Залетела дважды, или Ректор, вы скоро станете папой!

5.3

— Ладно. Сдаюсь! — поднимаю руки вверх, давая понять, что принимаю поражение. — Вы меня почти убедили, что это всё правда. Всё это выглядит очень правдоподобно. А теперь прошу, давайте с этим закончим. Показывайте, где ваши камеры?

Мужчина тоже поднимается с дивана. Выпрямляется и нависает надо мной, устрашая своим грозным и могущественным видом.

Молчит, но в его глазах я вижу, как сильно он устал от меня. И даже, кажется, что он немного злится. 

Хотя это моя привилегия.

Не его усыпили и доставили в непонятное место. Не ему сегодня сказали о том, что где-то внутри растёт ребёнок. И не он должен теперь думать о том, как жить дальше. И что вообще делать со своей жизнью.

Его молчание раздражает и злит.

И теперь я начинаю злиться по-настоящему. Сильно!

— Ну и? — с вызовом заговариваю.

— Пойдём со мной, девочка, — наконец отмирает этот «мистер невозмутимость» и, отвернувшись от меня, прокладывает путь к двери. 

Скрипя зубами, чтобы не зарычать, следую за ним, отмечая, что один его шаг, как три моих. Почти бегу за ним, чтобы успевать.

Оказавшись за дверью, чуть ли не присвистываю, поражённая размерами коридора. Он просто огромен. Наверное, даже больше, чем вся моя общага. Никогда не видела таких зданий. И здесь тысяча дверей. Может и больше… но дальше я не вижу.

А ещё полная тишина. Только звуки наших шагов отражаются о каменные стены академии. Появляется такое чувство, что все вымерли, а мы с этим странным красавчиком — единственные выжившие.

Жутковато.

— Что это за место? — спрашиваю его заинтересовано.

— Левое крыло нашей Академии, — спокойно отвечает мужчина. — Здесь что-то вроде, как у вас говорят, больницы. Мы тут лечим студентов и наполняем их энергией. Как физической, так и духовной.

— Мрачновато для больницы. — кидаю в ответ, обняв себя. — И очень тихо. Больше смахивает на морг. 

Мужчина издаёт какой-то звук, но я не успеваю его точно распознать. То ли он рассмеялся, то ли просто хмыкнул. Но ясно одно — ему весело, а мне вот нет.

В очередной раз мне досталась роль шута.

Прекрасно!

— Стены очень толстые, звуконепроницаемые, — поясняет он мне после того, как вдоволь повеселился. — А темно здесь, потому что за окном ночь.

— Ночь? — удивляюсь. — Как ночь? Сколько вы меня тут продержали?

Обегаю его, преграждая путь его мощной, высокой фигуре. И я не сдвинусь с места, пока мне всё нормально не объяснят.

Всё! С меня хватит!

— Ты прибыла пару часов назад, — раздражённо говорит. — И, честно говоря, для нас это оказалась большой неожиданностью. 

— Для меня тоже! — вскрикиваю.

— И для ректора этой академии тоже, — продолжает он, игнорируя мои слова. — На чьи колени ты приземлилась во время нашего преподавательского заседания.

— На колени к ректору?! — кричу, открыв рот от удивления.

Быть такого не может! 

Как я могла оказаться вначале на заседании, а потом на коленях ректора? Что за бред! Если в остальное ещё можно как-то поверить, то в это — точно нет!

Переспрашиваю его, потому что мне кажется, что я просто что-то не так поняла.

Но мужчина кивает и снова движется вперёд, обойдя меня.

— В каком смысле приземлилась? Упала что ли? — бегу за ним, потому что его шаг вдруг ускорился, а я хочу знать все подробности. 

И хотя это всё неправда, но очень уж любопытно, что же там было дальше, мои шутники.

— Почти, — слышу загадочный ответ, а затем ещё что-то более непонятное. — И тебе очень повезло, что Верховный допустил твой переход. Иначе бы…

Мужчина останавливается, оглядывая меня. Хочет что-то добавить, но передумывает. Махнув на меня рукой, продолжает свой путь.

Замираю, обескураженная его таким поведением. 

Это что вообще было?

— Иначе что? — ловлю его за руку и пытаюсь остановить. — Что?!

— Тебе расскажут об этом на занятиях по истории Амаона, — отворяет огромную дверь, ведущую из коридора. — Прошу, — приглашает и по правилам этикета позволяет мне войти первой.

Вздохнув, делаю шаг в огромный кабинет. Его масштабы меня немного шокируют. Здесь, в отличие от коридора, довольно-таки светло. Да и обстановка не такая пугающая. Мужчина проходит вперёд к столу и, открыв один из выдвижных ящичков, достаёт оттуда лист бумаги.

— Вот, прочитай.

Я даже закашлялась. Потому что сейчас я на все сто процентов уверена, что попала в руки сумасшедшего. 

Он протягивает мне ЧИСТЫЙ ЛИСТ БУМАГИ.

Это точно сумасшествие! Чистой воды галлюцинации или даже сон!

Мамочка, спаси меня!

Но стоило мне взять этот лист в руки, как на нём началась твориться настоящая магия. Листок неожиданно загорелся лунным светом и на нём стали появляться незнакомые мне символы. 

Молча стою и смотрю на это волшебство как заворожённая, боясь пошевелиться и что-то упустить.

Такого я точно никогда не видела.

Свечение гаснет так же внезапно, как и появилось, оставляя в моих руках уже обычный лист бумаги. Но уже не пустой, а исписанный. 

Правда, я не совсем понимаю, что на нём написано. 

— Эмм... Тут какие-то загогулины появились, — сообщаю мужчине, отойдя от шока.

— Хм... — начинается хмуриться и спешит ко мне. — Странно. Дай посмотрю. Такого не должно быть. Это умное писание, и когда ты взяла его в руки, то должен был появиться тот язык, который ты знаешь.

Грубо вырывает у меня из рук листок, чтобы убедиться, что я, землянка, совсем глупая. Но шах и мат ему. Потому что стоит ему взглянуть на листок, как его глаза лезут на лоб от удивления.

— Драконий? — слышу его поражённый голос.