонному складу.

И вот мне стало удивительно, как на все эти передвижения не среагировали попечители.

– Он сразу вас нашёл! – радостно закричала Варька. Похоже, она здорово перепугалась.

– Мы сами уже нашлись, – буркнул Тихон. И ведь правду буркнул. Не поспоришь.

– А где прятались-то? – спросило сразу несколько голосов.

– Мы не прятались, – пролепетала я, но в общем шуме этого никто не услышал.

– Да хватит издеваться! – Тихон совсем разозлился. – Мы прошли дальше, в следующий зал, а там… Вы что, посмотреть не могли?! Собаку они привели!

– А чего ты орёшь? – возмутилась Вика и слегка утратила свой надменный и независимый вид.

– Какой следующий зал?

И тут они дружно стали нам доказывать, что никакого следующего зала в тюрьме нет. Что подвал с камерами тянется себе и тянется до самой последней двери. Да, возможно, это дверь по порядку пятьдесят вторая, они не считали. Но дальше ничего нет. Просто стена.

Тихон горячился, доказывал обратное. Виталик возражал, возражал, а затем предложил:

– Ну пойдём посмотрим.

Остальные подхватили. По тону и виду каждого из них было понятно, что никто не шутит и не собирался вовсе. Члены команды говорили вполне искренне и пребывали в уверенности, что никакого зала с решёткой, продолжающего застенки, в природе не существует. Даже мне на мгновение показалось, что мы как-то глупо ошиблись, ибо стены сами не возникают, подвалы не запираются и никакие чужие диалоги из неведомых труб не доносятся, так как просто не могут.

Я гладила голову де Фолта и понимала, что совсем не жажду возвращаться на территорию ссылки, только все уже двинулись в глубины подвала и, спустя несколько минут, мы смогли убедиться, что после пятьдесят второй двери и впрямь ничего нет. Стена. Никаких тебе проёмов, решёток и князей, блуждающих в виде теней.

Кричать Тихону расхотелось и он спокойно рассказал всю историю. Не всю. Умолчал о голосах. Слушатели притихли, даже де Фолт загрустил и начал негромко поскуливать, просясь на воздух. Я тоже чувствовала, что не прочь вдохнуть и выдохнуть свободно. Внизу это сделать не получалось. Казалось, сам воздух противится.

– А де Фолт всё равно молодец, – сказал один из братьев уже когда мы оказались на складе, – резво по следу помчался. Хороший пёс. Достоин похвалы за успехи.

И он достал из кармана какое-то лакомство.

Когда мы вернулись, бал ещё не закончился, но народу стало поменьше. Просто попечители уже мелюзгу по спальням разогнали. Я села рядом с Варькой у печи и, отогреваясь горячим чаем, шёпотом рассуждала о странностях подвала. Кто-то из команды незаметно вернул ключи на место. Тихон с Виталиком о чём-то беседовали в другой части зала. Вид оба имели озадаченный.

На другой день режиссёр нам объявил, что снимать сцену в застенках он передумал. Все вздохнули свободно. Я предположила, что если б он не принял такое решение, то в команде назрел бы мини-бунт. Никто не стремился повторять вылазку и открывать запретные двери.

– У кузнеца надо заказать решётку, – предложила Варька. – И будет переносная тюрьма. Куда захотим, туда и поставим.