Заложница мнимой страсти

Глава 14. Всё не так

Вот она! Очередная потеря в её недолгой жизни! Не чувствуя, как слёзы холодят щёки, девушка смотрела на подтянутую фигуру отца, на его гордо поднятую голову, твёрдую руку перехватившую скипетр. Бывший и будущий король застыли, ожидая знамения. Стажёр подробно изучил пророчество и успел рассказать Алинку о признаках передачи власти. Сейчас Холли подошёл к Золотисе, обнял её за плечи, ободряюще прижимая к себе.

— Всё будет хорошо, ты сможешь его навещать. Я обязательно помогу вам с порталами.

Это чуть-чуть утешало. Одно плохо, девушка мечтала увидеть встречу родителей. Теперь же совершенно непонятно, получится ли её устроить. Умиляна так слаба! А порталы… Велика вероятность, что правители Шахитона, помня о многочисленных бедах, связанных с миром теней, запретят посещения. Особенно горько становилось от того, что отец согласился на это ради неё, для того лишь, чтобы Золотиса смогла покинуть Хотьен, поступить в Академию Ядра и счастливо жить там, где захочет.

— Спасибо, пап… — едва слышно шептала она. — Как не хочется расставаться с тобой.

Наверное, Первоначальная Магия вняла мольбам несчастной сиротки. Артефакт остался глух и слеп. Алинк не получил благословения.

Выждав несколько вязких минут, Самон вздохнул, посвистев носом, и потянул скипетр на себя, отнимая его у иномирца.

— Не ты, — он вперил свой взгляд в Злату, прикидывая, не сгодится ли Хотьену королева, потом перевёл его на юношу: — Готов попробовать?

Холли задумался лишь на миг. Он отстранился от Златы и энергично тряхнул головой:

— Это честь для меня!

Принцесса чуть не задохнулась. Она совершила безотчётное движение, пытаясь остановить друга, ткань куртки, за которую она ухватилась, выскользнула из пальцев. Молодой маг двигался стремительно.

Алинк посторонился и теперь смотрел то на дочь, то на парня, широко распахнув глаза. Он ещё не осознал избавление от едва не обрушившейся на него ответственности.

Теперь за скипетр держались дряхлый старец и воодушевлённый юноша. Артефакт засветился. Синие и фиолетовые искры взвились к самому своду, закрутились в блестящий вихрь, выстроились в сверкающую мантию и опустились на плечи Холли.

— Ты… — облегчённо вымолвил Самон.

Он выпустил скипетр из рук, медленным движением снял корону, кивком подозвал Холли. Молодой человек опустился на одно колено. Едва корона коснулась его волос, возникло сияние, нимбом окружившее голову нового правителя.

— Да здравствует король!

— Да здравствует король!

Крики раздавались из дальних углов тронного зала. Золотиса изумлённо оглядела довольно внушительную толпу, незаметно для неё просочившуюся через многочисленные арки.

Старец снова заговорил, мгновенно наступила тишина, хотьенцы с благоговением слушали скрипучий голос умирающего:

— Сейчас как никогда здесь нужен сильный маг. Ты будешь хорошим правителем. Скипетр не ошибся, а нимб свидетельствует об особой избранности. Я ждал тебя тысячу лет, мальчик, и счастлив, что сумел дожить до свершения пророчества. Теперь же позволь мне уйти.

— Ваша воля, — прошептал выпускник Академии Ядра, принявший на себя ответственность за мир Сводящих.

— Кресло заберу, — Самон хитро улыбнулся, — тебя давно ждёт новый трон.

Наступила полная тишина. Никто не шевелился. Злата, широко распахнув глаза, смотрела на замершего старика. Тот перестал дышать. Очень хотелось подойти к нему и послушать, бьётся ли сердце. Через минуту стало ясно, что это лишнее. Тело бывшего правителя стало каменеть. Самон вместе со своим троном, лежащими вокруг подушками, ковром и подиумом превращался в мраморную скульптуру. Под сгибом ковра среди изящной вязи возникла позолоченная надпись. Понять иномирянка не могла, догадалась: это титул, имя и годы правления.

— Похороны, так понимаю, отменяются, — пробормотал отец, поворачиваясь к Холли. — Ну что, ваше величество, отпустишь меня с дочкой в Шахитон?

Новый король и сам выглядел несколько растерянным. Однако энергично кивнул:

— Конечно! Только у меня будет поручение.

— Для тебя что угодно, сынок! — прижимая ладонь к сердцу, сказал Алинк.

Обсуждение и проводы пришлось отложить. К иномирцам и мраморному изваянию потянулась вереница подданных. Каждый благоговейно кланялся окаменевшему Самону, подходил к новому королю и произносил вдохновенную фразу. Церемония казалась бесконечной. Прерывать её не решился ни сам Холли, ни Алинк и Золотиса. Девушку огорчало незнание языка. Речи хотьенцев казались ей однообразными и скучными. Приходилось ждать, с тоской поглядывая на шествующих мимо неё людей.

Замыкал цепочку верноподданных молодой красивый мужчина в алом балахоне, похожем на тот, что был на изменнике Брутене. Злата напряглась, ожидая какой-нибудь каверзы, и спросила:

— Чего он хочет, Холли?

Юный правитель Хотьена повернулся к ней с ободряющей улыбкой на губах:

— Это новый советник. Он предложил вынести Самона на площадь перед дворцом. Я думаю позволить.

— Вынести? Как? Он же неподъёмный!

— А магия на что?

Принцесса прильнула к обнимавшему её отцу и стала наблюдать за очередным волшебством. Как много она ещё не знает!

— Ты тоже научишься, доча, — шепнул ей Алинк.

Злата согласно кивнула. Обязательно научится! Обязательно.

***

Холли непременно хотел проводить друзей в Шахитон, он считал своим долгом убедиться, что с Алинком и Златой всё в порядке. Однако вступление в должность, сопутствующие этому торжества, необходимость вникнуть в текущие дела и освоиться в круге обязанностей требовали личного присутствия нового короля. Кроме того, несмотря на серьёзную подготовку, выпускник Академии Ядра нуждался в товарищеской поддержке. Пока её неоткуда было получить, ведь на Хотьене, в отличие от многих известных миров, не было даже наблюдателя.

Алинк, как человек более сведущий, в помощи не отказывал, вместе с новым королём выслушивал предложения советника и других вельмож, делился с начинающим правителем собственным взглядом на те или иные проблемы. Золотисе приходилось проводить время в обществе глуповатых служанок и охранников, которых стоило большого труда убедить показать ей столицу. Когда она ещё побывает в Хотьене! Хотелось полюбоваться здешней удивительной архитектурой уже сейчас. Всё было чистенько, аккуратненько, мило, без изощрённых изысков и наскучило уже на третий день. Очень хотелось к маме! Бедная Умиляна, наверное, все глаза проглядела, высматривая пропавшую дочь.